— Из всякого трудного положения сейчас же выйдешь, если только вспомнишь, что живешь не телом, а душою, вспомнишь, что в тебе есть то, что сильнее всего на свете.
Рита осторожно похлопала Эву по плечу. Они с Валеркой пришли в её дом поздно ночью. Не могли больше ночевать в огромном и пустом особняке Баро.
Вот так бывает, что каким бы роскошным и уютным ни было твоё жилище, оно вдруг становится чужим, будто замершим, и вся мебель, все предметы, вещи — ничего не радует больше.
Уложив Валерку спать, Рита вернулась к Эве, которая так и не притронулась к скромному ужину. Лишь только выкурила две сигареты, от чего в небольшой полутёмной кухне стоял терпкий запах табака.
— Есть что покрепче? — хрипло спросила Эва, полуобернувшись на голос Риты. Она ещё не сообщила ей главного. Из-за чего вдруг особняк Баро стал для неё невыносимой пыткой.
— Говори — коротко бросила Рита. Она полезла в кухонный навесной шкафчик и достала бутылку водки. Так, держала про запас. Видимо, сегодня пригодится.
— Мишу убили. В камере — всё тем же хриплым голосом произнесла Эва. Она уронила голову на сложенные на столе руки, и плечи её затряслись в беззвучном плаче.
Ноги Риты сразу ватными стали, мысли перескакивали с одной на другую. Мишу убили? Но как? Зачем?
Разлив по стопкам водку, Рита придвинула к Эве её стакан.
— Пей — твёрдо потребовала она — пей, даже если не хочешь. А после, расскажи мне, откуда тебе стало известно о смерти Миши. Следователь звонил?
Эва выпила до дна, размазывая ладонью слёзы по бледным щекам.
— Следователь — криво усмехнувшись, подтвердила она — поздно позвонил, мы уже с Валеркой спать собирались. Безо всякой подготовки сообщил, что в результате несчастного случая мой муж погиб. Погиб, понимаешь? Но я-то знаю, что намеренно убрали его, сволочи. Испугались, что всю цепочку в итоге сдаст.
Эва негромко стукнула кулаком по столу, сцепив от злости зубы. Водка благополучно разлилась по желудку и тут же зажгло всё внутри.
Натянутые, как тетива лука, нервы чуть ослабли. В теле появилась апатичная расслабленность, и захотелось спать. Крепко. Без снов. Поплачет Эва потом. На похоронах Миши. Тело им разрешат забрать. Должны.
— Ты же предвидела всё, так?
Рита отставила в сторону недопитую стопку. Миша для их табора был ценным и уважаемым цыганом. Теперь точно сходка будет, и Баро назначат кого-то другого.
Эва на прямой вопрос Риты замотала головой.
— Не видела я. Но предчувствовала, что должно что-то случиться. Только я почему-то подумала, что на аресте всё и ограничится. Я никак не могла ... А может, не хотела предположить, что Мишу уберут!
— И что ты теперь будешь делать?
Рита убрала водку. Она им больше не понадобится. Нечего Эву на спиртное настраивать, а то мало ли ... Запить решит.
— Мне здесь нельзя оставаться. Мишу убрали, и меня уберут. А у меня Валерка, о ней мне заботиться теперь нужно. Поэтому, как рассветёт, мы на станцию пойдём. Деньги есть. Я могу с ними в любой точке мира затеряться. Так что прости и другим объясни, что обстоятельства вынуждают меня покинуть табор. Бизнеса Баро больше нет. Всё, что возможно, конфискуют в пользу государства.
— Это ты правильно решила. Бежать вам отсюда необходимо. За нас не беспокойся. Мы такой народ, что нигде не пропадём. Плохо говорить о тебе не позволю за твоей спиной, ты уж в этом будь уверена. Ну а в остальном храни тебя бог. Всё получится у вас с Валеркой. Да ты и сама всё знаешь.
Рита с Эвой поговорили ещё немного и разошлись. До рассвета оставалось пару часов.
Но утром Рита провожать Эву с её дочкой не пошла. Не любила долгих прощаний и проводов. Так и расстались на пороге её дома.
— Взрослой станешь всегда в гости жду с мамкой. Приедешь? — лишь спросила она у Валерки напоследок.
— Приеду! — девочка звонко поцеловала цыганку в смуглую щёку и поспешила к калитке, где Эва, оглядываясь по сторонам, нетерпеливо поджидала её.
Рита долго провожала тоскливым взглядом две удаляющиеся фигуры, пока те не скрылись за поворотом. Табор спал по своим домам, не зная ещё, что ждёт их не просто новый день, но ещё и серьёзные перемены, а также печальная весть о смерти Михая.
Эва поручила забрать его тело и, как положено, предать земле. Сама она уже ничего не могла больше сделать для Миши.
***
Стёпка был незамедлительно переведён в школу, где училась Лика. В её класс. Инна Витальевна смогла договориться. Мир не без добрых людей, пошли на уступки, несмотря на почти завершающийся конец учебного года. Полтора месяца, и дети на летние каникулы уйдут.
Благодаря активным стараниям Лики её брат, а она именно так с гордостью и представляла его всем, довольно быстро влился в коллектив класса. Чужаком и изгоем он себя не почувствовал ни секунды. Даже друзей среди мальчиков быстро нашёл.
Егор Петрович, как и обещал, из "качалки" ушёл, и вместо него поставили нового тренера, которого Стёпка уже побаивался. Но, как учил Егор Петрович, волков бояться - в лес не ходить. Да, новый тренер жёсткий, требовательный. Вот только если Стёпка желает закалиться не только физически, но и морально, для него это будет полезно. А если бросит тренироваться, то, значит, духом он всё же слаб.
-Не брошу - упрямо заявил Стёпка. У него сейчас всё было хорошо. Инна Витальевна заботилась о нём, Лика души не чаяла в брате, а Егор Петрович гордо называл: "сынок". Но всё равно Стёпка желал быть везде и во всём первым. У него была цель, и он упорно к ней шёл. Школа, армия, институт.
-Ты, Стёпка, иди маленькими шагами, так бОльше достигнешь. Чем ты сразу сейчас ринешься покорять все вершины, какие есть. Можно себя надорвать или разочароваться. Поговорку-то слыхал? Тише едешь - дальше будешь. Мотай на ус, сынок. Батя тебе плохого не посоветует.
Егор Петрович потрепал мальчонку по голове и начал собираться. В Москву. Не пошёл он к однокласснику в автосервис. Работать у своих - та ещё проблема. Нашёл через третьих знакомых работу вахтовым методом. Деньги платят приличные. И квартиру побольше взять смогут, и с текущими долгами расплатиться.
Стёпку он оставлял за старшего.
-Ты за женщинами нашими приглядывай. Тебе доверяю свой ответственный пост, пока меня не будет.
-Уж и тут остался бы - пряча красные заплаканные глаза, вздохнула Инна Витальевна. Стояли они на следующий день на автовокзале. Никогда они с Егором так надолго не расставались ещё. Хоть бы всё благополучно сложилось у него там.
-Не могу, Инна. Двое детей у нас теперь. Забот прибавилось. Но приятных забот, у меня будто второе дыхание открылось. Так что, дорогие мои, не унывайте тут. Через недели две папка к вам вернётся. А там уже привыкнете и не будете успевать соскучиться по мне!
Лика, всхлипывая, прижалась к отцу. Они все прижались. Чувствовали, что впереди что-то новое намечается, неизведанное. К хорошему ли? Жизнь покажет. Инна Витальевна ни о чём не жалела. Стёпка пришёл в их семью тогда, когда нужно, и сердце её открылось для этого мальчика. Будто всегда он с ними жил и был родным, своим до боли сыном. Теперь за двоих детей душа у неё болеть будет. Два сердечка её дорогих. Может, и правильно Егор делает. Чтобы жить хорошо, на одном месте не просидишь.
Автор здесь и здесь! Кому интересно моё творчество, не теряйте.