Мужчина сел на склон горы, а потом и лёг на её тёплый бок. Закинул руки за голову и посмотрел на небо. Кажется, совсем недавно он был пацаном и бегал по горе, ставил капканы на кротиков.
Глава 1
Гора вот она. Рядом. Кажется, руку протяни и дотронешься до зелёного покрывала из травы, укрывающей гору. Родную гору. Ту, где прошло детство и юность, которая стояла, нет не так. Гора возвышалась перед глазами путника, как стена. Непоколебимая стена. Как и этот дом. Не очень старый, сложенный из брёвен, обрешеченный и обмазанный глиной с соломой. С красной металлической крышей. Рядом стояли домики под шифером и под камышом. А этот родной дом выделялся крышей. Её было очень хорошо видно с горы. Даже не с самой вершины. С середины.
Мужчина сел на склон горы, а потом и лёг на её тёплый бок. Закинул руки за голову и посмотрел на небо. Кажется, совсем недавно он был пацаном и бегал по горе, ставил капканы на кротиков. Ох, и хитрые эти кротики. Никак не хотели лезть в капкан. Но Петька смог их обмануть. Соком травы смазывал капкан, прежде чем поставить его в норку. Кротиков принимали в заготпункте по 10 копеек за высушенную шкурку. 10 копеек- это же 2 пирожка в школьной столовой.
Мамка не баловала своего старшенького деньгами. Их просто не было. А детей было трое. Петька 1952 года, Шурочка, доченька, 1954 года, и Василёк 1961 года. Зато дом был просторный и всем хватало места. В доме была печка, в которой мать готовила, пекла, варила и жарила. Отец, потерявший слух на прошедшей войне, сторожил склад пиломатериалов. Зарплата была маленькая. Но Анастасия, жена, знала, как сэкономить каждую копейку. Детей нарядами не баловала. Шила на старой ножной машинке и вязала на спицах, сделанных мужем из спиц велосипедного колеса, найденного в лесу. Деньги на стороны не фиськала. Коровку купили, а потом и ослика. Возили на нём хворост из леса, сено с покоса. В общем, жили не бедно. Не голодали.
Где-то прокричал детский голос:
- Петькааа, Пеетькааа, иди домой, мамка зовёт.
Пётр закрыл глаза и вспомнил, как прибегала за ним сестрёнка Шуня. Она взбиралась по глинистой тропинке к кротовьим кучкам и кричала, приложив руки ко рту:
- Петяаа, блатик, посли домой. Мамка зовёт.
Как давно это было… Целую жизнь назад.
Вспомнил Пётр, как однажды оставили их троих дома. Васильку на тот момент было 1,5 года. Он сидел и гулял по люльке, которую сделал новорождённому Петьке дедунька. Выросли в той люльке не только Петька, а и Шуня с Васильком. Удачная люлька получилась. В тот памятный день Шура с Петькой играли на полу. Отец был на работе, а мать решила сбегать на рынок. Быстренько сбегать, перца горького купить. Дрожжи домашние собиралась делать, а для этого нужен перец. Свой закончился. Вот и побежала Анастасия на рынок. Бежать было не далеко. Можно сказать, рядом. Спуститься вниз по крутой улочке, миновать не просыхающее болото, пересечь маленький ручеёк. Вот уже и рынок рядом.
Да не получилось быстро справиться. Сухого перца, горького до невозможности, купила целую низку и встретила знакомую. Слово за слово, да и заболтались две молодички.
- Ой, побегу я, а то дети дома одни, - спохватилась молодая женщина и бегом побежала домой. Вот только теперь нужно было в горку подниматься, а это труднее, чем спускаться вниз.
Деткам надоело сидеть в комнате и пошли они в кладовку. Петька с Шурой. Васёк ором орал, боялся один оставаться. Хоть и маленький, а всё понимал.
Вытащил его Петька из манежки и понёс младшего братца в кладовку. А Шура уже сундук открыла. Давно ей хотелось рассмотреть, что в том сундуке есть. А было там много интересных вещей. Несколько веретён, спицы вязальные из велосипедных колёс, разные узелочки, пакетики. Коробка с пуговицами. Петя поднёс братишку к сундуку и наклонился, разглядывая содержимое. Братик тоже наклонился и хвать. Схватил какой-то узелок тряпичный. Затряс им и с восторгом закричал:
- А-а, а-а!
Узелок развязался. На пол и на детей посыпалась синька. Синий порошок усыпал головы всех троих. Шурочка попыталась отобрать у братца тряпку, но он уворачивался, и тряс рукой ещё сильнее.
Стукнула калитка. Дети испуганно закрыли сундук и бросились в комнату. Петя сунул Васька в люльку и попытался отряхнуться. Да только сильнее испачкался в синий порошок.
Анастасия влетела в комнату. Дети были живы, но с синими разводами по лицам.
- Петя, что это такое?
- Мама, не бей Шуню. Не бей! Она не виновата, - закричал старший сын.
Мать прошла по следам и поняла, что лишилась подсиньки для постельного белья.
- Вы что натворили, негодники? Вот я всё батьке скажу. Нельзя оставить их на минутку. А вот это по рукам, тебе и тебе.
В комнате раздавались звонкие шлепки.
Петя скривился от боли, а Шура расплакалась. Петя подошёл к манежке и стал, закрыв спиной братишку.
- Ты чего там стоишь? – крикнула мать. – Марш во двор. Оставила его на 5 минут с младшими, а он сам извозился и детей извозил. Убирайся. Иди в ручье руки помой и рожу свою синюю.
Пётр вздохнул. Воспоминание было не из приятных. А потом мать нажаловалась отцу, и он, не спрашивая и не разбираясь, снял ремень с брюк и поучил старшего сына уму-разуму. Сестричка бросилась на защиту, но тут и ей перепало. Один Василёк не пострадал. Он радостно гугукал в своём манеже, наблюдая за воспитанием старших детей.
После воспитательного мероприятия Петька выбежал за двор и уселся на брёвна, сваленные у забора. Это они с отцом потихоньку ездили на ишаке в лес и возили сушняк. Готовили дрова на зиму. Потом отец распиливал их на чурбаки огромной бензопилой, а Петька таскал чурбаки во двор под навес, где отец колол их огромным колуном и складывал в ровные поленницы. Петька тоже пытался складывать дрова в поленницу. Но она у него быстро перекашивалась и падала. Отец только усмехался, поглядывая на сына.
Сидел Петька на брёвнах и думал о том, что, когда вырастет, детей своих бить не будет.
***
У соседнего забора появился дедунька.
- Ты чё сидишь один? Опять нахулюганил? Петька, када ты ума набирёсся?
- Дедунь, научи меня поленницу складывать. А то вот папка скоро будет дрова колоть, а у меня поленница не складывается.
- Пошли, прямо счас и покажу, - сказал старик и открыл широкую калитку к себе во двор.
Это был родной дедушка Петра. Отец его отца. Жил он в хате из самана. Рядом с хатой младший сын деда – Иван, построил новый дом и жил в этом доме со своею семьёй: женой и двумя детьми. Были они младше Петра. Но дружили и росли вместе. У дедушки был большой старый сад, где хватало места всем его внукам. У дедушки было 13 внуков. Дальше по улице жила дочка, Дуська. У неё было 4 детей. Старшие давно оперились и вылетели из гнезда, а вот младший, как и Петька, 52 года рождения, часто бывал в гостях у дедушки.
В тот день дедунька научил Петьку складывать поленницу. Ещё и других внуков организовал таскать поленья в сарай.
- Хорошие у меня внуки, работящие, - нахваливал дедунька своё воинство. – Ванюшка, не сидеть, внучок. Работать. Верунька, девчата тоже должны уметь дрова в сарай носить. Вот вырастешь, мужик дров наколет, а ты их в сарайку занесёшь. Будут сухие. Ой, какие молодцы. Пошли в хату! У дедуньки что-то есть вкусненькое.
Гурьбой ввалились в хату. В первой комнате у деда стоял верстак. Он на нём строгал, пилил, делал рамы и колёса на брички. Дверь во вторую комнату всегда была закрыта, чтобы пыли меньше летело. Там дед спал, ел, читал газеты. Петьку газеты притягивали, как магнитом. Он пошёл в школу, один из класса умел читать. А всё дедовы газеты.
Дети расселись на лавки у стола. Дед достал чемодан, открыл и каждому вручил по красному петушку.
- Ешьте. Ездил в город, вот купил вам петушков. Вкусные? А ты чего, Петька?
- Да я не хочу. Сладкие они сильно. Шуре понесу, - ответил внук и завернул петушка в кусок газеты.
Дед покивал головой и ничего не сказал. А когда провожал детей, сунул в руку Петьке газету:
- Вот возьми. Газету дома почитаешь.
Петька прижал газету к груди и побежал в свой двор. Он сразу понял, что в газете что-то есть. Там оказались два новых петушка и его облизанный.
- Мама, нас дедунька угостил петушками, - закричал он с порога.
- Положи их на подоконник. Сейчас поедим, потом поедите петушков, - ответила мать.
На ужин была жареная картошка с квашеной капустой. Кусочки сала на тарелочке.
- Есть борщ. Кому налить?
- Давай мне, мать, наливай борща, - сказал отец. – Кто не хочет борщ, тот не будет есть картошку.
Шура с Петькой переглянулись и обиженно засопели.
- Ну, что ты батька, заставляешь детей наедаться на ночь. А вдруг растолстеют? Я тоже борщ не хочу, - вмешалась мать.
- И ты ешь. Худая, как скелет. В чём только душа держится, - проворчал глава семейства.
- Ой, не хочу. И не заставляй. Я у мамки никогда не ужинала. Видишь, какая стройная. За это ты меня и полюбил, - Настька упёрла руки в бока и покрутилась перед мужем.
Продолжение здесь
Оконченный роман "Зигзаги судьбы" читайте здесь
Дорогие мои подписчики, всем доброго утра и хорошего дня!