И отвернулся. Я вскипела, но усилием воли сдержала себя. Пришлось вернуться домой и переодеться. Нужное платье у меня было, но не хотелось тратить его на… этого. Длинное, в пол, из полупрозрачного и льнущего к телу шифона, оно обрисовывало каждую деталь. Будто этого мало, вырез почти достигал пупка и давал возможность полюбоваться ложбинкой между грудями.
Пришлось быстро переодеться и подправить макияж. Я очень спешила — было очевидно, что вечер будет тяжелый. На этот раз осмотр я прошла успешно.
— Садись.
Моего мнения никто не спрашивал. Машина стремительно летела по улицам, так что я не успевала отслеживать, где мы находимся. Наконец припарковалась возле какого-то невзрачного дома на набережной. На здании не было никакой вывески, что меня немного встревожило. Неужели он привез меня прямо домой?
Виктор Анатольевич обошел машину и небрежно подал мне руку. Хотелось дать по его пресыщенной морде, но нельзя. Сегодня я кукла для сопровождения. И отношение ко мне соответствующее.
Единственная дверь в большом старинном особняке оказалась двустворчатой, он открыл ее и под руку провел меня внутрь. В холле было пусто. В полном молчании мы прошли по пустым коридорам, только цокот каблуков разрывал мои барабанные перепонки.
Мы шли дальше и дальше, мне уже начало казаться, что путь никогда не закончится. И одновременно с облегчением я почувствовала страх. Когда он одной рукой распахнул другие двери, осталось только облегчение. На большой террасе, вплотную примыкающей к речному берегу, сидело множество людей.
Я выдохнула, оглядываясь по сторонам. Небольшие столики, за которыми сидят строго по двое. Из освещения — свеча на каждом столе и небольшие китайские фонарики по краям навеса над террасой. Официанты ловко ориентировались в полумраке, разнося блюда и сразу же теряясь в переплетении теней.
— Прошу. — один из них неслышно возник рядом и рукой показал нам путь. Наш столик оказался у самого парапета, сразу за которым плескались волны. Это было волнующе, как будто я нахожусь на берегу в полном одиночестве. Люди переговаривались шепотом, их почти не было слышно.
Я замерла на краю террасы, вглядываясь в волны, вбирая в себя их запах… Какая красота. Но чувство одиночества было быстро разрушено моим спутником. Он воспитанно пододвинул мой стул и указал:
— Садись.
Пока он занимал место напротив, я не поднимала глаз. Скатерть оказалась из мягкого льна, какого-то приглушенного оттенка. Официант быстро расставил приборы, налил вино и испарился.
— Ты так и будешь сидеть?
Он смотрел на меня прямо сквозь пламя свечи. Блики на лице придавали ему немного потусторонний вид, но именно это помогло мне сосредоточиться и наконец рассмотреть его. Брюнет с карими, почти черными глазами, смуглой кожей и сильными руками. Высок и привлекателен, любимец женщин, миллионер и плейбой.
Кажется, именно так описывают подобные экземпляры, которым нравится покупать все, что понравится. У них просто нет причин видеть мир другим, если под ноги стелится все: карьера, женщины, мелкие начальники.
— Нет, конечно. — ласково улыбнулась я.
— Тогда расскажи о себе.
Он лениво перебирал пальцами край скатерти, откинувшись на спинку стула. В глазах невозможно было прочитать выражение. А может, его там и вовсе не было. Он просто хотел развлечься этим длинным, невыносимо скучным вечером. Что же, игра началась.
***
— Что ты хотел бы узнать обо мне?
Провожу пальцами по ножке бокала, придерживаю и поднимаю к губам. Небольшой глоток. Он молчит, только в глазах отблески свечи.
— Как ты узнал мой адрес? Я тебе не говорила.
— Это было невероятно тяжело. — обаятельно улыбается мой спутник. — Пришлось поднять трубку телефона и позвонить в отдел кадров.
Действительно. Вот дура. Я мысленно хлопнула себя по лбу. Нет мозгов и уже не будет.
— Со сколькими мужчинами ты спала?
— Виктор Анатольевич, я не думаю, что вы в праве задавать мне такие вопросы!
— Виктор…
— Что?
— Просто Виктор. Называй меня только так.
— Хорошо. — я опустила ресницы, чтобы скрыть злость в глазах. Похоже, он остался доволен. Пауза затянулась. Я подняла взгляд и увидела, что этот высокомерный баран попросту сверлит меня глазами в ожидании ответа. Пришлось немного повернуть голову, будто я задумчиво смотрю вдоль реки, в загадочную темноту. Взявши паузу — держи.
Официант принес тарелки и расставил их на столике, пока я рассматривала все подряд: волны, соседние столики, лаконичный и дорогой декор. Только не своего спутника. Подача в этом ресторане была оформлена по-домашнему. Огромные тарелки, но в них не тщательно размазанные в художественном беспорядке ресторанные порции, а горка картофеля по-деревенски и несколько десятков небольших медальонов из свинины, буквально на один укус.
Посередине стола мисочки с закусками. Салат из трав, обильно посыпанные пряностями шарики из неизвестно чего, сырная тарелка. Отдельно горка из фруктов. Забывшись, я одобрительно посмотрела на кавалера. Что-то, а экономить на женщине он не собирается. Он поймал мой взгляд и явно задумался.
Я подождала, пока он не взял приборы, и только тогда приступила к трапезе. Сейчас я гость, а не его женщина.
— Тебе нравится речной пейзаж? — бархатистым голосом спросил Виктор. — Давай выпьем за красоту природы.
Он протянул свой бокал и мне не осталось ничего другого, как аккуратно цокнуть краешком своего. Мы сделали по глотку и опять погрузились в наш ужин. Медальоны просто таяли на языке, они были восхитительными. Лично я никогда в жизни не пробовала ничего подобного.
Шарики в пряностях оказались безумно вкусной закуской из сыра. Чеснока в них не было, его полностью заменили грамотным подбором специй. Я сначала попробовала один, потом второй. Виктор насмешливо наблюдал, как я украдкой тяну один шарик за другим, но смеяться себе не позволил. Только пододвинул ко мне мисочку.
— Это оригинальное блюдо, которое придумал местный шеф-повар. Я его очень люблю. В его основе натуральный козий сыр, выдержанный особым способом. Потом круг разламывают и руками перетирают в крошку. Уже потом в него добавляют смесь специй, а потом обваливают в пряных травах. Такого нигде больше нельзя попробовать.
Он рассказывал мягким голосом истории, а я таскала шарик за шариком и слушала. Очень интересно у него как-то выходило и не обидно. Хотя рассказывал он про отдых в Альпах, про какие-то дорогие курорты, о которых я даже не слышала, о рассыпанном ведерке красной икры и как это смешно было…
Когда он замолк, я не удержалась:
— А потом?
— А потом я приехал в офис и увидел тебя. Ты так испуганно на меня глазела, даже халатик уборщицы на тебе отлично смотрелся. Твоя грудь вздымалась… Мне тогда показалось, что она больше, но сейчас вижу, что такая высокая и красивая.
Я отдернула руку от центра стола, потому что он потянулся к ней своей рукой. И он отступил, но я понимала, что это временно.
— Давай выпьем за шеф-повара этого ресторана. Он мой хороший знакомый.
— А как вы познакомились? — полюбопытствовала я. Он так интересно рассказывал, что хотелось слушать еще и еще. А еще смотрел на меня такими глазами, что я чуть ли не дымилась. В кончиках пальцев начало покалывать и я спешно сделала глоток вина.
— Я стал постоянным клиентом этого заведения с первого посещения. Я сделал заказ «на ваш вкус» и продолжаю делать его каждый раз, как и большинство посетителей… И меня еще ни разу не разочаровали. При этом людям приносят разное, ты можешь посмотреть.
Я оглянулась. И правда, тарелки у всех выглядят по-разному. У кого-то картошка и ребра, у кого-то рис с овощами… Только теперь я обратила внимание на тарелку Виктора, у него лежали несколько куриных ножек… Это я почему-то посчитала, что та то же самое…
Голова немного кружилась, щеки явно горели огнем. Но прохладный ветер, который мягко овевал террасу, облегчал мое положение.
— Здесь любят тех, кто готов довериться судьбе и не боится новых впечатлений. Вот, например, ты, Катя…
Он впервые назвал меня по имени и от этого мое тело почему-то прошил электрический ток. Я вздрогнула, Виктор поднял руку и официант немедленно укутал мои плечи теплым пледом с вышитым гладью узором.
— …была в восторге от нежного мяса и сочетания козьего сыра с пряными травами. А если бы не отдалась своим инстинктам, то никогда бы не узнала этого волшебного, манящего вкуса.
Последние слова он будто перекатывал у себя во рту, мягко и вкрадчиво. Да, с кем я тягаться задумала, игры играть. Да он таких, как я, щелкает в одну секунду. Виктор поднялся и подал мне руку. Я приняла приглашение и он повел меня к самому парапету.
Здесь ветер был гораздо сильнее, хотя столик стоял всего в полуметре. Уютный плед очень пригодился, а вот прическа немедленно растрепалась. Однако мой спутник не обратил на это никакого внимания.
— Этому особняку уже больше двухсот лет. Сколько я себя помню, он стоял с заколоченными окнами и медленно ветшал. Вон там, чуть дальше, есть такое широкое место с островком, прямо посередине реки. Мы туда заплывали и я часто смотрел на этот дом, думал, сколько же он пережил за свой век. Неужели его ждет такой печальный конец?
Я представила себе грустного худенького мальчишку, который рассматривал разрушающийся, некогда прекрасный дом, и на глаза наворачивались слезы.
— Но потом его кто-то купил. Мы не знали, кто. Но дом вдруг засиял чистыми стеклами, снова появились старинные ставни, стены подровняли и покрасили… Дом будто вытянулся и стал гораздо моложе. А потом однажды меня случайно привели сюда и я увидел пристроенную террасу, которой раньше не было. И заново влюбился в него.
Перед глазами стоял уже подросший мальчик, который попал в ожившую сказку своего детства. Почему-то в моих мыслях он был вихрастый и весь в веснушках, так что тянуло улыбнуться от искрящего озорства. Я искренне радовалась за дом и мальчишку, пока не очнулась и скользящей по моей заднице руки.
Оказалось, что я давно уже стою в его объятьях, склонив голову Виктору на плечо. Он нашептывает свою историю мне на ухо и, конечно же, не теряет времени зря. Вдруг дергаться и закатывать скандал было бы странно, да я уже и пригрелась. Он крепко меня обнимал, не давая даже шанса.
Телу было тепло и уютно, я почувствовала что-то странное, что никогда не посещало меня даже в обществе мужа…
— Поедем ко мне? — прошептал мне на ухо Виктор, обпалив дыханием замерзшую кожу.
***
— Ты боишься? — немного насмешливо спросил он, когда я замерла у входной двери. — Ты можешь уйти в любой момент.
— Любуюсь обстановкой. — решительно ответила я, хотя на самом деле была поражена своей смелостью. Прийти домой к начальнику после первого же ужина. Мне никогда в голову не пришло бы.
— Разуваться не надо. — он прошел дальше прямо в ботинках. Классический костюм невероятно шел ему, подчеркивая стильно уложенные черные волосы и смуглую кожу. Я пошла за ним, высокие каблуки отбивали чечетку на узорной плитке.
— Будешь шампанское? — он прошел прямо к холодильнику. Квартира оказалась студией, за единственной дверью, немного приоткрытой, была видна широкая, тщательно застеленная кровать.
Кухню от огромного зала отделяла только широкая барная стойка, больше уместная в каком-то пабе. Телевизор с большим экраном, угловой диван прямо посередине комнаты. Остальную обстановку составляли картины, объемные композиции и великолепный многоуровневый потолок.
Ломаные линии создавали полное ощущение, что ты находишься в пещере. С высоты шести метров спадали стеклянные сталактиты, вызывая небольшую тревогу. Пройдя вперед, я обернулась. Вся стена за моей спиной была одним огромным зеркалом, делающим комнату вдвое больше. Там стояла еще одна я — в вечернем платье, облегающем фигуру, изящных босоножках на высоком каблуке и с испуганными глазами.
Он с двумя бокалами в руках повернулся ко мне, но потом отставил их на барную стойку.
— Ты хочешь уйти? — он мягким шагом приближался, будто подкрадывался. Но я не могла отвести взгляд.
— Н-нет.
Его карие глаза будто захватили меня в плен, лишая остатков разума. Все-таки вино за ужином было слишком крепкое. Он обхватил меня рукой за талию, второй нежно погладил волосы.
— Не бойся, маленькая… Ты такая беззащитная… — он проложил дорожку поцелуев по моей ключице, а потом впился в губы жестом завоевателя. Я прогнулась назад, но спасения не было. Он, умело орудуя губами, уже добился отклика. Я приоткрыла губы и полностью отдалась поцелую — сметающему все преграды и поднимающему мою женственность из-под гнета разочарований.
Вдохнуть полной грудью я смогла, казалось бы, через целую вечность. Голова немного кружилась, но он продолжал поддерживать меня за талию, с удовольствием наблюдая мой расфокусированный взгляд. Его руки тем временем поглаживали мою спину, молния платья понемногу ползла вниз.
Я тяжело дышала. Нежные, будто невесомые прикосновения сквозь шелковистую ткань заставляли электрические разряды проходить по всему моему телу. Рукой он осторожно снял платье с одного плеча, потом со второго. Оно соскользнуло вниз и осталось лежать блестящей лужицей на полу.
Я стояла посреди гостиной абсолютно голая, ведь под такие наряды белье не носят. Тяжелое дыхание разносилось по комнате, будто заполняя ее. Он отступил на несколько шагов и вернулся за бокалами.
— Держи. — он буднично протянул мне один из них, будто ничего не случилось. Я отпила глоток, чтобы привести чувства в порядок. Мужская рука проявилась у меня на боку и неспешно, перебирая пальцами, как на пианино, начала опускаться ниже. Потом замерла на ягодице и резко поднялась на талию.
Я сделала еще глоток шампанского. В голове совсем мутилось, руки дрожали, еле удерживая бокал. Он резким движением прижал меня к себе, легко удерживая на весу, и сделал несколько шагов. Спиной я ощутила холодную поверхность зеркала и немного очнулась.
Однако прийти в себя мне не дали. Свободной рукой он поднял мое бедро. Я инстинктивно обернула ногу вокруг его талии.
— Гибкая девочка. — улыбнулся он. — Соблазнительная, вкусная…
Он с нажимом провел рукой по бедру, в один момент переместившись на его внутреннюю сторону и убрав ладонь. От нахлынувших чувств я выгнулась, уперевшись затылком в зеркало. Сталактиты надо мной сияли, или это были звезды у меня в глазах.
Из своего бокала он пролил струйку шампанского на мою грудь и быстро слизал ее.
— Вкусная девочка. — повторил он. А где мой бокал? Удивившись неожиданной свободе своих рук, я обхватила его за шею. Какие мягкие волосы…Он быстро провел руками по бокам, бедрам, снова приподнял меня и поцеловал долгим поцелуем.
Я практически висела, зажатая между зеркалом и мужчиной, который пах тонким возбуждающим ароматом. Он играл на моем теле, как на совершенном музыкальном инструменте. Я изгибалась в его руках, теряя силы с каждым выдохом.
Он подхватил меня на руки и усадил на спинку дивана. Мне пришлось уцепиться руками в обивку, чтобы не упасть. Тело било мелкой дрожью, губы раскрывались сами собой. Он развел мои колени в сторону и оглядел открывшуюся ему картину. Потом поцеловал быстрым целомудренным поцелуем прямо в губы, в шею, в плечо… его губы опускались все ниже и ниже, пока не сомкнулись на самом сокровенном.
Я резко выгнулась в приступе удовольствия. Казалось, что все молнии, которые блуждали по моему телу, сосредоточились в одном месте, а потом, усилившись, снова разлетелись, заставляя меня кричать.
Я не упала только чудом. Все мышцы были сведены судорогой, будто я тяжело болела. Но эта болезнь была настолько приятной, что не хотелось выздоравливать. Наконец он поднял голову и лукаво улыбнулся, погладив тыльной стороной ладони по внутренней стороне бедра. Я вздрогнула, хотя только что казалось, что полностью опустошена.
— Ты не хочешь перейти в спальню?
— Хочу. — непослушными губами прошептала я.
***
Он поднял меня на руки и понес. Обнаженную кожу приятно холодила мягкая дорогая ткань его костюма. Стесняться уже было нечего, и я закинула руки ему на шею, чтобы перебрать пальцами непослушные волоски в манящей впадинке под затылком. Невинная ласка дала свой эффект — он ускорил шаг и бережно опустил меня на роскошную двухместную кровать.
Продолжение следует…
Контент взят из интернета
Автор книги Бельская Аглая