Ольга стояла перед полкой с алкоголем и чувствовала себя полной идиоткой. Красное? Белое? Сухое?
Она хотела устроить мужу сюрприз. Последний месяц Дмитрий был сам не свой: приходил поздно, ссылался на завалы в офисе, прятал телефон. Ольга решила: хватит пилить его бытом. Нужно вернуть романтику. Она отпросилась с работы пораньше, соврала ему, что поедет к маме с ночевкой, а сама решила устроить ужин при свечах.
— Простите, вы не поможете? — решилась она обратиться к девушке рядом.
Та выглядела так, словно сошла с обложки журнала: дорогое кашемировое пальто, идеальная укладка, тонкий шлейф нишевых духов. Она уверенно держала в руках бутылку дорогого кьянти.
Девушка обернулась. Скользнула взглядом по Ольге — по её пуховику, уставшему лицу без макияжа, пакету с картошкой.
— Смотря для кого берете, — голос у неё был приятный, но с холодцой.
— Для мужа. Хочу... побаловать. Мы последнее время мало общаемся.
Незнакомка усмехнулась уголком губ:
— Для мужа? Тогда берите вот это, полусладкое. Мужчины любят попроще, чтобы в голову давало, но пилось как компот.
— Спасибо. Вы, наверное, разбираетесь.
— Приходится. Я сомелье в ресторане. Кристина.
Они вместе подошли к кассе. Кристина расплатилась картой, небрежно бросив телефон на ленту.
— Вы тоже готовитесь к романтическому вечеру? — вежливо спросила Ольга, складывая продукты.
— Можно и так сказать, — Кристина улыбнулась, и в этой улыбке было торжество. — Иду к любимому. Он, наконец, спровадил свою благоверную к маме на выходные. У нас, знаете ли, праздник. Полгода отношений.
Ольгу кольнуло неприятное предчувствие. «Спровадил к маме». Она ведь тоже сказала Диме, что едет к маме...
— Он женат? — вырвалось у неё.
— Женат, — легко согласилась Кристина. — Но это временно. Там жена — одно название. Клуша, погрязшая в борщах. Он с ней только из жалость живет, пока мы квартиру присматриваем.
Ольге стало трудно дышать. Воздух в магазине показался густым и липким.
— И вам... не жалко её? Жену?
— А чего её жалеть? — фыркнула Кристина, выходя на крыльцо. — Если мужик гуляет, виновата баба. Надо за собой следить, а не за скидками на майонез. Мой Димочка достоин лучшего.
Мир качнулся.
— Как... как вы сказали?
— Дима. Он здесь живет, в соседнем доме. Вот, смотрите, какой красавец.
Кристина разблокировала телефон.
С экрана на Ольгу смотрел её муж. В той самой рубашке, которую она гладила сегодня утром. Он улыбался так, как не улыбался ей уже года два. Широко, счастливо, обнимая Кристину за талию на фоне какой-то набережной.
«Командировка в Сочи», — вспомнила Ольга. — «Три месяца назад».
Она посмотрела на свой подъезд. Окна их квартиры на пятом этаже еще были темными. Дима ждал. Но не её.
— Красивый, — мертвым голосом сказала Ольга. — И дом красивый. Пятый этаж, да?
Кристина насторожилась:
— Откуда вы знаете?
Ольга перехватила пакет с продуктами поудобнее. Внутри звякнула бутылка «вина для мужа».
— Потому что я там живу десять лет. И ипотеку за эту квартиру плачу я. Вместе с «Димочкой».
Улыбка сползла с лица Кристины, как плохой грим.
— Вы...
— Я та самая клуша. Которую спровадили к маме.
— Не может быть... Он говорил, вы... старше. И толстая.
— Врет, как дышит, — Ольга вдруг почувствовала ледяное спокойствие. Слезы высохли, не успев начаться. — Знаете что, Кристина? Не пропадать же вину. Пойдемте.
— Куда? — попятилась любовница.
— К нему. Вы же хотели праздник? Будет вам праздник.
Ольга схватила опешившую девушку под локоть — хватка у неё, несмотря на «усталый вид», была железная — и потащила к подъезду.
— Я не пойду! — зашипела Кристина.
— Пойдешь, — отрезала Ольга. — Ты же считаешь себя лучше меня? Вот и докажи это ему. В лицо.
Они поднялись в лифте в гробовом молчании. Ольга открыла дверь своим ключом.
В квартире играла музыка. На столе в гостиной уже стояли бокалы и заказная пицца. Дмитрий вышел из душа, в полотенце на бедрах, напевая что-то веселое.
— Крис, малышка, ты ранова...
Он осекся.
В прихожей стояли двое. Его жена с пакетом картошки и его любовница с перекошенным от ужаса лицом.
— Сюрприз! — громко сказала Ольга, ставя пакет на пол. — Дим, я тут подругу встретила. Она говорит, ты квартиру ищешь? А то нам как раз эту делить придется.
Дмитрий побледнел так, что стал сливаться со стеной.
— Оля... Это не то... Ты не так поняла...
Он метался взглядом между ними.
— Я всё поняла, — перебила Ольга. — Восемь месяцев, да? Сочи? «Завалы на работе»?
— Он сказал, что ты уехала к маме! — взвизгнула Кристина, глядя на Дмитрия с отвращением. — Ты сказал, что вы с ней не спите уже год!
— Ну почему же, — усмехнулась Ольга. — Вчера спали. Правда, Дим?
Мужчина молчал, вжимая голову в плечи. Весь лоск «успешного любовника» слетел с него вместе с капельками воды из душа.
— Вон, — тихо сказала Ольга.
— Оля, давай поговорим... — начал Дмитрий.
— Вон! Оба! — рявкнула она так, что звякнуло стекло в серванте. — Ты — к маме, к другу, на вокзал, мне плевать. А ты, Кристина... Забирай свой приз. Он твой. Бесплатно. Только учти: он храпит, разбрасывает носки и зарплата у него серая.
Прошел год.
Ольга сидела за столиком уличного кафе, подставив лицо весеннему солнцу. Она ждала риэлтора — продажа той самой квартиры наконец-то завершилась, и она подбирала себе студию в новом районе.
— Ольга?
Она обернулась. Рядом стояла Кристина. Уже без дорогого пальто, какая-то потухшая, уставшая.
— Можно присесть?
— Если ненадолго.
— Я просто хотела сказать... Я бросила его. Через месяц.
Ольга равнодушно помешала кофе.
— Зачем мне эта информация?
— Он... он пытался вернуться к вам, знаю. А когда вы его послали, начал пить. Потом занял у меня денег и пропал. Оказалось, я была не единственная.
Кристина горько усмехнулась.
— Вы были правы. Клушей оказалась я. Поверила в сказку.
— Это опыт, — спокойно ответила Ольга. — Дорогой, но полезный.
— А у вас как? Простили?
К столику подошел высокий мужчина с двумя морожеными.
— Оль, там очередь, но я добыл фисташковое, как ты любишь. О, у нас гости?
Ольга улыбнулась ему — открыто и тепло.
— Нет, Сереж. Просто знакомая ошиблась столиком.
Она повернулась к Кристине и впервые посмотрела на неё без боли, без злости — просто как на пустое место.
— Всего доброго, Кристина. Вино выбирайте тщательнее. И мужчин тоже.
Как вы считаете, стоило ли Ольге устраивать очную ставку или нужно было выгнать мужа тихо? Делитесь мнением в комментариях!