Клык вышел из палаты, чувствуя, как напряжение последних дней понемногу отпускает. В коридоре его встретил совсем сникший, передвигающийся по базе, словно тень Шорох. Он обеспокоенно поднял глаза на товарища.
- Ну что? - Выдохнул он, впиваясь взглядом в лицо сталкера.
- Пришла в себя. — Коротко ответил Клык, и облегчение отразилось на лице долговца. — Док говорит, восстановление будет долгим, но самое страшное позади.
- Выкарабкалась значит... - Мужчина облегчённо выдохнул, и на мгновение его плечи расслабились, словно с них свалилась непомерная тяжесть. - Знаешь, я уж думал… - Он запнулся, не решаясь произнести страшные слова вслух. — Я зайду к ней позже... - Тихо произнёс Шорох. - Когда она будет готова.
Клык лишь кивнул. В коридоре повисла тишина, нарушаемая лишь отдалённым гулом вентиляционных систем да шагами дежурных по базе.
- Пойдём, - наконец сказал Клык, кладя руку на плечо товарища, - тебе тоже не мешало бы отдохнуть. Ты выглядишь так, будто сам только что из медблока.
Они медленно двинулись по коридору, оставляя за собой тень тревоги, которая, хоть и ослабла, но всё ещё витала в воздухе, напоминая: Зона никогда не отпускает своих жертв окончательно. Шорох шёл, едва переставляя ноги. Коридор базы, обычно казавшийся ему узким и тесным, сейчас растягивался в бесконечную ленту, будто издеваясь над его усталостью. Каждый шаг отдавался глухим эхом в голове, смешиваясь с монотонным гулом вентиляции.
- Давай лучше в Бар... - Мужчина внезапно остановился, и его голос прозвучал чуть твёрже, чем прежде. - Не могу сейчас спать. Нужно… Хоть немного привести мысли в порядок.
Клык замер, обернулся. В его глазах мелькнуло понимание — не то чтобы одобрение, но и не протест. Он знал: когда Шорох говорит таким тоном, спорить бесполезно.
- Ладно. - Наконец кивнул он. - Только не вздумай опять заливаться до утра. Ты итак на ногах едва держишься.
Шорох лишь криво усмехнулся, но ничего не ответил. Они свернули к служебному переходу, ведущему в ту часть базы, где располагался Бар — не официальное заведение, а скорее укромный уголок, обжитый сталкерами. Здесь не было ярких огней и громкой музыки, лишь приглушённый свет старых ламп да запах крепкого кофе, смешанного с дымом самокруток.
Когда они вошли, несколько голов повернулись в их сторону. Кто‑то кивнул, кто‑то отвёл взгляд — в Зоне не принято задавать лишних вопросов. Клык молча подтолкнул товарища к свободному столику у стены, а сам направился к стойке, чтобы заказать что‑то горячее.
Долговец опустился на стул, провёл ладонью по лицу, словно стирая невидимую пыль. Перед глазами всё ещё стояли образы: бледное лицо девушки в полумраке палаты реанимации, тревожные взгляды врачей, секунды ожидания, когда казалось, что время остановилось. Он сжал кулаки, пытаясь отогнать эти картины, но они цеплялись за сознание, как колючки.
Клык вернулся с двумя кружками дымящегося чая. Поставив одну перед Шорохом, сел напротив.
- Говори. - Коротко бросил он. - Если не выговоришься - хуже будет.
Некогда казавшийся матерным сталкерюгой, Шорох сейчас выглядевший как собственная тень, поднял взгляд. В тусклом свете его глаза казались почти чёрными.
- Я думал, она не выкарабкается... - Произнёс он тихо, почти шёпотом. — Всё это время… Я не мог себе представить, что будет, если… Еще и обозвал ее мутантом, когда в башне отдыхали...
Он запнулся, сглотнул. Клык не перебивал. Только кивнул, давая понять: он слушает.
- Она ведь всегда была… Крепче всех нас. - продолжил Шорох, глядя в чашку. - А тут - еле дышит. И я ничего не мог сделать. Просто стоял и смотрел.
- Никто ничего не мог сделать... - Ответил долговец. - Наш страх застилал нам глаза. У неё характер… Как у той аномалии у Янтаря — бьёт, ломает, но сама не гибнет. - Клык снова вспомнил ту ситуацию на Янтаре, произошедшую год назад.
В помещении царила гнетущая тишина, нарушаемая лишь редким треском неисправной лампы под потолком.
- Слышал, что случилось с вашей... С девчонкой... - К столику приблизился ещё один долговец. - Живая? - Пробасил он.
- Да, Выкарабкалась. - Клык кивнул головой. - Пришла в себя, но мне кажется, что она еще слабо понимает где она и кто рядом.
- Держитесь, мужики... - Бугай похлопал обоих сталкеров по спинам и направился к выходу.
Клык проводил его взглядом, потом тяжело опёрся локтями о стол и провёл рукой по лицу. Глаза его были красными от недосыпа, а на виске пульсировала вена — видно было, что он измотан до предела.
- Думаешь, правда оклемается? - Тихо спросил напарник, не поднимая глаз от столешницы, испещрённой царапинами и пятнами неизвестного происхождения.
- Должна. - Отрезал Клык, но в голосе его не было прежней уверенности. - Она крепкая. Сам же знаешь, какие передряги переживала.
В баре повисла тяжёлая тишина, нарушаемая лишь отдалённым гулом генераторов и редкими возгласами других сталкеров. Каждый из них знал: Зона — это не просто место. Это испытание на прочность, на волю, на способность держаться, когда всё вокруг рушится.
- Надо бы сходить к ней. Посмотреть, как она. - Шорох вздохнул, провёл рукой по щетине и наконец отодвинул от себя кружку с остывшим чаем.
- Пойдём. - Клык резко поднялся, отодвинув стул. - Но сначала… - Он достал из кармана потрепанную флягу, отвинтил крышку и сделал короткий глоток. Горло обожгло привычным спиртовым жаром. - Сначала надо собраться с силами. Ей нужны не измученные тени, а те, кто сможет её защитить.
Они вышли на улицу. Воздух был пропитан запахом озона и сырой земли - предвестником очередного Выброса. Небо над Зоной мерцало бледно‑зелёным, словно поверхность гнилого болота. Вдали, за руинами заброшенных построек завода "Росток", то и дело вспыхивали призрачные огни — аномалии играли, перестраиваясь в неведомом ритме.
- Скоро начнётся... - Пробормотал Шорох, натягивая капюшон. - Надо успеть до того, как всё здесь вверх дно
- Успеем. - Отрезал Клык, ускоряя шаг. - Она нас ждёт.
Дорога к лазарету пролегала через заброшенный цех — некогда здесь кипела жизнь, а теперь лишь ржавые каркасы станков торчали, как кости вымершего чудовища. Каждый шаг отдавался глухим эхом, а в углах шевелились тени, будто пытавшиеся ухватить их за пятки.
- Надеюсь Пиротехник с Охотником и Лисой уже спустились в бункер... - Проговорил Шорох, быстрыми шагами двигаясь вдоль штаба к медсанчасти.
- Они далеко не дураки! - Повысил голос Клык, увлекая за собой пойманного за рукав бойца. - Думаю они давно внизу!
Так и было. Трое сталкеров ввалились в медсанчасть и почти бегом бросились вниз по лестнице. Гермодвери были еще открыты. А на поверхности уже начали звучать первые раскаты грома.
- Быстрее! - Крикнул Пиротехник, оглядываясь на массивную гермодверь, которая уже начинала медленно смыкаться.
В последний момент они ворвались в нижний отсек. Пиротехник резко ударил по аварийной кнопке — с грохотом Гермодвери сомкнулись, отрезав их от нарастающего снаружи хаоса. Внутри помещения раздался сначала скрип, в затем натужно с легкий гулом заработала система вентиляции и очистки воздуха, не дававшая всем обитателям бункера задохнуться. В помещении повисла тяжёлая тишина, нарушаемая лишь прерывистым дыханием троих сталкеров.
- Мы ждали только вас! - Громыхнул Барс, подлетевший к троим долговцам. - Опять пили в Баре?! - Рванул мужчина.
- Пили, только чай. - Ответил Клык. - Где Охотник и Лиса? - Спросил он.
- Вон там. - Он указал на дальний ряд шконок, застеленных старенькими прохудившимися матрасами и закрепленных на бетонных стенах бункера.
Клык и Шорох двинулись вперёд, осторожно переступая через разбросанные инструменты и обрывки карт, покрывавших пол, изредка кидая взгляд на остальных соклановцев, среди которых был и Барс, сидевший в стороне от всех. В тусклом свете аварийной лампы он разглядел фигуры Охотника и Лисы. Девушка лежала на шконке, все еще подключённая к монитору и с кислородной маской на лице, скрытая несколькими шерстяными одеялами. Под головой была подушка, по всей видимости схваченная из палаты, руки девушки были туго зафиксированы повязками, от самых плеч и до запястья. А лицо, снова было бледным с небольшим румянцем на щеках.
- Мать моя... - Шорох отшатнулся увидев девушку. - Лиса...
- Как она? - Тихо спросил Крепыш, вынырнувший из-за спин сталкеров.
- Стабильна... Несколько раз приходила в себя... - Ответил Охотник, сидя рядом на покосившиеся деревянном стуле. - Но слишком слаба. Ей всегда было тяжело переживать Выброс... Не представляю каково ей сейчас.
Лиса Тихо застонала и вновь открыла глаза. На этот раз ее взгляд сфокусировался быстро, выхватив из темноты обшарпанные стены и потолок бункера. До ушей девушки донеслись тихие разговоры соклановцев. Слегка повернув голову, девчонка разглядела среди всех собравшихся Охотника, далее взгляд скользнул по Крепышу, Клыку и Шороху. Из лица с покрасневшими от недосыпа глазами, выражали крайнюю степень беспокойства, почти граничащую с безумием.
- Вы... Здесь... - Должанка наконец заговорила, но даже два слова дались ей с огромным трудом и были приглашены кислородной маской.
- Тише-тише. - Охотник сжал ее руку, второй проверяя не лоб на наличие температуры. - Береги силы, тебе ещё рано пытаться разговаривать.
- Живая... - Шорох наконец-то нашёл в себе силы приблизиться к девушке. - Живая... Я уж думал все... - Он осторожно коснулся ее второй руки.
Должанка лишь слабо кивнула головой, на несколько секунд прикрыв глаза. В этот момент из-за спин сталкеров выглянул хмурый Пиротехник, который по всей видимости намеревался отогнать всех от обессиленной девушки. Но в последний момент он все таки понял, что сейчас лучшее лекарство для нее - это вот эта группа сталкеров. Кто-то тихо пел, кто-то просто лежал на деревянной шконке, глядя в потолок бункера, а кто-то как сумасшедший раскачивался из стороны в сторону и это вызывало у врача беспокойство.
- Ладно. - Наконец буркнул Пиротехник, опустив плечи. — Пусть будут. Только не вздумайте её перегружать разговорами. Ей нужен покой, чёрт побери. - Выругался он, ходя между рядами шконок и наблюдая за остальными сталкерами, пережившими Выброс.
Охотник кивнул, не отрывая взгляда от Должанки. Её дыхание под маской оставалось прерывистым, но уже не таким поверхностным, как пять дней назад. Он осторожно провёл пальцами по её запястью, проверяя пульс. Он был уверенным.
- Завтра утром нужно будет съездить на блокпост военсталов. - Пиротехник подозвал Молчуна, сидевшего на шконке, недалеко от группы долговцев. - Помочь перегрузить гуманитарку для нас. Там важное лекарство с Большой Земли для нее.
- Принято. - Сталкер кивнул головой. - Пойду соберу команду. Кто-то должен прикрыть нас на подходе к блокпосту. Военсталы нынче нервные, а груз слишком ценный.
- Возьми с собой Коротышку и Крюка. Они знают тропы лучше остальных. И… - Он на секунду замолчал, подбирая слова. - Будьте осторожны. Зона не любит, когда кто-то слишком уверен в завтрашнем дне.
Молчун лишь коротко махнул рукой, давая понять, что всё ясно, и снова уселся на свободную шконку. Охотник, переговаривавшийся до этого с Молчуном, снова повернулся к Должанке. Он осторожно приподнял край маски, чтобы проверить цвет её губ - синеватый оттенок понемногу исчезал, сменяясь естественной бледностью. Это был маленький, но важный знак.
В этот момент за стеной раздался глухой рокот — очередной Выброс напоминал о себе, заставляя стены бункера дрожать. Все замерли, прислушиваясь. Зона жила своей жизнью, непредсказуемой и жестокой, но здесь, в этом тесном пространстве, люди продолжали бороться — за жизнь, за надежду, за то, чтобы завтра наступило для каждого из них. В бункере повисла тяжёлая тишина, нарушаемая лишь мерным гулом вентиляции и далёкими раскатами Выброса. Лиса лежала неподвижно, словно прислушиваясь к каждому звуку, доносившемуся из-за толстых стен убежища. Её дыхание под маской стало ровнее, а пальцы слегка подрагивали, выдавая внутреннее напряжение.
Шорох, не отрывая взгляда от девушки, опустился на корточки рядом с её кроватью. Его лицо, обычно непроницаемое, сейчас выражало такую гамму чувств, что даже видавший виды Клык невольно отвернулся, давая другу возможность побыть наедине с собой и Лисой.
- Прости за то, что мутантом обозвал... - Шорох осторожно присел рядом с девчонкой на корточки.
Лиса слабо шевельнула рукой, словно пытаясь что-то сказать, но кислородная маска мешала. Охотник, заметив это движение, осторожно приподнял её, давая девушке возможность говорить.
- Всё... Хо... Хорошо... - Просипела девчонка, слегка повернув голову на мужчину и тут же зашлась кашлем, из-за чего парень снова приложил кислородную маску к носу и рту Лисы.
Ближе к полуночи, сталкеры стали разбредаться по импровизированным кроватям, чтобы просто отдохнуть. Барс, дождавшись когда вся честная компания разойдётся от девушки. Он подошёл к ней и осторожно коснулся плеча Охотника.
- Сань, иди поспи. - Барс похлопал мужчину по плечу. - Ты итак с ней уже сутки на ногах. Я посижу с ней. - Пробасил он. - Ты нас всех напугала. - Мягко произнёс Барс, присаживаясь рядом. — Мы думали, что потеряли тебя.
Барс осторожно присел на скрипучий стул рядом с койкой Лисы. Его массивная фигура в полумраке бункера казалась ещё больше, почти гротескной. Он достал из кармана потёртую фляжку и сделал небольшой глоток, прежде чем снова взглянуть на девушку. За стенами бункера продолжал бушевать Выброс, а где-то там, в глубине аномалий, уже зарождалось новое испытание для тех, кто осмелился бросить ей вызов.
Девушка слабо шевельнула рукой, будто пытаясь что-то сказать. Барс наклонился ближе, но кислородная маска приглушала любые звуки. Он осторожно приподнял её край.
- Барс… - голос Лисы был едва слышен, словно доносился из-за толщи воды. - Что… с остальными?
- Все в порядке. - Поспешил успокоить её командир. - Вояки на блокпосте уже знают о твоей ситуации, Молчун с ребятами завтра привезут лекарства. А пока… Пока мы все здесь, рядом.
В этот момент за стеной раздался особенно сильный раскат Выброса — стены бункера ощутимо дрогнули, а аварийные лампы мигнули, погружая помещение в полумрак. Лиса невольно вздрогнула, но тут же взяла себя в руки. Барс крепче сжал её руку, чувствуя, как тонкие пальцы слабо ответили на пожатие. В полумраке бункера её лицо казалось особенно бледным, почти прозрачным.
- Не бойся. - Тихо произнёс он. - Выброс закончится к утру. Мы подготовились - генераторы работают, запасы в порядке.
Внезапно из соседнего коридора донеслись приглушённые голоса. Лиса попыталась приподняться на локтях, но Барс настойчиво уложил девушку обратно. Док, вернувшийся после проверки систем безопасности, отряхнул руки, и снова окинул взглядом всех присутствующих. Большинство долговцев уже спали, кроме Лисы и Барса. В этот момент Выброс достиг пика — стены бункера задрожали сильнее, где-то вдалеке раздался протяжный скрежет металла. Но здесь, в палате, время словно замедлилось. Барс понимал: сейчас каждое слово, каждый жест имеют особое значение.