Когда-то я свято верила: право говорить о стиле нужно заслужить. Одного диплома модельера мало.
Нужно идеальная картинка: безупречный лук каждый день, гардеробная, ломящаяся от трендов, дом — как со съёмок глянцевого журнала. Нужно быть живым, дышащим эталоном. Иначе — какое ты имеешь право?
А в 2013-м из этого списка у меня было только хорошее образование, жгучее желание открыть свою школу стиля и… увесистый рюкзак страхов. Моя реальность пахла детским кремом, звучала топотом маленьких ног, а гардероб был довольно простым и функциональным.
Помню, на один из первых потоков курса пришла девушка — такая же идеалистка, как я в своих мечтах. И в перерыве, щурясь на мой верный синий джемпер (тёплый и легко комбинируемый), она впустила в тишину колючую фразу:
«Ольга, вы, наверное, его очень любите, раз постоянно в нём ходите?»
Воздух на секунду стал густым и тяжёлым. Это был не вопрос. Это был удар тонким лезвием под дых — намёк, что я не поражаю воображение новыми нарядами. Что я — «так себе стилист». Сейчас-то я понимаю: её стрела была отравлена её же собственной болью от неидеальности. Уколов меня, она на минуту почувствовала облегчение. Но она попала точно в нерв — в моё внутреннее, навязчивое жужжание: «Ты недостаточно хороша. Ты не имеешь права».
Меня вынесло так, что я плакала по дороге домой. Слёзы были солёные и горячие, а внутри — леденящая мысль: «Я никуда не гожусь. Я — обман». Моя «неидеальная» капсула из практичных вещей, которую я тогда могла себе позволить, казалась мне клеймом, доказательством провала. Я не видела в ней мудрости и силы. Видела лишь предательство собственной мечты.
Тогда мне казалось, этот случай поставил крест на моём праве учить других. Но жизнь, как мудрый и немного жесткий мастер, начала медленно лепить из этой боли нечто новое. Я не сразу поняла, что тот удар не разрушил мою веру, а отколол от неё всё лишнее — гламурный лак, блестящую мишуру, хрупкий фасад. Осталась только суть.
Я по кирпичику отказывалась от мечты о «хрустальном шаре» идеальности. Вместо него я обрела тёплый, прочный, живой комок глины — свою настоящую жизнь. Жизнь, где на столе рядом с эскизами лежат детские фломастеры, где идеальный ужин — это когда все сыты и смеются, а не когда сервировка безупречна. Из этой самой глины, пахнущей домом, детством и искренностью, мы теперь и лепим образы с клиентами. Не для подиума, а для жизни. Такие же устойчивые, гибкие, настоящие.
Реальность не разрушила мою мечту. Она закалила её. Сняла восковую, бутафорскую оболочку красивой картинки и показала стальной, рабочий стержень. Стержень, который называется «быть человеком». Со своими дырками на любимом свитере, своей историей, своей правдой. И это — самая сильная и заразительная позиция из всех возможных. Потому что она даёт другому человеку самое ценное: не инструкцию, как стать кем-то другим, а смелость быть собой. Здесь и сейчас. В том свитере, который он действительно любит.
P.S.: на фото я в 2013г в том самом свитере))