Человек — существо социальное. И, возможно, именно поэтому он с таким упорством стремится передать ответственность за собственную жизнь кому-нибудь другому.
В ход идут отношения, семья, работа, дети, духовные практики и, в особых случаях, коты. Котам, впрочем, многое прощается: они хотя бы не обещают смысла, а просто присутствуют и требуют корм — что, согласимся, куда честнее.
Однако рано или поздно человек сталкивается с неприятным открытием: жизнь не поддаётся аутсорсингу. Ни в одних, даже в самых тёплых, надёжных отношениях нас не способны полностью понять, любить всегда одинаково и — что особенно важно — не разочаровывать. В этом и состоит природа человеческой связи.
Экзистенциальное одиночество не является следствием «плохих» объектов, неудачного выбора партнёра или эмоциональной несостоятельности.
У человека может быть любящая семья, близкие друзья, стабильная самооценка и вполне надёжный контакт с собой. И всё же однажды он приходит к нескольким неизбежным выводам: никто не проживёт за него его жизнь, никто не сможет быть смыслом навсегда.
Как правило, это осознание не возникает в периоды эмоционального благополучия. Оно приходит после утрат, расставаний, болезней, травматических событий — или в те моменты, когда привычные конструкции перестают работать.
Вдруг обнаруживается, что жизнь — явление плохо прогнозируемое, ожидания носят скорее характер пожеланий, а контроль над происходящим сопоставим с попыткой удержать ураган с помощью зонта.
В этом месте появляется страх. Иногда — беспомощность. Иногда — ощущение встречи с чем-то заведомо большим, чем Я: временем, случайностью, социальными процессами, самой конечностью существования.
Экзистенциальное одиночество нельзя отменить, заглушить или однажды и навсегда заполнить. Но его можно выдерживать — и именно здесь начинается психическая работа.
Когда человек отказывается от инфантильного ожидания, что другой станет источником вечного смысла, безусловной любви и стабильности без сбоев, отношения перестают быть полем для постоянных разочарований. Другой перестаёт выполнять функцию спасателя и возвращается на своё законное место — отдельного, живого человека.
И именно после этого появляется возможность подлинной близости: не симбиотической, не спасательной, не основанной на фантазии о слиянии, а взрослой — с границами, различиями и неизбежной неполнотой.
Автор: Грибанова Анастасия Борисовна
Психолог, Семейный Выход-из-созависимости
Получить консультацию автора на сайте психологов b17.ru