Гранадский эмират — последнее исламское государство в Испании — был передан католическим монархам 2 января 1492 года.
Смотрю на картину Франсиско Прадильи Ортиса «Капитуляция Гранады». Она, конечно, написана столетия спустя, в 1882 году, и полна романтического флера, но суть схвачена верно. Это не просто передача ключей. Это ампутация целой эпохи испанской истории. Исламская Испания, Аль-Андалус, некогда сияющий маяк посреди темной Европы, сжалась до размеров небольшого княжества и теперь исчезала вовсе.
К концу XV века Насридский эмират был похож на старика, запертого в собственной комнате. География его была еще внушительной, но обманчивой. Территории простирались от западных окраин, граничащих с Севильей, до Веры на востоке, спускаясь от южных отрогов Кордовы к Гибралтарскому проливу. Один египетский путешественник, чье имя затерялось в пыльных свитках, восхищенно называл Гранаду «одним из величайших и самых красивых городов Запада». И он не лгал. Альгамбра парила над городом как красный корабль в море зелени. Но красота — плохой защитник, когда у ворот стоит враг.
За фасадом из резного стукко и журчащих фонтанов скрывалась экономическая агония. Эмират задыхался. Великий историк и социолог Ибн Халдун, человек с проницательным взглядом реалиста, безжалостно диагностировал проблему: «Почва не годится для… зерна и мало подходит для… овощей». Это приговор. Горы защищали, но горы не кормили.
Гранада жила на аппарате искусственного жизнеобеспечения. Зерно везли из Магриба. И кто вез? Генуэзские купцы. Ирония судьбы: выживание последнего исламского оплота зависело от предприимчивости христианских торговцев, которые, конечно, драли три шкуры. Чтобы оплачивать этот импорт и содержать армию, эмиры выжимали из подданных все соки. Налоги здесь были в три раза выше, чем в соседней христианской Кастилии. Представьте себе налоговое бремя, которое втрое тяжелее, чем у соседей. Народ роптал, но платил — это была плата за веру и за жизнь.
И все же, даже будучи банкротом, Гранада держалась. Десять лет. Десять долгих, кровавых лет понадобилось католическим королям, чтобы взломать этот орех. Почему так долго?
Взгляните на карту. Это же кошмар для любой наступающей армии. Эмират ощетинился камнем. Оборонительная линия представляла собой не просто стены, а сложнейшую систему фортификации. Замки стояли цепью, на расстоянии всего пяти-шести миль друг от друга вдоль северной и западной границ. Они перемигивались сигналами, передавая вести о движении врага. Легенды говорят о сети из 14 000 сторожевых башен. Даже если цифра преувеличена хронистами, плотность обороны была чудовищной. Каждый холм был крепостью, каждое ущелье — ловушкой.
Но против камня Фердинанд Арагонский и Изабелла Кастильская привезли новый аргумент. Порох.
Это была первая война Нового времени. Католические монархи притащили с собой 180 осадных орудий. Громоздкие бомбарды, изрыгающие каменные и железные ядра, ломали средневековую логику войны. Стены, которые стояли веками, рассыпались в пыль за дни. Война превратилась в инженерию уничтожения.
Решающий момент наступил не под стенами самой Гранады, а раньше. В августе 1487 года. Малага. Второй по значимости город эмирата, его выход к морю. Осада была жестокой. Изабелла лично прибыла в лагерь. Её присутствие действовало на кастильцев как допинг. Она не просто королева, она — символ крестового похода. Когда Малага пала, это был конец надеждам. Жители были обращены в рабство — жестокий урок для всех остальных. Без порта, без связи с Африкой, Гранада была обречена. Это была уже не война, а медленное удушение.
К зиме 1491 года кольцо замкнулось. Осталась только столица. Внутри стен царили голод и отчаяние, снаружи — холодная решимость христианского лагеря Санта-Фе, построенного в форме креста прямо на глазах у осажденных.
И вот мы возвращаемся к 2 января. Последний султан, Мухаммед XII, известный европейцам как Боабдиль, выезжает из города. Он не герой-мученик, он трагическая фигура, заложник истории. Он передает ключи от Альгамбры Фердинанду и Изабелле. Говорят, он плакал, покидая дворец, за что получил знаменитый упрек от матери: «Не плачь как женщина о том, что не смог защитить как мужчина». Но кто знает, были ли это слезы стыда или слезы облегчения?
Крест поднялся над Сторожевой башней Альгамбры. Полумесяц закатился.
Но в этой сцене есть еще один персонаж, которого часто забывают, хотя он стоял совсем рядом. Там, в королевском лагере, среди ликующих рыцарей и дымящихся кадильниц, ждал генуэзец. Упрямый, седеющий, одержимый своей идеей. По имени Христофор Колумб.
Он видел падение Гранады. Он видел, как закрылась одна дверь истории. И он уже держал в руках ключ от другой двери. Католические монархи, освободившись от войны, которая высасывала казну десятилетиями, наконец-то могли выслушать его безумный план.
Конец Гранады стал началом Америки. Старый мир рухнул утром 2 января, чтобы к вечеру того же года мир стал вдруг пугающе огромным.
Задонатить автору за честный труд
Приобретайте мои книги в электронной и бумажной версии!
Мои книги в электронном виде (в 4-5 раз дешевле бумажных версий).
Вы можете заказать у меня книгу с дарственной надписью — себе или в подарок.
Заказы принимаю на мой мейл cer6042@yandex.ru
«Последняя война Российской империи» (описание)
«Суворов — от победы к победе».
Мой телеграм-канал Истории от историка.