1
Вика шагнула в сторону с тропинки и тут же влипла в отвратительную паутину. Смахивая её с лица и представляя, какая огромная тварь могла там таиться, облилась холодным потом и в который раз прокляла Ваньку Иванова: из-за него она попала в это расчудесное место. Было темно и пахло влажной хвоей – перед закатом прошёл дождь. Невдалеке светились окна корпусов…
Ещё два шага, и можно позвонить этому самому Иванову и выложить, что она надумала о нём за весь длинный день. Телефонами участникам программы пользоваться запретили наравне с табаком, алкоголем и лекарствами, и это было чёрт знает что! Нажав вызов и слушая гудки, Вика раздражённо пнула сосну, под которой оказалась. Нога неприятно заболела. Гадкие кроссовки… такие лёгкие и непрочные… Телефон пискнул и погас. Конечно, она забыла зарядить его перед поездкой, а в лесу с этим проблемы. И вообще, пора бы заменить этого мастодонта на что-то, способное держать заряд несколько суток.
– Иванов, ты засранец! – сказала Вика громко, словно Ванька мог услышать её из Москвы. – На моём месте должен был быть ты!
– Он вас не слышит!
Вика нервно подпрыгнула, и сердце её заколотилось. Мужской голос, да ещё так неожиданно, ночью в лесу… А главное – откуда он?
– Вы… кто?
– Правильнее было бы спросить – где я. Я над вами. А если у вас сдох телефон, ловите мой.
Вика подняла глаза и увидела на крепкой ветке сосны мужской силуэт. Это почему-то успокоило. Хотя и не должно было бы. Какой нормальный человек влезет ночью на дерево?
– Не бросайте телефон, – предупредила Вика. – Я не поймаю. К тому же не хочу разговаривать при свидетелях.
– Жаль. Я хотел послушать беседу симпатичной девушки с засранцем Ивановым.
Симпатичная девушка… Вика хмыкнула. Надо же так грубо польстить. Во-первых, он не мог её оттуда рассмотреть. Во-вторых, симпатичной она могла считаться в городе, когда ещё трудилась в аптеке, надевала на работу открытые блузки и короткие юбки, следила за причёской, подкрашивалась, словом, прилагала какие-то усилия по улучшению своего внешнего облика. Сейчас же стоит в лесу, в столетних зелёных кроссовках и спортивном костюме унисекс, прихваченном у Ваньки и ей слегка свободном, а волосы заплетены в две косички, чтобы не мешали выполнять команды ведущего группы. Нет, конечно, девушка и косички может заплести завлекательно, но её-то… господи… да они завязаны – одна плетёной синей фенечкой, снятой с руки, а вторая – красной верёвочкой. Верёвочку ей дал ведущий. Одним словом, не Виктория, а краса неземная, богиня собственной персоной.
Почти невидимый незнакомец завозился на дереве и спрыгнул прямо перед ней, оказавшись совсем молодым стройным мужчиной чуть выше среднего роста. Потыкав в телефон, он включил фонарик и подсветил пространство вокруг себя. Вика разглядела его тёмные вьющиеся волосы и карие глаза. А по мятой полосатой футболке с длинным рукавом и джинсам, порванным на коленке, сделала вывод – молодой человек или местный, или из их же заведения, но из другой группы. Туристы-походники, как и маньяки, экипированы, безусловно, иначе. Насколько Вика знала, в санатории проводились одновременно три тренинга – их группа только заехала, ещё одна скоро вернётся в Москву, а третья идёт по какой-то иной программе, это не тренинг личностного роста, а, наверное, корпоративный тимбилдинг – привезли некую организацию и начали её сотрудников тут сплачивать. Ночевали группы в разных корпусах, питались в одной столовой, но в разное время, с утра расходились по разным локациям и в течение дня могли видеть друг друга только мельком издалека.
Снова нехорошо вспомнив Ваньку, который мечтал усовершенствоваться, личностно развиться и стать круче гор, но умудрился за два дня до выезда не разойтись во дворе с мальчишкой-велосипедистом и повредить себе ногу, Вика протянула незнакомцу ладонь. Раз уж они стоят вдвоём в кустах, стоит хотя бы представиться.
– Виктория, можно просто Вика.
– Артём. Можно просто Артём.
На секунду сжав её пальцы, он ещё раз предложил сделать звонок, коль уж так нужно, и, получив очередной отказ, убрал телефон в карман.
– А вы зачем влезли на дерево?
– Там лучше ловится сеть, – объяснил Артём, – к тому же я спокойно покурил и мог дальше предаваться любым безобразиям и злоупотреблениям, но тут явились вы.
– Значит, вы не из тренинговой группы?
– Почему, как раз оттуда.
– А как же правила?
– Ну вам-то они не помешали прийти сюда ради звонка?
– Я просто не собиралась… совершенствоваться. Меня загнал сосед… то есть друг.
– Засранец Иванов? Красивая фамилия. Главное – редкая.
– Он, – Вика поняла, что они вышли на тропинку и направляются в сторону санатория. – Я вообще считаю это всё глупостью! Как толпа незнакомых людей может сделать тебя более качественной личностью? Но Ванька вцепился мне в горло, натыкал носом в мои проблемы и прислал вместо себя.
– Какой заботливый сосед тире друг. И что за проблемы?
Вика глянула на Артёма и решила – почему бы и нет. Почему не воспользоваться свободными ушами? Она видит его в первый и, скорее всего, в последний раз, да и то впотьмах нечётко. А группе она исповедоваться всё равно не собиралась.
– Меня уволили, – сказала она. – Невзирая на патологическое служебное рвение и красный диплом фармацевтического факультета с единственной четвёркой по физкультуре. Заменили девицей с ногами от макушки, любовницей владельца аптеки. Хотя та не отличит антибиотик от противовирусного. Всё как обычно. А новая работа по специальности во вменяемой сети пока не находится. Нет, конечно можно устроиться санитаркой или разносить рекламные листовки, но я полагала, что всё это осталось в студенчестве. Ну или можно податься в сеть, куда берут даже тёть Маш из бухгалтерий, но их капиталистическая торговля имеет мало общего с медициной и ничего общего с моими внутренними установками.
– Лето, время отпусков, начальство не думает о перспективах, – предположил Артём. – А осенью бац и устроитесь.
– Может быть. Но это ещё не всё. Кроме работы, у меня полный завал с личной жизнью.
– И там не хватает ног?
Наверное, днём она бы сказала ему – хам – и поспешила удалиться, но неторопливая ночная прогулка и перебор кислорода явно навредили её умственным способностям, поэтому Вика только кивнула.
– Видимо, так. К тому же мужчины, которые интересуются мной, оказываются мне неинтересны.
– Наверное, вы прихотливый пользователь.
– Меня очень заводит интеллект, – призналась Вика. – Но ладно бы он заводил отдельно от внешности. Так нет… подавай всё сразу. Красавца, умницу и чтобы человек был хороший! Понимаете же, девушка с моими потребностями имеет все шансы остаться в гордом одиночестве до гробовой доски.
Они вошли внутрь ограды санатория, и тут, под ярким фонарём, Вика увидела этого Артёма чётко и ясно. И разглядела то, чего не видно было при свете телефона, – синяк у глаза, ссадину на шее и припухшую, как от удара, верхнюю губу. Надо же, выглядит с одной стороны, как кудрявый ангел с открытки, а с другой – явно только что с побоища. И не факт, что борьба была со злом. Он понял, куда она смотрит, и совершенно спокойно, даже как будто равнодушно, объяснил:
– Подрался. И меня за это сначала выгнали с тренинга. Правда, разрешили вернуться, до первого нарушения. Коллектив простил и заступился.
Драка, не вызывающая эмоций. Ну правда, какая ерунда…
– Коллектив не знал, что вы ещё и курите на деревьях!
Артём смотрел на неё внимательно, и она вдруг сочла этот взгляд странным. Ей стало неловко за свой дурацкий вид и за неожиданную откровенность.
– Если бы отказ от никотина решал все проблемы, – улыбнулся Артём, – но мир устроен немного сложнее.
Дойдя до двери, Вика с удивлением обнаружила, что та заперта.
– А чего вы ждали? В это время всегда закрывают. На каком хоть этаже живёте?
– На втором.
– Куда выходят окна, успели запомнить?
Вика огляделась и твёрдо указала на балкон сбоку от входа.
– Тут.
– Балконная дверь открыта. Так что никаких проблем. Кстати, как у вас с английским? Как у всех – со словарём?
– Вообще-то нет, свободный. И ещё латынь, хотя кому она сейчас интересна. Теперь я автоматически перенесусь внутрь?
– Я так не думаю.
Окно на первом этаже было зарешечено, а корпус – очень старый и с низкими потолками. Артём изложил план – Вика должна подняться по этим решёткам и оказаться на балконе. В его устах это звучало как нечто абсолютно естественное. Наверное, для человека, в свободное время лазающего по соснам, так оно и было, но неспортивная Вика засомневалась. Пока сомневалась, Артём подхватил её и поставил на нижнюю перекладину оконной решётки. И нагло подпёр ладонями то место, на которое ночами ищут по кустам приключений такие дурочки, как она. Отметив, что Вика вздрогнула, невозмутимо заявил:
– Не волнуйтесь, Виктория, это не первый женский зад в моих руках, катастрофы не случится.
Разозлившись и, судя по ощущениям, покраснев, Вика спешно начала карабкаться по решёткам. Кошмар, мало того что предстала перед красивым молодым человеком чучелом, так ещё и сыграла роль макаки… Обезьяна с латынью – новое слово в биологии!
Перевалившись через ограждение балкона и отдышавшись, глянула вниз. Артём помахал ей рукой и отправился в обход её корпуса к своему, где уже засыпал его добродушный всепрощающий коллектив…
На следующий день во время завтрака Викин ночной спутник подошёл и положил рядом с её тарелкой визитку.
– Координаты моего брата-близнеца. На случай, если ваши проблемы с работой не решатся. Раз уж у вас свободный английский, можно попытать счастья. Это всё-таки не мытьё больничных коридоров и не аптечная сеть, противная вашим установкам. Только не распространяйтесь в офисе, кто вам эту визитку вручил. Идите сразу к Константину Климову.
Он разговаривал с Викой так, словно за столом не было больше никого.
– А почему не распространяться?
– Меня там ненавидят, – он улыбнулся, и от этой улыбки у Вики засосало под ложечкой, будто она не съела полтарелки овсянки. – Если хотите работать в бюро переводов «Весь мир», просто придите к Косте, я его предупрежу.
– Вы что, уезжаете?
– Я всё-таки решил самоустраниться, – Артём улыбнулся снова, и теперь улыбка показалась Вике грустной. – Не гожусь для таких приличных мест. Удачи вам… в улучшении. Хотя… и на вашем месте я бы послал эту группу куда подальше и поехал в Москву. Устроился бы на работу… Да и личная жизнь в зелёных кроссовках среди леса никак не образуется.
Вика спрятала ноги под стул…
