Бронированный провал. Танк "Маус", раздавивший сам себя...
В 1942 году Гитлер поручили создать танк весом в 200 тонн. Почему не меньше? Вероятно, мания величия "перла" из фюрера как тесто из кастрюли.
А так, цель создания супер-машины была вполне прозаична. Необходим был танк прорыва. Для того предполагалось создать максимально возможную бронезащиту. Промышленникам спустили сверхзадачу.
И понеслось... Концерн "Даймлер-Бенц" отвечал за силовую установку. "Сименс" – за трансмиссию. А "Крупп" должен был отлить башню и корпус. Проект курировал и вел сам Фердинанд Порше.
Одним словом, инженеры, связанные "капризом" фюрера, сделали почти невозможное. Они построили две машины. Так из "потуг" военно-промышленного комплекса Третьего Рейха родился "Маус". Его боевой снаряженный вес в 188 тонн делал его самым тяжелым танком в истории.
Он весил как три современных "Абрамса". Толщина лобовой брони достигала 200 миллиметров, а бортов — 180 мм. Вооружение было двойным: в основной башне стояла 128-мм пушка KwK 44, способная на дистанции в 3.5 километра пробить броню любого танка союзников, а спаренная с ней 75-мм пушка должна была бороться с пехотой и легкой техникой. Это был настоящий подвижный форт.
Но здесь и начиналась комедия. Гениальность конструкции упиралась в примитивные физические ограничения. Ни один мост в Европе не мог выдержать такую массу. "Маус" был вынужден пересекать реки по дну без экипажа, дистанционно управляемый по кабелю. Это превращало предоление водной преграды в сложнейшую инженерную операцию.
Его двигатель, 1080-сильный авиационный модернизированный "Даймлер-Бенц", разгонял эту глыбу лишь до 20 км/ч. Да и то по шоссе. На мягком грунте он увязал почти мгновенно, становясь идеальной мишенью для авиации и противотанковой артиллерии.
А транспортировка по железной дороге требовала разборки полустанков и специальных платформ. Это было не орудие, а обуза для войск.
Он не успел проиграть ни одной битвы. Потому как доехать до поля боя и позиций было целой проблемой.
"Маус" просто пал жертвой обстоятельств, которые его создатели проигнорировали. К моменту, когда в 1944 году прототипы пошли на ходовые испытания, стратегическая ситуация для Германии была катастрофической. Требовались не единичные чудо-танки, а сотни простых и надежных "Пантер" и "Тигров".
А в апреле 1945 года к полигону стремительно катился наступательный вал советских войск. Немцы в панике взорвали единственные два построенных прототипа, чтобы они не достались врагу. Но один корпус был не сильно поврежден.
Сегодня этот единственный в мире "Мышонок", собранный из частей двух подорванных машин, стоит в бронетанковом музее в Кубинке. Производя при этом гнетущее впечатление. Не мощью, а своей бесполезной громоздкостью.
Он похож на памятник самому себе и большой инженерной задаче.
Которая решена безупречно, чтобы доказать лишь то, что решать ее не стоило.
