В мире насекомых, этом бескрайнем царстве удивительных форм и расцветок, есть поистине аристократические экземпляры. Они не прячутся в траве, не маскируются под кору, а, напротив, будто бросают вызов самой природе своей ослепительной, дерзкой красотой. Одним из таких живых самоцветов, щедро разбросанных летом на садовых розах и соцветиях сирени, является жук золотистая бронзовка, или обыкновенная бронзовка. Его внешность обманчива: кажется, будто ювелир выковал крошечную брошь из зеленого золота, а потом оживил ее.
Этот жук принадлежит к обширному семейству пластинчатоусых, в которое входят и его более скромные, но не менее известные родственники — майские жуки. Однако если майский жук оделся в скромный буровато-коричневый фрак, то бронзовка явно предпочла наряд для королевского бала. Ее окраска — это феномен, над разгадкой которого до сих пор бьются физики и биологи. Дело в том, что изумрудный, медно-красный или синеватый с металлическим отливом цвет жука — не результат наличия пигмента. Это так называемая структурная окраска, или физический цвет. Микроскопическая, сложнейшая структура хитиновых покровов жука преломляет и рассеивает свет, вызывая эффект интерференции. Проще говоря, хитиновые чешуйки работают как призма, разлагая белый свет и возвращая нашему глазу лишь определенные волны, создавая это неповторимое металлическое сияние. Именно поэтому цвет бронзовки меняется в зависимости от угла зрения и освещения: под одним ракурсом она кажется изумрудно-зеленой, под другим — медно-золотой, а в тени может отливать глубоким фиолетовым.
Ареал обитания золотистой бронзовки огромен. Она встречается по всей Европе, на Кавказе, в Малой Азии, в отдельных регионах Сибири и Средней Азии, везде, где есть лиственные и смешанные леса, сады, парки и луга с достаточным количеством цветущих растений. Жизненный цикл этого жука тесно связан с мертвой органикой, что делает его неотъемлемой частью экосистемы. Самка откладывает яйца в трухлявые пни, старые дупла, компостные кучи, муравейники — туда, где уже кипит работа по разложению древесины. Вылупившиеся личинки бронзовки — типичные «сапрофаги». Это толстые, белые, С-образно изогнутые существа, внешне очень похожие на личинок майского жука, но с важным отличием: они не объедают корни живых растений. Их рацион — разлагающаяся древесная труха, перегной, компост. Таким образом, личинка бронзовки — это не вредитель, а скромный и очень полезный труженик лесного цеха по переработке отходов, ускоритель образования плодородного слоя почвы. В этой стадии она проводит долгие месяцы, накапливая силы для превращения.
Окукливание происходит там же, в колыбели из трухи и собственных выделений. И вот, пройдя все стадии метаморфоза, из куколки появляется взрослый жук — имаго. Его задача уже иная: набраться энергии для продолжения рода. И здесь мы наблюдаем поразительную трансформацию образа жизни. Из смиренного потребителя гнилой древесины бронзовка превращается в солнечного гедониста, поклонника нектара и цветочной пыльцы. Лет взрослых жуков начинается в конце весны и длится все лето, достигая пика в июне-июле.
Наблюдать за бронзовкой в солнечный день — одно удовольствие. Она тяжело, с ощутимым гулом взлетает, раскрывая жесткие надкрылья. А вот тонкие прозрачные летательные крылья она выпускает через специальные выемки по бокам, не раскрывая надкрылий полностью. Эта особенность, редкая в мире жуков, позволяет ей взлетать практически мгновенно, без долгой подготовки, что делает ее довольно неуловимой. Ее полет кажется несколько неуклюжим, стремительным и прямолинейным.
Излюбленные «столовые» золотистой бронзовки — цветы с большим количеством легкодоступного нектара и пыльцы. Ее часто можно встретить на шиповнике и розах, где она с упоением объедает нежные лепестки и тычинки. Страсть к садовым цветам, увы, и создала бронзовке двойственную репутацию. Для цветовода, вырастившего идеальную белую розу, жук, выедающий в ней неровные дыры, — безусловный вредитель. Однако масштабы ущерба, как правило, не носят катастрофического характера. В природном балансе бронзовка выступает еще и опылителем. Перелетая с цветка на цветок в поисках нектара, она способствует перекрестному опылению многих растений, хотя и не так эффективно, как пчелы или шмели, зато с неповторимым блеском.
Помимо роз, в меню бронзовки входят цветы плодовых деревьев (яблоня, груша), сирени, пионов, ирисов, жимолости, таволги и многих других травянистых растений. Иногда жуки не брезгуют и вытекающим соком деревьев, собираясь небольшими компаниями на поврежденных стволах дубов или кленов.
Еще одна удивительная особенность этого жука — его «броневик». Хитиновый покров бронзовки невероятно прочен. Упав на спину, она способна пережидать опасность, будучи практически неуязвимой для мелких хищников. А если ее все же схватят, жук притворяется мертвым, плотно поджимая усики и лапки, превращаясь в блестящую, но невкусную и трудную для раскусывания бусину. Природных врагов у взрослой бронзовки не так много — это преимущественно насекомоядные птицы, такие как сороки, сойки или скворцы, которые научились справляться с этой крепкой добычей.
Настоящая, скрытая от глаз жизнь бронзовки происходит в ином мире — мире почвы и разложения. Именно здесь, в толще перегноя и трухлявой древесины, ее личинки играют свою скромную, но жизненно важную роль. Их мощные челюсти перемалывают отмершие растительные остатки, ускоряя процессы гумификации. Они буквально создают почву, делая ее рыхлой и плодородной. В этом смысле золотистая бронзовка — идеальный символ природного цикла: ее личинка работает с отжившим, мертвым материалом, чтобы дать энергию для новой жизни, которая в итоге расцветает в виде ослепительно красивого жука, летящего к цветам.
В культуре разных народов жук с такой необычной внешностью не мог остаться незамеченным. Его металлический блеск ассоциировался с солнечным светом, сокровищами, удачей. В некоторых традициях находка бронзовки считалась добрым предзнаменованием. Для натуралиста же это объект нескончаемого восхищения перед изобретательностью эволюции, создавшей с помощью простых материалов — хитина и света — одно из самых красивых живых существ наших широт.
Таким образом, золотистая бронзовка предстает перед нами в двух ипостасях. Для садовода — это порой досадный, хоть и красивый, гость на розах. Для эколога и биолога — важнейшее звено в цепях разложения и почвообразования, а также второстепенный, но заметный опылитель. Для художника и поэта — живой самоцвет, крошечное воплощение света и лета. Этот жук напоминает нам, что даже в самом, казалось бы, обыденном уголке природы — на цветке у порога дома — может скрываться настоящее чудо инженерии и красоты. Чудо, которое не нуждается в сложных описаниях, а требует лишь внимательного взгляда, чтобы оценить сверкающее, как отполированный металл, совершенство обыкновенной золотистой бронзовки.