Найти в Дзене
Новости Заинска

Слон

Рассказ Когда я был совсем маленький, мы в обычный субботний день с папой пошли в парикмахерскую подстричься. Стояла та самая июльская жара, от которой асфальт плавился под ногами, а воздух над площадью колыхался маревом. Чтобы спастись от духоты, мы решили пройти через центр, мимо нашего единственного городского фонтана — бетонной чаши с ржавыми трубами, из которых сочилась теплая, пахнущая хлоркой вода. Ещё издалека мы увидели непривычное движение и услышали гул голосов — не тревожный, а радостно-возбуждённый. У фонтана столпился народ: дети, бабушки с авоськами, рабочие в спецовках. Когда мы подошли ближе, то увидели что-то невообразимое огромное и серое. Мы увидели... слона. Это был настоящий, живой слон, который, не спеша, набирал воду хоботом из чаши нашего городского старого фонтана и обливал себе спину и бока. Вода стекала с его шкуры, покрытой глубокими морщинами, напоминающая высохшую землю, и образовывала на раскалённом асфальте целые лужи. Он дышал размеренно и шумно, а его

Рассказ

Когда я был совсем маленький, мы в обычный субботний день с папой пошли в парикмахерскую подстричься. Стояла та самая июльская жара, от которой асфальт плавился под ногами, а воздух над площадью колыхался маревом. Чтобы спастись от духоты, мы решили пройти через центр, мимо нашего единственного городского фонтана — бетонной чаши с ржавыми трубами, из которых сочилась теплая, пахнущая хлоркой вода.

Ещё издалека мы увидели непривычное движение и услышали гул голосов — не тревожный, а радостно-возбуждённый. У фонтана столпился народ: дети, бабушки с авоськами, рабочие в спецовках. Когда мы подошли ближе, то увидели что-то невообразимое огромное и серое. Мы увидели... слона. Это был настоящий, живой слон, который, не спеша, набирал воду хоботом из чаши нашего городского старого фонтана и обливал себе спину и бока. Вода стекала с его шкуры, покрытой глубокими морщинами, напоминающая высохшую землю, и образовывала на раскалённом асфальте целые лужи. Он дышал размеренно и шумно, а его маленькие, умные глаза смотрели на толпу с древним, философским спокойствием.

Откуда в нашем провинциальном советском городке взялся слон? Оказалось, на пустыре за вокзалом вчера вечером разбили свой шатёр гастролёры — цирк-шапито. И чтобы заявить о себе, привлечь зрителей, хитрая администрация устроила этот невероятный променад. Дрессировщик — усатый дядька в яркой, цветастой куртке и шароварах, точь-в-точь как волшебник из иллюстраций к «Тысяче и одной ночи» с серебряной изящной тростью в руке— вёл его на цепи. На ногах у него были диковинные туфли с загнутыми вверх носиками. С густым кавказским акцентом, растягивая слова, он приговаривал, обращаясь к толпе: «Ногэ, ногэ, бэрэгите ногэ!». Картина была сюрреалистичной и великолепной, как живая иллюстрация к басне Крылова — «По улицам слона водили…». Дети визжали от восторга, бежали рядом, желая потрогать грубую кожу, протягивая руку, но боясь прикоснуться. Взрослые замирали с открытыми ртами, забыв про все дела. Слон в городе произвёл фурор абсолютный. Весь день только о нём и говорили: в магазинных очередях, во дворах, в автобусах.

Естественно, вечерние билеты в цирк были сметены мгновенно. Папе удалось достать билеты лишь на послезавтрашнее представление. Эти двое суток я прожил в состоянии лихорадочного ожидания, во сне и наяву представляя себе цирк.

И вот мы внутри. Душный, пропахший сладкой ватой и навозом брезентовый шатёр. Где то наверху играет живой оркестр. Яркий свет софитов, выхватывающий из полумрака рыжую опилку манежа. Клоуны, акробаты, жонглёры в ярких одеждах— всё было в новинку и захватывало дух. Но я ждал только одного.

И он вышел. Тот самый слон, но преображённый. На нём была накинута пёстрая, расшитая блёстками попона. На лбу красовался плюмаж из перьев. Под торжественный, тягучий вальс он величественно прошествовал по кругу, грациозно переставляя свои колонны-ноги. Дрессировщик, уже в парадном костюме, с "магической" тростью, командовал четко и громко. И началось волшебство. Слон вставал на огромную тумбу, балансируя с невероятной для его габаритов лёгкостью. Он играл в волейбол, ловко подбрасывая огромный мяч хоботом. Он аккуратно переступал через лежащих на манеже гимнастов. Апофеозом стало, когда ему принесли маленькую собачку-болонку, и он, склонившись, осторожно обнял её хоботом, а потом бережно поднял и посадил себе на спину и покатал по кругу. Зал взорвался овациями. Я хлопал до боли в ладонях, кричал «браво» вместе со всеми, совершенно позабыв обо всём на свете. Это было потрясающе. Ярко, зрелищно, профессионально.

Потом в жизни я видел слонов ещё много раз. В зоопарке — грустных, в вольерах с защитной полосой из стальных шипов и глубокой траншеей между ними и зрителями. В большом московском цирке — в ещё более сложных и отточенных ярких номерах. Но то первое ощущение настоящего чуда, которое пришло не как организованное зрелище, а как внезапный подарок судьбы в виде огромного, спокойного великана у городского фонтана, — оно осталось неповторимым и самим ярким впечатлением моего детства. Мир полон неожиданных и величественных тайн, которые иногда выходят погулять в самый обычный летний день...

Если понравилось, ставьте лайк и подписывайтесь на Новости Заинска