Когда Светка позвонила в воскресенье вечером, я уже устроилась с чаем перед телевизором. За окном моросил октябрьский дождь, и планов на вечер у меня никаких особенных не было. Дочь говорила быстро, взахлёб, как всегда, когда что-то затевала.
– Мам, слушай, мы с Лешей решили махнуть в Сочи! Путёвка горящая попалась, вообще за копейки. Представляешь, на десять дней! Завтра уже улетаем.
Я отставила чашку и прикрутила звук телевизора.
– Ну и хорошо, детки. Отдохнёте. Давно собирались.
– Мам, а ты не могла бы к нам приезжать? Ну, через день там, или как у тебя получится. Просто Марсик один останется, и вообще, квартиру надо проветрить, цветы полить. Ключи у тебя же есть запасные?
Марсик – это их рыжий кот, толстый и ленивый. Два года назад подобрали котёнком у подъезда, выходили, и теперь он был полноправным членом семьи. Я, честно говоря, к котам отношусь спокойно. Не то чтобы не люблю, просто никогда своих не держала. Но внукам он вроде как дедушка уже, семья.
– Конечно, приеду. Не переживайте. Сколько раз кормить-то надо?
– Да он у нас на сухом корме в основном. Насыплешь ему в миску, водички свежей нальёшь. Лоток убрать только. Мы всё покажем, ты завтра заедешь к нам часам к семи? До аэропорта нам ещё добраться надо.
Так я и согласилась. Что тут такого сложного? Приехать пару раз, покормить кота, полить фикус. Светка с Лёшей работают не продыхая круглый год, заслужили отдых. А я на пенсии, время есть. К тому же их квартира в двадцати минутах от меня на автобусе. Подумаешь, какие проблемы.
На следующий день я приехала к ним, как договаривались. Светка металась по квартире, укладывая в чемодан купальники и сарафаны, Лёша проверял документы и распечатывал билеты. Квартира у них небольшая, двухкомнатная, но уютная. Они её три года назад купили, в ипотеку, конечно. Сами делали ремонт, обои клеили, ламинат укладывали. Я им помогала, шторы вешали вместе.
– Мам, смотри, корм вот здесь стоит, в этом шкафчике. – Светка распахнула дверцу кухонного гарнитура. – Насыпаешь примерно вот столько, до этой риски на мерном стаканчике. Два раза в день, утром и вечером. Воду обязательно меняй, Марсик чистоплотный, не пьёт застоявшуюся.
Кот как раз вальяжно вышел из комнаты и уселся посреди коридора, наблюдая за суетой. Огромный такой, килограммов на семь, наверное. Рыжий, с белой грудкой и белыми лапками. Смотрел на меня жёлтыми глазами недоверчиво.
– Он меня помнит? – спросила я.
– Конечно помнит! – Лёша взъерошил коту холку. – Марсик, это бабушка приехала. Будешь её слушаться.
Кот мяукнул как-то недовольно и пошёл к своей миске. Я подумала тогда, что, может, он уже проголодался, но Светка сказала, что только час назад кормила.
– Лоток вот тут, в ванной за дверью. – Светка показала. – Совочек рядом стоит, просто убираешь комочки в пакетик, завязываешь и в мусорку. Наполнитель докупать не надо, у нас полмешка ещё есть.
Я всё кивала, запоминала. Казалось, ничего сложного. Подумаешь, кот. Сколько людей кошек держат, справляются же.
– И ещё, мам, цветы полить не забудь. Фикус на кухне, фиалки на подоконнике в комнате. Фикус раз в три дня где-то, а фиалки осторожненько, под корешок, чтоб на листья не попало.
– Хорошо, хорошо. – Я уже слегка терялась от количества инструкций. – А вы звоните мне, если что. Телефон всегда при мне.
– Мам, да не волнуйся ты! – Светка обняла меня. – Тут вообще ничего сложного. Ты просто иногда приезжай, проверяй. Мы через десять дней вернёмся, всё покажем, как Марсик себя вел.
Они уехали в аэропорт, а я осталась ещё на полчаса, чтобы всё осмотреть и убедиться, что запомнила, где что лежит. Марсик ходил за мной по пятам, мяукал, тёрся о ноги. То ли привыкал ко мне, то ли уже понял, что хозяева уехали, и теперь придётся иметь дело со мной.
Первые три дня всё шло хорошо. Я приезжала утром, кормила кота, убирала лоток, проверяла, не течёт ли где-то, не оставили ли окна открытыми. Марсик встречал меня мяуканьем у двери, ел с аппетитом, давал себя погладить. Вечером я приезжала снова, повторяла всё то же самое. Один раз полила цветы, протёрла пыль на полках. Даже стало нравиться. Квартира тихая, никто не мешает, кот мурлычет под рукой. Я садилась на их диван, пила чай из их чашек, смотрела в окно на соседние дома. Странное чувство было – будто я побывала в чужой жизни на несколько часов.
На четвёртый день начались проблемы. Приехала я утром, как обычно, открыла дверь ключом, а Марсик не выбежал навстречу. Я прошла на кухню – миска с кормом нетронутая, с вечера ещё. Вода тоже полная.
– Марсик! Кис-кис-кис! – позвала я, стараясь говорить ласково, как Светка.
Тишина. Я заглянула в комнату, под кровать, за шкаф. Нигде. Сердце ёкнуло. Куда он мог деться? Окна все закрыты, балкон тоже. Я проверила ванную, туалет, кладовку. Наконец нашла его в шкафу с постельным бельём. Забился в самый дальний угол, на верхнюю полку, свернулся клубком между пододеяльниками.
– Марсик, ты чего там? Вылезай, пора кушать.
Кот посмотрел на меня, мяукнул жалобно и отвернулся к стенке. Я попыталась его достать, он зашипел и выпустил когти. Руку мне, правда, не поцарапал, но предупредил ясно – не трогай.
Я растерялась. Позвонила Светке. Они как раз были на экскурсии какой-то, шум, гул, голоса. Дочь еле слышала меня.
– Мам, чего? Я плохо слышу!
– Светка, кот в шкафу сидит, не выходит! Не ест ничего!
– Мам, ну дай ему время! Может, просто спит! Потом выйдет, проголодается! Мам, я тебе потом перезвоню, ладно?
Она сбросила. Я осталась наедине с проблемой. Ну ладно, думаю, может, правда, выйдет. Оставила ему корм, воду, проверила лоток. Уехала домой, но весь день переживала. Вечером приехала снова – всё та же картина. Кот в шкафу, корм не ел, вода не тронута. Я уже начала паниковать. А вдруг он заболел? Может, ему плохо, а я не понимаю? Позвонила Светке вечером, когда они вернулись в отель.
– Мам, ну ты не нагнетай! – голос дочери был уставший, но довольный. – Марсик иногда так делает, когда мы уезжаем. Он тоскует. Просто выйдет, когда проголодается. Коты могут не есть несколько дней, это нормально.
– Несколько дней?! – ахнула я. – Светка, а может, его к ветеринару отвезти?
– Мам, не надо никуда везти! Подожди до завтра. Если завтра не выйдет, тогда подумаем.
Я легла спать, но спала плохо. Всё думала про этого рыжего упрямца, который сидит в шкафу и голодает. На следующее утро понеслась к ним чуть свет. Открыла дверь – и вот тут началось самое интересное. Из кухни доносился какой-то шум, грохот. Я вбежала и обомлела. Марсик стоял на столе, а вокруг него валялись остатки фикуса. Горшок перевёрнут, земля по всему полу и столу, сам фикус вырван с корнем и валяется в углу. Кот смотрел на меня с таким довольным видом, будто совершил великое дело.
– Марсик! Что ты наделал?!
Он спрыгнул со стола и побежал в комнату. Я бросилась за ним, а там – фиалки сброшены с подоконника, все три горшка. Земля, черепки, листики по всему ковру. Красота.
Я села на диван и чуть не заплакала. Вот тебе и простое дело. Вот тебе и просто покорми кота. Светка с Лёшей три года этот фикус растили, он у них почти до потолка вымахал. А фиалки ещё от её бабушки достались, старые такие, редкие сорта. И что теперь делать?
Марсик тем временем уселся в коридоре и принялся умываться, как ни в чём не бывало. Вылизывал лапу, проводил по морде, мурлыкал даже. Я посмотрела на него, и вдруг меня прорвало:
– Да что же это такое! Дети уехали отдыхать, попросили присмотреть за квартирой и кошкой, а тут такое творится!
Кот перестал умываться, посмотрел на меня своими жёлтыми глазами, мяукнул и пошёл к миске. Спокойно так пошёл, будто ничего и не случилось. Начал есть, наконец-то. Я смотрела на него и не знала, смеяться мне или плакать.
Я убирала эту катастрофу два часа. Собирала землю, мыла пол, вытирала ковёр. Фикус был совсем безнадёжен, корни оборваны, ствол надломлен. Фиалки тоже пострадали серьёзно, но я попыталась их спасти – пересадила в новые горшки, которые нашла в кладовке, полила, поставила обратно на подоконник. Одна всё равно не прижилась, листья сразу завяли. Две другие вроде ещё живые были, но вид имели жалкий.
Звонить Светке я не стала. Зачем портить им отпуск? Они там на море, отдыхают, а я им скажи, что кот всё разгромил. Только переживать будут. Решила, что разберусь сама как-нибудь. Может, фикус новый купить успею до их возвращения, такой же большой. Поеду в садовый центр, выберу похожий.
Но на этом приключения не кончились. На следующий день приезжаю – а у них течёт кран в ванной. Не сильно, но капает. Вода стекает в раковину, но всё равно неприятно. Я попыталась покрутить вентиль, затянуть покрепче, но ничего не вышло. Позвонила Светке.
– Мам, там просто прокладку поменять надо, – сказала она. – У Лёши где-то в тумбочке запасные лежат, в коридоре, в правой. Или вызови сантехника, если сама не хочешь.
Я нашла прокладки, нашла инструкцию в интернете, как их менять. Час потратила, руки измазала, но вроде справилась. Кран перестал капать. Гордилась собой весь день. Вот, думаю, не такая уж я беспомощная старушка, могу и кран починить.
А вечером приезжаю, а у соседей сверху затопило. То есть не совсем затопило, но потолок в ванной у детей мокрый, и капает слегка. Я, конечно, побежала к соседям наверх, позвонила. Открыла женщина лет сорока, растрёпанная, уставшая.
– Добрый вечер, я из квартиры снизу. У вас там случайно не течёт ничего?
Она ахнула, пригласила в квартиру. Оказалось, у них стиральная машина дала течь, шланг где-то прохудился, и вода натекла на пол, а оттуда просочилась к детям. Женщина извинялась, причитала, говорила, что машину недавно купили, а она уже ломается. Я успокаивала её, говорила, что ничего страшного, просто надо посмотреть, не испортился ли потолок.
Вернулась вниз, позвонила опять Светке. Дочь уже начинала нервничать, слышно было.
– Мам, ну что там ещё случилось?!
– Светка, соседи сверху затопили немного. Ванная комната, потолок мокрый.
– Мам, просто вытри всё тряпкой, проветри. Это же натяжной потолок, он выдержит. Главное, чтоб не было лужи на полу.
– Нет, лужи нет. Просто мокрое пятно на потолке.
– Ну вот и хорошо. Мам, ты там сама-то в порядке? Не переутомляешься?
– Я в порядке, – соврала я. – Всё нормально, не волнуйтесь.
На самом деле я уже валилась с ног. Каждый день по два раза туда-сюда ездить, убирать, чинить, следить за этим рыжим бандитом. Марсик, кстати, вёл себя теперь как ни в чём не бывало. Ел исправно, ходил в лоток, даже позволял себя гладить. Правда, спать стал на их кровати, прямо посередине, и когда я пыталась его согнать, смотрел на меня так надменно, будто это я здесь лишняя, а не он.
Ещё через два дня я решила всё-таки съездить в садовый центр, купить новый фикус. Выбрала день, когда у меня было больше времени, поехала на автобусе на другой конец города. Центр огромный, растений там тысячи. Я бродила между рядами, искала фикус. Нашла наконец, но такой, как у детей, огромный, стоил совершенно неприличных денег. Восемь тысяч рублей. Я чуть не упала. Моя пенсия пятнадцать тысяч, и отдать больше половины на цветок? Но ведь я обещала себе, что исправлю ситуацию.
Постояла я, подумала, пошла дальше смотреть. Нашла фикус поменьше, совсем молодой, но хотя бы того же вида. Тысячи три с половиной. Купила. Тяжёлый горшок, еле дотащила до автобуса, потом от остановки до их дома. Занесла в квартиру, поставила на то же место, где старый стоял. Выглядело, конечно, не так впечатляюще. Маленький такой, скромный фикус вместо роскошного дерева. Но хоть что-то.
Марсик обнюхал новое растение, попытался его лапой трогать, но я цыкнула на него строго, и он отошёл. Видимо, понял, что шутки кончились.
Оставалось три дня до возвращения детей. Я приезжала, как обычно, кормила кота, проверяла квартиру. Пятно на потолке в ванной подсохло, почти не заметное стало. Фиалки две выжившие даже новые листочки дали, обрадовалась. Думала, что самое страшное позади.
Но нет. За день до их приезда, вечером, я открыла дверь и сразу почувствовала странный запах. Резкий такой, неприятный. Прошла на кухню – там всё нормально. В комнате тоже ничего необычного. Ванная, туалет... И тут я увидела. Марсик использовал не лоток, а угол в коридоре. Прямо на ковёр.
– Марсик! – закричала я. – Ты что творишь?!
Кот сидел на подоконнике и смотрел на меня абсолютно равнодушно. Будто говорил: а что такого? Мне захотелось, вот я и сделал.
Я убирала, тёрла, стирала этот ковёр час. Потом сушила феном. Всё равно остался слабый запах, но деваться некуда. Завтра дети приезжают. Что скажу? Что их любимый Марсик превратился в маленького террориста, пока они загорали на юге?
Ночью я почти не спала. Прокручивала в голове всю эту неделю. Как я старалась, как пыталась всё сделать правильно, а получилось всё кувырком. Фикус погиб, фиалки две из трёх еле живые, потолок был затоплен, ковёр воняет, кот совершенно обнаглел. И это я должна была просто присмотреть за квартирой. Просто покормить кота.
Утром приехала в последний раз. Марсик встретил меня как родную, тёрся о ноги, мурлыкал. Я насыпала ему корм, погладила. Странное дело, но я к нему уже привыкла за эту неделю. Даже жалко стало прощаться.
– Ну что, рыжий, – сказала я ему. – Твои хозяева скоро вернутся. Веди себя с ними лучше, чем со мной.
Он посмотрел на меня, мяукнул и продолжил есть.
Дети вернулись вечером, загорелые, счастливые, с кучей фотографий и сувениров. Светка сразу бросилась обнимать меня.
– Мам, спасибо огромное! Ты нас так выручила! Мы так классно отдохнули, море тёплое было, погода отличная!
Лёша тоже благодарил, рассказывал про экскурсии. Марсик вальяжно вышел им навстречу, позволил себя потискать, замурлыкал. Идеальный кот, примерный член семьи.
– Как он себя вёл? – спросила Светка, почесывая кота за ухом. – Не скучал?
Я посмотрела на неё, потом на Лёшу, потом на довольного Марсика. И решила.
– Всё было хорошо. Только...
– Что только? – Светка насторожилась.
– Ну, с фикусом вышла неприятность. Он заболел, пришлось выбросить. Я новый купила, маленький пока. Будет расти.
Светка подошла к кухне, посмотрела на молодой фикус.
– Мам, да ладно тебе! Ничего страшного. Вырастет новый. Главное, что ты так заботилась обо всём!
– И с фиалкой одной тоже беда вышла, – продолжила я. – Засохла. Не знаю почему.
– Мам, да не переживай ты так! – Светка обняла меня. – Бывает. Может, старая уже была. Ты главное сама не надорвалась? Мы тебя нагрузили, наверное?
– Нет, нет, – заверила я. – Я справилась.
Промолчала про потоп, про ковёр, про то, как Марсик устроил погром, про то, как я чинила кран и три часа убирала землю. Зачем портить им радость возвращения? Они отдохнули, набрались сил, это главное. А всё остальное – мелочи. Фикус новый вырастет, фиалки тоже можно развести. Ковёр я им потом новый подарю, на день рождения Светке, например. Скажу, что захотелось сделать приятное.
Вечером, уже дома, я сидела на своём диване с чашкой чая и думала об этих десяти днях. Как же всё-таки обманчива простота. Со стороны кажется – ну что там сложного, присмотреть за квартирой? А попробуй. Каждый день какая-то новая задача, новая проблема. То кот взбунтовался, то кран потёк, то соседи залили, то цветы погибли.
Но знаете, что странно? Я ни разу не пожалела, что согласилась. Да, было трудно. Да, нервничала. Но чувствовала себя нужной. Полезной. Справлялась с проблемами, решала, действовала. Не сидела дома перед телевизором, а жила. Помогала детям. Разве не для этого мы, родители, существуем?
Марсик, кстати, оказался не таким уж плохим. Просто скучал по хозяевам, вот и безобразничал. Животные ведь тоже чувствуют, когда их оставляют. Может, я была к нему слишком строга. Или недостаточно ласкова. В следующий раз, если ещё попросят, постараюсь лучше.
Потому что наверняка попросят. Светка уже на прощание сказала, что на Новый год хотят в Питер съездить. И снова надо будет присматривать. За квартирой. И за Марсиком.
И я, наверное, соглашусь. Потому что они мои дети. И пусть с котом этим рыжим нам не очень повезло подружиться, но зато я провела десять дней, чувствуя себя востребованной. А это, в моём возрасте, дорогого стоит.
На телефоне пришло сообщение от Светки. Фотография – она обнимает Марсика, и подпись: «Мам, ещё раз спасибо! Ты у нас самая лучшая!»
Я улыбнулась и убрала телефон. Допила чай, выключила свет и легла спать. Спокойно так легла, впервые за эти десять дней. Завтра снова будет обычный день. Никаких котов, никаких протекающих кранов, никаких погромов с цветами.
Но было в этой мысли что-то грустное. Потому что обычные дни, они какие-то пустые бывают. А тут жизнь била ключом, хоть и доставляла хлопоты.
Ладно. Поживём – увидим. Может, и правда на Новый год снова позовут. И я снова соглашусь. Потому что, несмотря ни на что, мне это понравилось. Быть нужной. Помогать. Справляться.
Даже если придётся снова иметь дело с Марсиком.