Меня зовут Галина, мне 57.
Я всю жизнь была из тех, кто тащит. Не красиво тащит, не "вдохновляюще", а по-настоящему. Работа, дом, счета, сумки, поликлиника, "мам, нужно на физкультуру", "мам, сдай на ремонт в школе", "мам, у меня кроссовки порвались". Вот это всё.
Сына я поднимала одна. Муж ушел, когда Андрею было 8. Потом он, конечно, появлялся раз в полгода с видом "ну я же отец", но это больше было похоже на гастроли. Алименты были такие, что смешно вспоминать. Иногда приносил пакет мандаринов на Новый год и считал, что закрыл вопрос.
Я не жалуюсь. Просто чтобы было понятно, откуда у меня в голове сидит эта мысль: если я всю жизнь за двоих, то хотя бы в старости мне не придется жить как на войне.
Сын вырос. Не плохой. Не хулиган. Учился нормально, потом колледж, потом устроился на работу. И вот тут у меня в голове щелкнуло то, что у многих женщин нашего поколения щелкает автоматически.
"Первая зарплата - маме".
Да, звучит смешно для кого-то. Но у нас так было принято. У нас на работе девчонки всегда рассказывали: "Сын получил первую зарплату, принес домой, положил на стол, я даже расплакалась". И это считалось не про деньги, а про уважение. Типа "мама, я вырос, я теперь тоже могу".
И я, если честно, ждала этого момента.
Не потому что я прям хотела "забрать всё". Я не сумасшедшая. Мне не надо чужих денег, чтобы себя чувствовать значимой. Но я реально рассчитывала, что он хотя бы часть даст. Хоть символически. Хоть десять тысяч, хоть пять. Хоть просто скажет: "Мам, это тебе, спасибо".
Потому что я, например, помню, как я в его 16 лет брала рассрочку на ноутбук. Не какой-то супер, обычный, чтобы учиться. Помню, как в "М.Видео" оформляла, потом полгода платила и тряслась, чтобы не просрочить. Помню, как мне в аптеке нужно было купить лекарства, а я думала: "Ладно, в следующий раз, сейчас платеж по рассрочке".
Потом была история с зубами. Не буду расписывать, кто с этим сталкивался, тот знает, какие это деньги. И я тогда тоже не спрашивала: "А ты точно заслужил?" Я просто платила.
И вот теперь он получил работу. Реальную. С зарплатой. Не "подработка за три копейки", а нормальная для начала. Он устроился в офис, график, пропуск, всё как у людей. Говорил, что первая зарплата будет в пятницу.
Всю неделю я ходила, как будто в ожидании праздника. Даже смешно. Купила в "Пятёрочке" его любимые пельмени, взяла маленький тортик, думаю, посидим по-домашнему. Не надо ресторана, не надо пафоса. Просто момент.
В пятницу он пришел вечером. Уставший, но довольный. Куртку кинул, руки помыл, на кухню зашел.
Я смотрю на него и улыбаюсь, как дурочка. Говорю:
"Ну что, взрослый человек. Первая зарплата".
Он улыбается тоже, достает телефон, говорит:
"Да, пришло".
Я подождала секунду, думаю, сейчас он достанет конверт или хотя бы скажет что-то.
И тут он спокойно так, между делом:
"Я себе телефон присмотрел. И надо наушники. И еще я с ребятами скидываюсь на подарок начальнице, у нас там принято. И я, наверное, буду снимать комнату ближе к работе, задолбался ездить".
Я слушаю и чувствую, как у меня внутри что-то начинает подниматься. Не злость даже, а обида. Такая теплая, липкая, детская.
Я говорю:
"А маме?"
Он смотрит на меня, как будто я что-то странное спросила:
"В смысле?"
Я говорю:
"Ну. Ты же понимаешь. Первая зарплата. Хоть часть. Это же нормально. Я тебя тянула. Я одна всё это тянула".
И вот тут он резко стал серьезным. Прямо сел, вздохнул и говорит:
"Мам, я не понимаю, почему я должен отдавать тебе деньги просто потому что я получил зарплату".
Я даже рот открыла, честно.
Говорю:
"Как это почему. Потому что я тебе жизнь дала, я тебя растила".
И вот тут он сказал фразу, после которой мне стало не по себе:
"Ты меня рожала, чтобы я тебе деньги приносил?"
Я замолчала.
А он продолжил, уже спокойнее, но жестко:
"Мам, я тебе благодарен. Я не спорю. Но я тебе не обещал быть твоей пенсией. Я только начал работать. У меня своя жизнь. Я хочу копить, хочу жить отдельно. Я не хочу отдавать тебе первую зарплату, потому что это какая-то обязанность, которую ты сама придумала".
Я почувствовала, как у меня щеки загорелись. Мне стало стыдно и зло одновременно.
Я сказала:
"А ты бы вообще без меня был кто? Я тебе всё. А ты даже тысячей не поделишься".
И вот тут он тоже сорвался:
"Мам, ты меня сейчас шантажируешь. Ты как будто ждала, что я стану твоим проектом. Я не просил тебя рожать меня. Ты это сделала, потому что ты так хотела. Но теперь это не значит, что я должен платить за это каждый месяц".
Сказал, встал, взял куртку и ушел. Прямо вот так, без хлопанья дверью, но с таким напряжением, что потом на кухне стало тихо, как в пустом подъезде ночью.
Я осталась сидеть.
Торт стоял. Пельмени в кастрюле. Вода выкипела, я даже не заметила.
И у меня в голове начало крутиться всё подряд.
С одной стороны, я думаю: "Ну как так? Это же сын. Это же семья. Неужели сложно было принести хотя бы символически? Я же не чужая".
С другой стороны, я ловлю себя на неприятной правде. Я реально рассчитывала. Я реально ждала, что теперь он начнет "возвращать". Как будто я не сына родила, а вклад сделала. Как будто я ждала процентов.
И мне от этой мысли стало мерзко.
Но потом приходит другой голос: "А ты что, не человек? Ты что, не уставала? Ты что, не имеешь права надеяться, что когда-то будет легче?"
Потому что у меня тоже своя реальность. У меня коммуналка, у меня лекарства, у меня зубы, у меня одежда, у меня жизнь, где всё дорожает, а зарплата уже не растет как раньше. И да, я думала, что взрослый сын будет помогать. Не потому что "я жадная", а потому что так в семье и бывает.
Но вот он считает иначе.
После этого разговора мы пару дней не общались нормально. Он писал по делу. Я отвечала сухо. На кухню я заходила и злилась сама на себя. Потому что мне хотелось позвонить и сказать: "Ладно, забудь". А потом в голове вставала фраза: "ты рожала меня для денег?" И я снова замирала.
Самое смешное, что я ведь не чудовище. Я не собираюсь садиться ему на шею. Я не хочу жить за его счет.
Я просто хотела почувствовать, что он меня видит. Что он понимает, сколько я вложила. Что он может хоть как-то закрыть этот внутренний долг, который у меня годами копился.
Но получилось так, что я потребовала это прямо. Как чек. Как счет.
И теперь не знаю.
Скажите честно, как это выглядит со стороны.
Я правда "наглая мать", если ждала, что сын с первых заработков начнет помогать и хотя бы часть принесет домой?
Или он правда слишком "про себя", раз даже символически не захотел поделиться и сразу выставил границу, будто я чужая?
Если хотите поделиться своим опытом (семья, отношения, деньги, родители/дети) - пишите нам на почту. Анонимность соблюдаем, имена меняем.