… Не везет московскому князю Юрию Даниловичу, внуку Александра Невского. Умер его отец, так и не став великим князем Владимирским; потому в 1305 году ярлык на великое княжение взял не Юрий, а Михаил Ярославич Тверской (по лествичному праву, когда престол наследуют сначала братья, потом сыновья; отец Михаила великий князь Ярослав - брат Невского). Ходил Михаил пару раз на Москву – хвала богу, отбились. А в 1313-м засел тверской князь в Орде, у нового хана Узбека; пару лет спустя вернулся с ярлыком да с татарским войском, дважды напал на Новгород. Первый раз победил, второй - застрял в болотах. Юрий из Москвы следит за походами соперника. Да мечтает отнять у того великое княжение.
Потому что Даниловичу хочется власти аж до чесотки. Он не стар еще, 36 ему, статен, пригож – так отчего не поторговать собою в ханском шатре?
Княгиня из Орды
У молодого хана Узбека есть сестра Кончака (вовсе не родня половецкому хану Кончаку, если что). Узбек приручает правителей Руси: убрал баскаков, ныне дань ему везут сами князья. Вот и Юрий Московский в 1317-м поплелся в Сарай-Берке. О чем с ханом говорил, неясно; в итоге Узбек выдал за него Кончаку, даже позволил ей креститься.
Юрий ехал домой в звании гургана, зятя чингизидов, и с войском головореза Кавгадыя. Это была полная победа над Михаилом Тверским. Против лома нет приема: тот вышел Юрию навстречу - мириться, уступать. «Брате! Княжи на великом княжении, а в мою отчизну не вступайся». Гурган пообещал - и обманул, само собой…
Тем временем московиты дивятся новой княгине: татарка, а православная. Агафьей ее окрестили; молода, хороша собою. Впрочем, узнать ее поближе никто не успевает, в том числе сам новоиспеченный великий князь всея Руси Юрий Данилович. Вскоре он влезает в тверские земли, зачем-то прихватив жену - опасался оставлять ту в Москве? В битве у села Бортенево дружина Михаила Тверского громит москвичей и татар; Кавгадый в плену, но его Михаил отпускает: зачем Узбека злить? А Кончаку-Агафью берет в почетные узницы. Как тебе такое, князь Юрий? Проворонил жену? Не сберег?
Юрий в ужасе: хан Узбек его в лапшу порубит, коли узнает, что сестра Кончака в плену. Кажется, удача снова перебежала к Михаилу и надо с ним договариваться. У Юрия одно условие: верни мне, брате, Агафью.
Жизнь за жизнь
А той в плену не тяжко: плен-то почетный. Ходи где хочешь, с княгиней Анной, женой Михаила, о православии толкуй. Меж тем в Орде ее судьбу решают. Велят Михаилу вернуть Агафью мужу (возможно, посулив что-то тверскому князю); он согласен. Вдруг - беда великая: умирает Агафья в Твери. До сих пор неясно, от болезни или отравы. Не простивший Михаилу позора поражения Кавгадый и вдовец всея Руси Юрий настаивают на отравлении монголки. Посла Твери, пришедшего в Москву с миром, Юрий велит убить – и во весь опор мчит в Орду, жаловаться. Выслушав зятя, Узбек вызывает к себе уже назначенного виновным Михаила, перед тем хватает его 12-летнего сына Константина, велит уморить княжича голодом. Но ему советуют – погодь, иначе из Твери никто не явится. А так у Михаила вариантов нет.
Несчастный князь едет в Орду, уже зная свою участь и передав завещание сыновьям, Александру и Дмитрию.
В сентябре 1318-го стоит Михаил перед Узбеком; на суде солирует Кавгадый, у князя шансов - ноль: татар убивал, Агафью отравил. Его заковывают в кандалы, шею и руки стискивают колодкой; пишут, истязали страшно. В ноябре убивают Михаила люди Юрия и татары; сердце из груди тверича вырезает некто Романец – явно не монгол.
Тверь больше не поднимется; смерть Агафьи стала началом ее упадка. Она же принесла жирные дивиденды Москве. Хотя Юрию осталось править всего ничего, второстепенное удельное княжество резко возвышается.
После гибели Михаила тверская трагедия продолжилась.
1325 год. Юрий Данилович снова в Сарай-Берке, дежурно явился клянчить ярлык. Там его видит сын Михаила Дмитрий по прозвищу Грозные Очи – и убивает, мстя за отца. Дмитрия казнят. Нет худа без добра: ярлык на великое княжение теперь у Александра, еще одного сына Михаила Тверского.
1327 год. Тверичи расправляются с обнаглевшими татарами: сжигают ханских слуг прямо во дворце. Опасаясь гнева ордынцев, князь Александр бежит в Псков, потом в Литву; а через 9 лет посылает в Орду сына Федора, узнать, не простил ли его Узбек. Хан изъявляет милость, и Александр снова княжит в Твери. Но в 1339-м клевещет на него Узбеку Московский (и уже великий Владимирский) князь Иван Калита, брат покойного Юрия. Снова в Орду едет сын Александра Федор, на сей раз пощады им с отцом нет: головы с плеч, тела разрублены в куски.
В том же году на тверской престол сел Константин, третий сын убитого князя Михаила, тот самый, что 12-летним маялся в Орде; потому и сел, что был смирным да лояльным – хана не злил, дань платил исправно. А еще попал Константин под влияние Калиты, а значит и Тверь попала. Такой оказался удобный, сговорчивый князь. Не орел. Зато измученным татарами и москвичами жителям Тверского княжества с ним было спокойнее.
P.S. По одной из версий, на мой взгляд убедительной (в Оружейной палате ее тоже любят), знаменитая шапка Мономаха – не что иное как дар хана Узбека Ивану Калите. Только поднесли верному слуге Орды… женскую тюбетейку, украшенную золотыми пластинами и камнями драгоценными, а носила ее покойная Агафья-Кончака. Практичный Иван приспособил шапку под себя – в стерженек на маковке вместо павлиньего пера вставили крестик, камней добавили и роскошную соболью опушку. Носите, государи русские, на здоровье. Да о монголах не забывайте.
Автор – Марина Туманова
Сердечно благодарю вас за лайки, комментарии, подписки
На обложке: условные изображения Михаила Тверского и его жены Анны Кашинской