Я влетела в офис в 9:08. Пробки, сломанный светофор, автобус пропустила. Быстро сняла куртку, включила компьютер.
— Алина! Ко мне! — рявкнул Петр Викторович из своего кабинета.
Я взяла блокнот и вошла. Он сидел красный, с выпученными глазами.
— Ты почему опоздала?
— Петр Викторович, пробки...
— Мне плевать на твои пробки! У меня встреча с инвесторами в десять! Мне нужны документы! А ты гуляешь где-то!
— Я сейчас все подготовлю...
— Поздно! Я сам все делал! Весь вечер вчера сидел, потому что ты не работаешь!
Я молчала. Потому что вчера я ушла в восемь вечера. Делала именно эти документы. Отправила ему на почту. Он даже не открыл.
— Петр Викторович, я отправляла вам вчера...
— Не оправдывайся! — он ударил кулаком по столу. — Мне надоело твое разгильдяйство! Опаздываешь, ошибки делаешь, вечно недовольная!
— Я не...
— Послушай! — он встал, навис надо мной. — Ты думаешь, ты незаменимая? Таких, как ты, на рынке труда пруд пруди! Я тебя заменю за минуту!
Повисла тишина.
Я смотрела на него. На этого человека, на которого работала пять лет. Пять лет приходила раньше и уходила позже. Пять лет делала его работу, пока он пил кофе с клиентами, терпела его крики, хамство, неуважение.
— Хорошо, — сказала я спокойно. — Заменяйте.
Я вышла из кабинета. Села за стол. Открыла ящик, достала чистый лист.
«Прошу уволить меня по собственному желанию с 25 октября».
Подписала. Встала. Вернулась к нему в кабинет.
Положила заявление на стол.
— Вот. Две недели отработаю и уйду.
Он посмотрел на листок, потом на меня:
— Ты что, серьезно?
— Вы же сказали — заменят за минуту. Вот и ищите замену.
— Алина, не дури...
— Петр Викторович, я не дурю. Я ухожу. Всего хорошего.
Следующие две недели были странными.
Петр Викторович то орал, то вдруг становился вежливым. То говорил "Иди уже, не нужна ты мне", то "Может, подумаешь еще?".
Я не думала. Я считала дни.
На мое место за эти две недели пришли три девушки на собеседование. Все молодые, симпатичные. Он хвастался: "Видишь? Очередь стоит!".
Я кивала и продолжала работать.
В последний день я передала дела новенькой — Оксане. Двадцать три года, первая работа после университета. Горящие глаза, желание работать.
— Не переживай, — сказала я ей. — Справишься.
Она улыбнулась неуверенно.
Я собрала вещи. Попрощалась с коллегами. Петр Викторович даже не вышел.
Вышла из офиса в три часа дня. Солнце светило. Я была свободна.
Первую неделю я просто отдыхала. Спала до десяти. Читала книги. Гуляла в парке. Встречалась с подругами.
На второй неделе начала искать работу. Разослала резюме в десять компаний. Через три дня пошли приглашения на собеседования.
Первое — в крупную IT-компанию. Офис-менеджер. Зарплата на двадцать тысяч больше, чем у Петра Викторовича.
Собеседование прошло легко. Директор — женщина лет сорока — была вежливой, спокойной.
— Почему ушли с предыдущего места? — спросила она.
— Начальник сказал, что меня легко заменить, — честно ответила я. — Я согласилась и ушла.
Она улыбнулась:
— Значит, он идиот. Хороших сотрудников не заменяют. Их ценят.
Через два дня мне позвонили. Я получила работу.
Прошел месяц.
Я работала в новой компании. Атмосфера была другая. Никто не орал. Никто не обвинял. Директор благодарила за работу. Коллеги помогали.
Я приходила в девять, уходила в шесть. Никаких переработок. Зарплата приходила день в день.
Однажды вечером мне позвонил незнакомый номер.
— Алло?
— Алина? Это Оксана. Ты помнишь меня?
— Конечно. Как дела?
Она замолчала. Потом тихо:
— Плохо. Я... я увольняюсь. Не могу больше.
— Что случилось?
— Он... Петр Викторович... он невыносимый. Он кричит каждый день. Обвиняет во всем. Я работаю до десяти вечера, а он говорит, что я ленивая. Я не справляюсь. Совсем.
Я вздохнула:
— Оксан, увольняйся. Не трать на него свои нервы.
— Но я только месяц...
— И что? Тебе еще работать и работать. Не трать молодость на людей, которые тебя не ценят.
Она поплакала в трубку и положила.
Через неделю она тоже ушла.
Еще через месяц мне написала бывшая коллега Марина:
"Лин, ты не представляешь, что тут творится! После тебя уже четвертая девушка! Одна продержалась неделю, вторая — месяц. Петр Викторович в бешенстве. Говорит, что нормальных сотрудников не осталось".
Я ответила:
"А он не пробовал нормально относиться к людям?"
Марина прислала смайлик с закатыванием глаз.
Еще через две недели мне позвонил сам Петр Викторович.
— Алина, привет.
Я молчала от удивления.
— Слушай, может, вернешься? Давай обсудим условия. Зарплату подниму. График гибкий сделаем.
— Нет, — коротко ответила я.
— Алина, ну не будь ребенком! Все же нормально было!
— Нормально? — я не выдержала. — Петр Викторович, вы орали на меня каждый день. Обвиняли в том, чего я не делала. Заставляли работать до ночи. А когда я опоздала на восемь минут из-за пробок — сказали, что меня легко заменить. Так вот замените. Вы же говорили — за минуту.
— Я погорячился...
— Неважно. Я нашла другую работу. Где меня уважают. Где нормальный график. Где адекватный руководитель. Спасибо за опыт. Всего хорошего.
Я положила трубку.
Руки дрожали. Но я чувствовала гордость. Впервые я сказала ему то, что думала.
Прошло полгода.
Я сидела в кафе с подругой Настей. Она спросила:
— Ну что, жалеешь, что ушла?
— Ни секунды, — честно ответила я. — Лучшее решение в моей жизни.
— А он больше не звонил?
— Один раз. Месяца три назад. Предлагал вернуться, зарплату удвоить. Я отказалась.
— А кто сейчас там работает?
— Не знаю. Марина говорила, что девушки меняются каждый месяц. Никто не выдерживает.
Настя покачала головой:
— Вот дурак. Потерял хорошего сотрудника.
— Не потерял, — поправила я. — Выгнал. Сам.
Мы допили кофе и вышли на улицу. Светило солнце. У меня был выходной. Завтра — на любимую работу, где меня ценят.
Я шла по улице и улыбалась.
На днях я случайно встретила Петра Викторовича. В торговом центре. Он был с женой, выбирали что-то в магазине.
Увидел меня, остановился:
— Алина?
— Здравствуйте, — кивнула я вежливо.
Он выглядел усталым. Круги под глазами, осунувшееся лицо.
— Как дела? — спросил он.
— Отлично. Работаю, развиваюсь.
— А у меня... — он замялся. — У меня сейчас Света работает. Уже третий месяц держится. Но... не то. Не так, как ты.
Я промолчала.
— Я понял, что был неправ, — продолжил он тише. — С тобой. Ты была лучшим сотрудником. А я...
— Петр Викторович, — сказала я спокойно. — Вы не ценили не только меня. Вы не цените людей вообще. Пока это не изменится — у вас будут меняться сотрудники каждый месяц.
Он кивнул:
— Наверное, ты права.
— Точно права. Всего хорошего.
Я развернулась и пошла дальше.
А он стоял и смотрел мне вслед.
Вечером я рассказала эту историю своему молодому человеку Егору. Мы познакомились как раз после увольнения — на курсах английского, куда я записалась от скуки.
— И что ты почувствовала? — спросил он.
— Ничего, — призналась я. — Он для меня — прошлое.
— А не хочешь вернуться? Раз он просит?
— Егор, есть поговорка: "Нельзя дважды войти в одну реку". Я другая. Он не изменился. Зачем мне возвращаться?
Он обнял меня:
— Молодец.
— Знаешь, что самое смешное? — я улыбнулась. — Когда он сказал "тебя заменят за минуту", я испугалась. Подумала: а вдруг правда заменят? Вдруг я никому не нужна?
— И?
— А оказалось — он не смог меня заменить. За полгода через его руки прошли шесть человек. А я за две недели нашла работу лучше.
Егор засмеялся:
— Значит, не ты была заменяемой. А он — плохим руководителем.
Он был прав.
Люди говорят гадости, чтобы удержать власть. Они внушают тебе, что ты ничего не стоишь. Что легко найдут замену. Что никто другой тебя не возьмет.
Но стоит уйти — и понимаешь: это была ложь.
Ты ценный сотрудник. Тебя ждут. За тебя борются.
А начинается все с уважения к себе, когда показываешь другим, как с тобой можно, а как — точно нет.