Я никогда не думала, что буду писать такое.
Потому что ещё недавно говорила всем: «Мне со свекровью повезло». И это была чистая правда.
С Валентиной Петровной у нас сложились хорошие, тёплые отношения почти сразу. Без притворства, без вечных «ты мне — я тебе»... Она не лезла в нашу семью, не учила, не проверяла, как я мою полы и чем кормлю её сына. Я, в свою очередь, уважала её пространство и старалась быть внимательно и заботливой..
Она была кодированная. Почти двадцать лет... Об этом знали все близкие, но никто не вспоминал — как будто этой страницы жизни и не было. Сама Валентина Петровна тоже не любила разговоров на эту тему. Говорила коротко: «Было — прошло»...
И жила нормально. Работала, помогала с внуком, приезжала в гости, мы к ней, могла посидеть, если надо, на дачу вместе. Мы разговаривали — по-настоящему. Про жизнь, про здоровье, иногда про обиды, но спокойно, без истерик.
Я ей доверяла.
А потом всё начало меняться. Медленно. Почти незаметно. Сначала она стала чаще жаловаться. На здоровье, на одиночество, на возраст, на нехватку финансов.. Раньше тоже жаловалась, но как-то… по делу. А тут — будто всё стало серым и бессмысленным..
Потом пошли странные фразы:
— А что мне уже терять?
— Жить-то осталось… Вам всё достанется..
Я не придала значения, сначала.. Думала — возраст, усталость, осень... само пройдёт.. не прошло..
А потом муж сказал:
— Мама сорвалась. Она пьё@т...
Слово это — сорвалась — прозвучало как-то буднично... А у меня внутри будто что-то оборвалось... Я с таким никогда не сталкивалась.. Да знаю, да видела, да слышала.. но не в своей жизни.. и ладно мужчины, но не женщина.. И одно дело наблюдать со стороны и совсем другое..
Она ему призналась сама... Сказала, что «немного», «по праздникам», «для давления, для настроения». Говорила спокойно, даже с улыбкой, будто ничего страшного не происходит... Но страшное было близко и уже не по праздникам..
Мы с мужем решили не давить. Поддержать. Уговорить снова закодироваться. Она вроде соглашалась, но всё откладывала.
И вот тут началось то, чего я не ожидала. Она стала другой. Не сразу — но всё чаще я начала ловить себя на мысли, что разговариваю уже не с той Валентиной Петровной, которую знала..
Появились резкие слова. Колкости. Намёки.
Начала лезть туда, куда раньше не лезла.
— А ты вообще уверена, что правильно воспитываешь?
— А в моё время жёны были другие…
— Сын у меня был спокойный, пока не женился..
Я сначала списывала на нервы. Потом — на алкоголь. Потом — просто молчала... я вообще не конфликтный человек..
Самое тяжёлое — это внук.
Раньше она его обожала. Сейчас может прийти нетрезвая, начать сюсюкать, потом вдруг вспылить, повысить голос. Один раз сказала при нём:
— Вот вырастет — тоже неблагодарным будет.. Мужики все м....и...
Я попросила мужа поговорить. Он поговорил. Она обиделась. Сказала, что мы её игнорируем и избегаем, что она никому не нужна, что раньше к ней относились лучше. Да, возможно.. но слушать бред не трезвого человека, то ещё удовольствие..
Я чувствую себя между двух огней. С одной стороны — человек, который был мне почти родным. С другой — человек, которого я вообще не знаю...
Я не хочу скандалов.
Не хочу унижать и осуждать.
Но и закрывать глаза больше не могу.
Иногда ловлю себя на страшной мысли: я жду, когда она снова станет прежней... а потом — а вдруг уже не станет?.. и что тогда?
И вот сижу и думаю:
— можно ли сохранить отношения, когда человек пьёт?
— когда заканчивается сочувствие, поддержка?
— правильно ли я делаю, ограничивая общение?
Мне больно это писать... Потому что это не история про «плохую свекровь»... это тот случай, к которому жизнь меня не готовила.. и что делать я не знаю.. Это же не ребёнок, которому можно пригрозить пальцем или наказать.. вот такие дела.. одни вопросы без ответов.. И да, если вы были в такой ситуации, совет мне не помешает..