На прошлой неделе у нашего забора было непривычно шумно. Грузили «Беларус» Степаныча. Покупатель — молодой парень из соседнего района — радостно крутился вокруг техники, а сам Степаныч стоял в стороне, курил одну за одной и смотрел куда-то в сторону полей. Трактор был справный, ухоженный, Степаныч на нём каждую гайку знал. А теперь всё — «кормилец» уехал на чужом трале.
Вечером зашёл к нему. Во дворе пусто, даже как-то непривычно без привычного запаха солярки и масла. Возле крыльца стоит новенькая «Гранта» с оранжевым колпаком на крыше. «Всё, — говорит Степаныч, — отвоевался. Завтра в город, в такси. Там хоть знаешь, за что спину гнёшь».
Я смотрел на его мозолистые, въевшиеся в мазут руки, которыми он теперь будет крутить баранку в чистом салоне, и понимал: это не просто сосед работу сменил. Это диагноз нашему нынешнему селу.
Математика, которая не сходится
Степаныч — мужик не ленивый. У него было 20 гектаров, сеял ячмень, держал десяток бычков. Но в этом году его «прорвало». Он мне на пальцах раскидал свою экономику, от которой волосы дыбом встают.
Смотрите сами. В прошлом году он сдавал бычков живым весом. Ему давали по 190–200 рублей за килограмм. А теперь зайдите в магазин: говядина под 700 рублей, язык — за тысячу. Где эти деньги? В карманах у перекупов, которые приезжают на упакованных джипах и цедят сквозь зубы: «Дорого не возьмём, солярка нынче дорогая, логистика, понимаешь».
А солярка и правда «золотая». Степаныч заправлял трактор по 65 рублей за литр. Чтобы вспахать, засеять, скосить и привезти, ему нужно выкатить цистерну. А запчасти? Китайская шестерня, которая раньше стоила копейки, теперь стоит как деталь от самолёта, а ломается через неделю.
«Я посчитал, — говорит он, — за сезон я заработал чистыми 300 тысяч. За год! Это 25 тысяч в месяц. У меня жена в сельпо больше получает. При этом я в поле с пяти утра, весь в пыли, спина не разгибается, а если трактор встанет — я в минусе». В такси ему пообещали те же 80–100 тысяч, но без риска остаться без штанов из-за засухи или сломавшейся коробки передач.
Бумажная петля на шее
Но дело даже не в одних деньгах. Частника на земле сейчас зажали так, что дышать нечем. Раньше как было: вырастил — продал. Сейчас ты должен быть и агрономом, и механиком, и — самое страшное — айтишником-бухгалтером.
Все эти новые системы учёта — «Меркурии», маркировки, отчёты за каждый чих. Хочешь продать ведро молока? Изволь зарегистрироваться, поставить печать, отчитаться в электронном виде. У Степаныча кнопочный телефон, он интернет только по телевизору видел. А к нему приходят и говорят: «Не оформишь через систему — штраф».
Абсурд в том, что правила пишут люди, которые корову видели только на пачке масла. Им кажется, что в деревне у каждого в сарае стоит серверная станция и сидит штатный юрист. В итоге мужик, который умеет и хочет работать руками, чувствует себя преступником просто потому, что не нажал нужную кнопку в приложении. Степаныч так и сказал: «Я земли не боюсь, я этих бумажек боюсь. Раньше я был хозяином, а теперь — вечный должник под прицелом проверок».
Кто останется в борозде?
Мы часто слышим про рекорды, про эшелоны зерна, уходящие за границу. Это всё здорово, но это про агрохолдинги. У них огромные площади, свои элеваторы и льготы, о которых частник и мечтать не смеет. А обычный мужик, который хотел просто кормить свою семью и соседей, оказывается лишним на этом празднике жизни.
Когда Степаныч уезжал на своей «Гранте» в первую смену, я долго смотрел ему вслед. В деревне стало на один трактор меньше. Значит, ещё пара полей зарастёт бурьяном. Значит, в местном магазине будет ещё больше «пластиковых» помидоров из парников и молока из порошка, потому что своё девать некуда или производить невыгодно.
Мы теряем тех, кто чувствует землю. Таксист в городе — это просто единица в приложении. Фермер на земле — это жизнь деревни. И если такие, как Степаныч, массово уходят «в извоз», значит, в нашем сельском механизме что-то очень сильно сломалось. И замена масла тут уже не поможет — нужно менять отношение к тем, кто нас кормит.
А вы как считаете: есть ли сегодня у частника шанс выжить в деревне, или время маленьких хозяйств безвозвратно ушло и пора всем перебираться в города?
Подписывайтесь на наш телеграмм: