Лена стояла напротив, скрестив руки на груди, и её взгляд был тверже гранита. Такой решимости в её глазах я не видел даже тогда, когда она заставляла меня выбросить мою любимую потёртую куртку, которую я носил со студенческих времён.
— Что... что ты сказала? — я осторожно поставил чашку на блюдце, боясь, что руки начнут дрожать.
— Ты отлично расслышал, Женя. Я больше не собираюсь кормить твою мать, оплачивать счета за её квартиру и выслушивать, как она жалуется на жизнь по телефону каждый вечер.
Я уже пятнадцать лет в браке, и за это время успел понять: когда Лена использует моё полное имя вместо привычного "Женька", дело серьёзное. Но такого ультиматума она мне ещё никогда не выдвигала.
— Лен, давай спокойно поговорим...
— Мы уже десять лет "спокойно говорим"! — голос её сорвался на более высокую ноту. — Знаешь, сколько мы отправили твоей матери за последние три года? Сто восемьдесят тысяч рублей! Я посчитала. Все. Платежи. А ведь у неё приличная пенсия и двухкомнатная квартира без долгов!
Я вспомнил нашу последнюю ипотечную квитанцию и внутренне сжался. Да, мы сами едва сводим концы с концами, особенно после того как старший сын Максим поступил в университет.
Вся эта история началась после смерти отца, восемь лет назад. Мама осталась одна в провинциальном городке, и я, конечно же, не мог оставить её без помощи. Сначала отправлял понемногу — на лекарства, на коммуналку, на ремонт. Потом суммы стали расти.
— Но она же моя мать, — попытался я апеллировать к её чувствам. — Она одна...
— Одна? — Лена язвительно усмехнулась. — Женя, твоя мама прекрасно проводит время с подругами в санатории каждое лето! За чей счёт, между прочим? А в прошлом месяце она купила новый телевизор за сорок тысяч!
— Ну, старый сломался...
— Старому было три года! — взвилась жена. — А когда наша стиральная машина накрылась, мы два месяца копили на новую, помнишь? Стирали руками!
Я молчал, потому что возразить было нечего. Лена права — мы действительно отказывали себе во многом. Но ведь это мама...
— Слушай, что произошло? — я встал и попытался обнять её, но она отстранилась. — Мы же как-то справлялись раньше.
— Произошло вот что, — Лена достала телефон и открыла какое-то сообщение. — Твоя сестра Ольга вчера выложила фотографии из Турции. Видишь? Пятизвёздочный отель, всё включено. А когда я намекнула, что неплохо было бы им тоже участвовать в содержании вашей матери, знаешь, что она ответила?
Я покачал головой, предчувствуя недоброе.
— "У Жени зарплата больше, пусть и помогает. Мы только кредит за машину выплатили". — Лена процитировала сообщение сестры таким тоном, что у меня по спине побежали мурашки. — Кредит за BMW X5, между прочим!
Мне стало жарко. Ольга всегда умела перекладывать ответственность на других, это я знал с детства. Но чтобы так нагло...
— Я поговорю с ней, — пробормотал я.
— Не надо с ней разговаривать! — Лена вдруг села на стул и закрыла лицо руками. Когда она заговорила снова, голос её звучал устало и тихо. — Женя, у нас Максим в универе, через два года Даша поступать будет. Нам самим нужно на ноги встать. А твоя мама... она не бедная. У неё дача есть, которую можно сдавать летом. У неё квартира, которую можно обменять на меньшую и ещё деньги останутся. Но она не хочет ничего менять, потому что знает — ты всегда подстрахуешь.
Я опустился на стул рядом с ней. В горле пересохло.
— Ты хочешь, чтобы я совсем прекратил помогать матери?
Лена подняла на меня глаза, и я увидел в них не злость, а усталость.
— Я хочу, чтобы ты подумал о своей семье. О нас. О детях. — Она взяла мою руку. — И ещё я хочу, чтобы твоя сестра взяла на себя хоть какую-то ответственность.
Вечером я позвонил маме. Разговор получился тяжёлым.
— Ты что, сынок, хочешь, чтобы я с голоду умерла? — причитала она в трубку.
— Мам, при чём тут голод? У тебя пенсия двадцать две тысячи, коммуналка всего семь...
— Да ты знаешь, какие сейчас цены?! — перебила она. — На днях была у врача, так мне таблетки выписали на три тысячи!
Я набрался терпения.
— Мам, а зачем тебе дача? Ты туда два года не ездила. Можно сдавать летом, получать дополнительный доход.
— Дача?! — она говорила так, словно я предложил ей продать почку. — Это же память об отце! Как я могу чужим людям её отдать?!
— Не отдать, а сдавать. За деньги. Или продать и купить квартиру поменьше...
— Значит, так, — её голос стал холодным. — Я тебя растила, недоедала, недосыпала, а теперь ты мне советуешь из квартиры съезжать? Вот уж не думала, что ты такой неблагодарный!
Я сжал переносицу. Классический манипулятивный приём, который мама использовала всю мою жизнь. И каждый раз это работало.
— Мам, дело не в благодарности. Просто у нас самих денег в обрез...
— А у Ольги с Виктором на Турцию хватает! — неожиданно выпалила она.
Так вот откуда ветер дует. Значит, мама в курсе их поездки.
— Мам, а ты Ольгу просила помочь?
Пауза.
— Просила. Она говорит, что только кредит выплатили.
— Кредит за машину почти за четыре миллиона, — уточнил я. — Так может, пора и им участвовать в твоём содержании?
— Так у неё двое детей! — тут же встала мама на защиту младшей дочери. — Им сложнее!
— У меня тоже двое детей, мам.
— Но у тебя зарплата больше!
Я усмехнулся. Получается, чем больше человек зарабатывает, тем больше с него и спрос? Отличная логика.
— Значит, так, мам. С этого месяца я буду переводить тебе только пять тысяч рублей. На таблетки, если что-то срочное. Всё остальное — сама. Дачу рекомендую сдавать.
— Женя!
— Это окончательное решение, мам. Извини.
Я отключился раньше, чем она успела развить наступление. Руки дрожали.
На следующий день позвонила Ольга. Судя по тону, мама уже успела ей пожаловаться.
— Ты в своём уме?! — заорала сестра в трубку без всяких приветствий. — Мама плачет! Говорит, ты отказался ей помогать!
— Не отказался, а сократил помощь, — спокойно ответил я. — И, кстати, было бы неплохо, если бы ты тоже взяла часть расходов на себя.
— У меня дети! Кредиты!
— У меня тоже дети. И ипотека. И в Турцию я, между прочим, не летаю каждый год.
— Это мы один раз за пять лет съездили! — возмутилась Ольга.
— В прошлом году вы на Кипре были.
Пауза. Попалась.
— Слушай, — сменила она тон на примирительный, — мы с Витькой правда сейчас не можем. Понимаешь, машину купили, кредит платим...
— Ольга, вы купили BMW за три с половиной миллиона! — я не выдержал. — При этом старая машина у вас была вполне рабочая! А я езжу на десятилетней Приоре и не жалуюсь!
— Не твоё дело, на чём мы ездим, — огрызнулась она. — И вообще, ты старший, ты и должен больше помогать!
— Ольга, тебе тридцать восемь лет. Может, пора уже самой брать ответственность?
Она отключилась. Я посмотрел на телефон и усмехнулся. Что ж, семейные разборки в самом разгаре.
Следующие две недели мама не брала трубку. Зато регулярно писала сообщения: "Что-то плохо себя чувствую", "Кушать почти нечего", "Наверное, скоро помру, а вам всё равно". Классическая игра в жертву.
Лена читала эти сообщения через моё плечо и только качала головой.
— Твоя мама пропустила карьеру актрисы, — заметила она однажды.
Но самое интересное началось через месяц. Мама вдруг позвонила сама — бодрым, весёлым голосом.
— Сынок, ты не поверишь! Я дачу сдала!
Я чуть не уронил телефон.
— Что?
— Ну, подумала я — а ведь и правда, зачем ей пустовать? Нашла через знакомых приличную семью, они на всё лето сняли, десять тысяч в месяц платят! Представляешь?
Представляю. Ещё как представляю.
— Это же здорово, мам, — осторожно сказал я.
— Да! И ещё я в поликлинике узнала, что мне положены бесплатные лекарства, надо только справки собрать. Так что вроде справляюсь пока.
— Я рад за тебя, мам.
— И ещё... — она помолчала. — Ольга вчера приезжала. Сказала, что будет каждый месяц по три тысячи давать. Немного, конечно, но хоть что-то.
Я усмехнулся. Значит, до неё всё-таки дошло.
Вечером, когда мы с Леной лежали в постели, я обнял её и сказал:
— Спасибо.
— За что? — удивилась она.
— За то, что открыла мне глаза. Я думал, что помогаю матери, а на самом деле мешал ей стать самостоятельной.
Лена повернулась ко мне.
— Знаешь, я не хотела выглядеть злодейкой. Просто... мы не можем всю жизнь тянуть на себе тех, кто вполне способен о себе позаботиться.
— Ты не злодейка. Ты единственная, кто говорит мне правду.
Через полгода мама уже работала консультантом в магазине одежды — нашла подработку на полдня. Говорила, что сидеть дома скучно, а так хоть деньги небольшие и общение.
А мы с Леной впервые за много лет смогли отложить деньги на отпуск. И знаете что? Мама была искренне рада за нас. По-настоящему рада, без капли обиды.