Есть фигуры, про которых кажется уже сказано всё. Политика разобрана по датам, решения оценены, последствия подсчитаны. Но стоит задать простой, почти бытовой вопрос, что и как пил Борис Ельцин, и разговор внезапно становится честнее любой официальной биографии. Потому что алкоголь в его жизни был не курьёзом и не темой для сплетен, а частью среды, ритуала и той системы, в которой он формировался и управлял страной.
Ельцин, Борис Николаевич, вырос в эпоху, где спиртное было языком доверия и формой неформальной власти. Партийные застолья, охоты, переговоры, утренние «ланчи» в Кремле, всё это, увы, не существовало без бутылки. И если сегодня его называют алкоголиком, важно понимать не ярлык, а контекст, какие напитки он выбирал, сколько они стоили и в каких объёмах он действительно пил. Без этого сложно понять не только человека, но и саму логику девяностых.
Какая водка была у Ельцина «по умолчанию»
Если убрать мифы и пафос, картина получается почти прозаичная. В 90-е годы Ельцин чаще всего пил обычную водку «Гжелка». Без статуса, без легенд, без маркетинговой мишуры. Её выпускал московский завод «Кристалл», используя стандартную очистку. Имела самый обычный вкус. Не Absolut, не Finlandia, не что-то элитное. Просто водка, которую в те годы покупали миллионы.
В середине девяностых бутылка «Гжелки» стоила примерно 13-15 тысяч рублей. Для президента это копейки. Для обычного человека ощутимо, но доступно. И в этом, как бы, весь Ельцин. Он не играл в утончённость, не изображал гурмана. Алкоголь для него был не предметом статуса, а инструментом.
По словам Александра Коржакова, водку часто разбавляли водой, чтобы Борис Николаевич не уходил слишком быстро в тяжёлое состояние. И да, он этого не замечал. За день могло уйти две, иногда три бутылки на компанию. В одиночку Ельцин пил редко. Ему нужен был собеседник. Свидетель. Участник.
Тем не менее, сомневаюсь, что Борис Ельцин пил только одну марку водки. Уверен, часть водок делали ему по спецзаказу или предоставляли свои самые лучшие бренды.
Коньяк как привет из советского прошлого
До президентства, ещё в партийные годы, Борис Ельцин уважал армянский коньяк. Не «пятнадцатилетний», не коллекционный, а самый простой — «Три звёздочки» или «Пять звёздочек». Народный вариант, без претензий. В конце 80-х он стоил около 8-12 рублей.
Интересно, что именно этот коньяк ему нередко отправляли прямо из завода. Не из магазина, не «по блату», а как знак уважения. Пил он его так же, как и водку, не смакуя, не растягивая. Коньяк был продолжением разговора, а не отдельным событием.
Позже, уже в Кремле, в его окружении появлялся Hennessy, Camus, Courvoisier и другие импортные варианты. Но это не изменило сути. Ельцин пил не ради вкуса. Он пил ради состояния. И коньяк в его рационе появлялся не так часто, как водка.
Вино, которое появилось слишком поздно
Считается, что Ельцин пил только крепкое. Это неправда. В начале 90-х он открыл для себя вино. Причём сразу дорогое. В его домашнем баре появлялись Chateau Petrus, Chateau Lafite Rothschild и другие вина, которые даже сегодня стоят сотни и тысячи долларов за бутылку.
Для понимания масштаба, в 1991 году, когда пачка сигарет стоила 5–10 рублей, одна бутылка такого вина могла оцениваться в 30 тысяч рублей. Абсурд? Да. Но именно в таком абсурде и жила страна.
При этом вино он пил редко. Обычно дома. Без камер. Без протокола. И, как вспоминали очевидцы, без особого удовольствия. Просто ещё один алкоголь. Просто ещё один способ выпить.
Пиво, утро и «топливо для движения»
Есть забавный и одновременно показательный факт, Ельцин очень любил чешское пиво. В Свердловске при нём даже наладили линию розлива. Он этим гордился. Реально гордился. Позже, по состоянию здоровья, от пива он почти отказался, но любовь осталась.
А утро Бориса Николаевича выглядело жёстко. Приезд в Кремль около семи утра. Сто грамм водки в аэрофлотовском стакане. Яичница. Икра. Бородинский хлеб без корки. И после этого наступал рабочий день. Для кого-то это звучит как анекдот. Для Ельцина норма.
В первые годы власти он мог выпить от стакана до литра в день. Причём начинал часто с утра. Не потому что праздник. Потому что так работалось. Интересно, было ли место пиву в эти моменты?
Алкоголь как система доверия
Есть важный момент, который редко обсуждают вслух. Для Ельцина алкоголь был способом проверять людей. Те, кто не пил, в ближний круг не попадали. Пили все его фавориты: Грачев, Коржаков, Бородин, Баранников. Умение держать удар, говорить тосты, сидеть долго, как оказалось, это было почти кадровым критерием.
Алкоголь и доверие у Ельцина были связаны намертво. Выпил, значит свой. Не пьёшь, чужой. Простая логика. Грубая. Рабочая.
И именно поэтому иностранные лидеры этим пользовались. Истории про Клинтона, саммиты, вино и «доверительный тон» это не байки. Это дипломатия эпохи, где спиртное становилось рычагом влияния.
Когда ритуал исчез
После ухода в отставку Ельцин стал пить заметно меньше. Не потому что победил зависимость. А потому что исчез ритуал. Не с кем. Не для чего. Алкоголь был частью движения, как говорил Коржаков. Топливом. Когда движение закончилось, топливо оказалось не нужно.
Так кем был Борис Ельцин — алкоголиком, заложником эпохи или человеком, который просто жил по тем правилам, по которым жила вся страна? И если бы камеры тогда выключались чаще, изменилось бы наше отношение к нему сегодня?