Расскажу я вам сегодня, одну историю судебно-садовую. История эта длинная, запутанная, как корни старого лопуха на заброшенном участке, и поучительная невероятно. Доказывает она, как важно не только огурцы сажать, но и бумажки писать с умом, а то и с адвокатом советоваться.
А началось всё в далёком две тысячи шестом году, в посёлке Р. Жила-была там гражданка Ядвига. Имела она, на беду свою, земельный участок. Не ахти какой – шесть соток, но на праве, скажем так, пожизненного наследуемого владения. Звучит солидно, а на деле – не совсем своё, но и не казённое. Словно казённый самовар в вечное пользование выдан.
И была у Ядвиги подруга, назовем ее Юлия, женщина практичная. Глядит она на участок этот и говорит:
- Ядвига, продай ты мне эту землю. Ты ею не пользуешься, сорняки выше крыши, а я, может, домик поставлю, розы разведу.
Ядвига подумала:
- А чего бы и нет? Деньги лишними не бывают.
И составили они, по простоте душевной, документ. Назвали его «расписка». И было в нём написано, дословно: «Я, Ядвига, деньги в сумме 3000 руб. (три тысячи рублей) взяла.
А уже потом, позже, Юлия сама дописала, мол, претензий не имею, и адрес участка: Сад №4, участок 66.
Три тысячи! Смех, да и только. Нынче за эти деньги только саженец яблони купишь, да и то не самый хороший. Но тогда, видимо, сошлись на этом. Деньги Ядвига взяла, а все документы на участок Юлии вручила, как ключ от будущего поместья. И зажили они порознь, каждая со своей правдой.
Юлия стала на участок ездить, картошку сажать, смородину обрезать. Владение было, как говорят в судах, добросовестное, открытое и непрерывное. А Ядвига про участок будто забыла. Три тысячи истратила, вероятно, на что-то насущное – на сапоги новые или на косметику, чтобы лицо штукатурить. И так восемнадцать лет прошло.
А потом грянул две тысячи двадцать четвёртый год. И взбрело Ядвиге в голову:
- А что это я, в самом деле? Участок-то мой! Надо право собственности оформлять, нынче это модно.
Побежала в Росреестр, подала бумажки. Ей, раз она владелица пожизненная, без разговоров право собственности и зарегистрировали. Получила Ядвига свежую выписку из ЕГРН, посмотрела на неё и, должно быть, почувствовала себя полновластной хозяйкой. И тут же, видимо, мысль другая посетила:
- А Юлия-то зачем на моей земле картошку копает? Пусть убирается подобру-поздорову.
Но Юлия женщина упёртая, она не убралась, а пошла в суд, районный. И говорит:
- Уважаемый суд, зарегистрируйте переход права собственности с Ядвиги на меня. У нас договор купли-продажи был, она деньги взяла, документы мне отдала. Я восемнадцать лет там тружусь.
Тут у Ядвиги, понятное дело, истерика началась. Подаёт встречный иск:
- Никакого договора не было, была расписка непонятная, и условия не согласованы! И главное – муж мой, Ян, согласия не давал. Участок – совместно нажитое имущество.
А тут как из-под земли возникает и сам муж, Ян. Третий, так сказать, человек с самостоятельными требованиями. Врывается в процесс и вопит:
- Что за безобразие? Я ничего не знал! Моё имущество тайком продают! Признайте всё это беззаконие недействительным.
Сидит судья районный, слушает эту какофонию. Смотрит на расписку корявую: «Деньги взяла… продаю сад…». Читает законы. И рассуждает здраво:
- Граждане, о чём спорить? Явно же договорились. Ядвига деньги получила, документы отдала. Юлия восемнадцать лет хозяйничает. А вы, Ядвига с Яном, где были все эти годы? Спали? Исковая давность, милые мои, сроки пропустили.
И вынес решение: зарегистрировать право за Юлией. А требования Ядвиги и Яна – отклонить.
Те, естественно, в апелляцию. Суд собрался, выслушали всё снова. Ян там особенно бушевал:
- Да как же так, мужа не спросили, закон семейный нарушен.
Но судьи апелляционные лишь головами покачали. Говорят:
- Всё правильно внизу решили. Расписка – это договор. Деньги – это цена. Участок под номером 66 – это предмет. А про мужа вашего вы вспомнили через восемнадцать лет – это, знаете ли, смешно. Отказываем.
Тут у наших неудачливых супругов, видимо, кончились аргументы, но не кончились деньги на госпошлины. Подаются они в кассационный суд общей юрисдикции. Пишут жалобы длинные, витиеватые. Мол, неправильно применили нормы материального права, процессуальные нарушения есть.
Заседание в кассационном суде – картина маслом. Никого из сторон нет. Сидят три судьи – председательствующая, читают дело. Обстановка строгая, тихая, только шелест бумаг.
Главная судья, докладывая дело, едва улыбку сдерживает, говорит своим судьям:
— Коллеги, вникните в суть. Гражданка Ядвига в две тысячи шестом году написала «продаю сад» и взяла три тысячи. А в две тысячи двадцать четвёртом решила, что не продавала. Муж её, Ян, всё это время, выходит, в неведении пребывал о судьбе семейного достояния. Поразительная забывчивость.
Вторая судья качает головой:
— И где они были восемнадцать лет? Участок-то по документам у Ядвиги всё время числился. Неужели не интересовались?
Третий судья листает том дела:
— Да тут всё ясно, как божий день. Суды первой и второй инстанции всё установили верно. Расписка – это простейшая форма договора, статья 434 Гражданского кодекса позволяет. Деньги переданы – цена согласована. Участок указан – предмет определён. А пропуск срока исковой давности – это уже приговор всем их претензиям. О чём спорить-то?
Почесали они, значит, умные головы и вынесли определение. Короткое и ясное, как удар колокола:
«Решение Медведевского суда и апелляционное определение Верховного суда Марий Эл – оставить без изменения. Кассационные жалобы Ядвиги и Яна – без удовлетворения».
Вот и вся история. Сидит теперь, наверное, Юлия на своих шести сотках, розы поливает. Справедливость, хоть и с судебными проволочками, но восторжествовала. А Ядвига с Яном, надо полагать, кусают локти. Три тысячи рублей, полученные в далёком две тысячи шестом, обернулись потерей целого участка, причём на абсолютно законных основаниях.
Мораль сей басни такова: будьте бдительны при оформлении сделок. А ежели взяли деньги за сад, то будьте готовы, что сад-то уже не ваш. И не надейтесь, что через восемнадцать лет суд вам подыграет. Суды закон читать умеют. И сроки исковой давности – вещь железная. Так-то вот.
*имена взяты произвольно, совпадение событий случайно. Юридическая часть взята из:
Определение Шестого кассационного суда общей юрисдикции от 01.12.2025 N 88-21700/2025