Пока Армандо отчаянно боролся за каждый вздох, в местечке Кастельвеккьо, словно в другом измерении, развернулся следующий диалог.
- Ну что, Вальтер, справился? – голос Агнессы звучал ровно, без тени волнения. Она смотрела на своего верного слугу, ожидая ответа.
- Да, госпожа. Я направил зверя так, чтобы он встал на его защиту от врагов, – ответил Вальтер, его взгляд был прикован к хозяйке.
- Хорошо. А что дальше? – Агнесса слегка кивнула, словно оценивая проделанную работу.
- А потом я внушил охотнику, чтобы он нашёл его, – закончил Вальтер.
- Понятно, – Агнесса вновь кивнула, её лицо оставалось непроницаемым. - И всё же, его пра-пра- … Сколько же этих “пра”? Ну да Бог с ними, в общем, его дед, этот плут Херманн, был куда осторожнее его.
- Херманн, госпожа, не был обременён чувствами. Ничто не могло его отвлечь, – возразил Вальтер, словно напоминая о разнице.
- Пожалуй, ты прав, – согласилась Вечная Роза и прищурилась, - послушай, а что это за господин, который приказал его уб_ить? Его лицо мне кажется знакомым, - медленно проговорила она, - очень знакомым…- Агнесса призадумалась и вновь обратилась к своему слуге: - Вальтер, будь добр, принеси мне альбом с портретами Висконти.
- Госпожа моя, я, конечно, принесу Вам альбом, но и без него скажу, кого Вам напомнил этот Франсиско. Честно говоря, я думал, Вы и сами давно поняли, - с искренним удивлением произнёс седовласый старец.
- Нет, Вальтер, я не поняла. Ну и кто же он, этот… Хотя, нет, постой, я хочу сама узнать его.
- Хорошо, госпожа, я принесу альбом, и лишь только Вы увидите его – сразу узнаете, он ведь одно лицо с …
- Вальтер, я же сказала тебе, что я сама должна узнать его, - слегка повысила голос Агнесса.
- Не злись, моя Нежная Роза, - ухмыльнулся тот, - это очень огорчает меня.
- Вальтер! Прекрати дразнить меня! Ты знаешь, что твои слова лёгким ветерком касаются моей души, и мне кажется, что она вот-вот затрепещет. Как же хочется поскорее испытать чувства, хоть какие-нибудь, пусть даже злость, - тяжело вздохнула она.
- Не нужно торопиться, я не смогу без моей госпожи…
- Вальтер, принеси мне альбом!
- Слушаюсь.
Прошло несколько коротких минут, и старец вернулся с толстым альбомом в пурпурном бархатном переплёте.
- Посмотри, Вальтер, а этого человека ты узнаёшь? – перевернув первую страницу, обратилась Агнесса к своему слуге, её губы тронула едва заметная улыбка. – Как же всё в этом мире тесно связано! Как можно отрицать предопределение, или судьбу? Это лишь очередное подтверждение, хотя, признаться, таких совпадений в моей жизни было немало. Если кому-то суждено править, он найдёт свой трон, пусть даже и самый неожиданный.
Вальтер, поражённый, шумно вздохнул:
- Госпожа, вот это да! А Вы не собираетесь поддержать его потомков? Ведь в них течёт и Ваша кровь.
- Нет, Вальтер, им не нужна моя поддержка. Они сильны и справятся сами. Это испытание закалит их, а это им необходимо. – ответила Агнесса.
- Вы всегда были мудры, госпожа. Я знал это, – склонил голову Вальтер в знак уважения.
- Что же, продолжу искать того, кто мне нужен, - вновь вернулась к альбому Агнесса.
В это же самое время вдали от суеты и интриг столицы шла борьба за жизнь Армандо.
В одном селении, вдали от шумного Стамбула, жила семейная пара. Жена вела домашнее хозяйство, как и все женщины этой малочисленной деревушки, а муж промышлял охотой.
Он и обнаружил Армандо у подножия холма, рядом с оливковой рощей, куда забрёл в поисках добычи. Взвалив раненого на спину, он принёс его к себе домой, в скромную хижину, построенную из камня и дерева, укрытую густой зеленью.
- Смотри, хоть одежда его и порвана, но даже в таком состоянии чувствуется её дороговизна. А лицо, хоть бледное и осунувшееся, но благородное, - разглядев как следует незнакомца, произнёс мужчина.
- Кто бы он ни был, он просто человек, нуждающийся в помощи, - с сочувствием произнесла женщина, супруга охотника, и пошла готовить лечебные отвары.
Её имя было Айше, она обладала знаниями, передававшимися из поколения в поколение. Она знала, какие травы успокаивают боль, какие корни ускоряют заживление, а какие отвары прогоняют лихорадку.
Первые дни были самыми тяжёлыми. Армандо бредил, его тело сотрясали дрожь и жар. Он видел во сне предательства, лица врагов и тех, кого он любил.
Женщина неустанно меняла ему повязки, приносила воду и следила за огнём в очаге.
Она была молчалива, но её забота была красноречивее любых слов.
Её муж, Мехмет, по-прежнему уходил на целый день охотиться, а когда возвращался, сразу справлялся о состоянии раненого мужчины.
- Айше, как ты думаешь, он выкарабкается? Ни кровинки в лице, белый весь, даже губы, - как-то вечером озабоченно произнёс он.
- Аллах велик, он поможет ему! – вознесла руки к небесному своду супруга.
- Аминь, Айше, - кивнул ей муж, - однако и ты постарайся, ты же умеешь врачевать, травы там какие-нибудь свари или ещё что. Жалко его, молодой, вон кольцо на пальце: видно, жена есть, а, может, и детки, - грустно вздохнул он, и женщина тотчас потупила взор.
- Ну вот, опять ты, Мехмет, - с горечью произнесла она, - пятнадцатый год пошёл, как живём мы вместе, а нет-нет, да и упрекнёшь, что деток тебе не родила. Да и не рожу уж теперь, - слёзно промолвила она, прикрылась вуалью и заплакала.
- Айше, прости меня, я и не думал тебя обижать, я совсем не это хотел сказать, - принялся утешать супругу Мехмет.
В это самое время Армандо, наконец, пришёл в себя, услышал их разговор и пошевелил рукой.
Мехмет, заметив, замер и прошептал:
- Смотри, Айше, он двигается.
- Кто? – всхлипнула женщина и, утерев глаза, взглянула на раненого.
Армандо с трудом разлепил веки. Голова гудела, а тело казалось чужим.
Айше и Мехмет переглянулись. Они увидели в его глазах вопрос. Взволнованный Мехмет жестом показал на себя, потом на Айше, и произнёс:
- Айше. Мехмет.
Армандо попытался улыбнуться, но губы лишь дрогнули. Он открыл рот, чтобы назвать себя, но из горла не вырвалось ни звука. Попытка откашляться тоже оказалась тщетной. В этот момент его врачебный ум мгновенно поставил диа_гноз: видимо, какая-то тра_вма вызвала во_спа_ление голос_овых св_язок.
Армандо слабо показал на горло и жестом дал понять, что говорить не может.
Супруги, наблюдавшие за ним, улыбнулись с пониманием и кивнули.
- Пришли, наконец, в себя? Аллах милостив! Он вытащил вас из лап Азраила, - с искренней радостью произнёс Мехмет, - не волнуйтесь, господин, скоро голос к Вам вернётся. Моя Айше быстро вылечит Вас. Вы ещё петь будете.
Армандо благодарно моргнул, почувствовав, как ни странно, облегчение от его слов, хотя знал, что восстановление голоса обычно проходит не скоро.
Так началось их странное общение языком жестов, мимики, интонаций.
Айше, с её спокойными, мудрыми глазами, видя в мужчине не чужака, а страдающего человека, продолжила лечение. Она протирала его лоб влажной тканью, шептала молитвы и слова утешения, готовила новые отвары, которые Армандо пил с трудом, но которые, казалось, возвращали ему силы.
Постепенно жар спал, голова уже не так сильно болела, правда, ещё кружилась.
Однажды вечером во дворе послышалось ржание коня. Армандо беспокойно посмотрел на Мехмета. Тот быстро снял со стены лук, потрогал кинжал за поясом, взял со стола свечу и вышел на улицу. Вскоре он возвратился и сообщил:
- Господин, там пришла осёдланная лошадь, её поводья свободно болтаются. Не Ваша ли это?
Армандо улыбнулся и кивнул. Он безошибочно узнал своего вороного коня, но, к своему сожалению, не мог сказать об этом вслух. Жестом он попросил Мехмета позаботиться о своём верном друге, и тот тут же отправился напоить и накормить животное.
Появление коня наполнило Армандо радостью и надеждой. Он уже предвкушал, как следующим утром отправится в Стамбул. Однако силы к нему ещё не вернулись: как ни старался, Армандо не смог даже встать с постели.
Тем временем, в шумном Стамбуле, два человека были поглощены мыслями об Армандо.
Один из них, Кобос, искренне переживал. Получив от Паоло весть о жу_тком происшествии, в котором фигурировали наёмники, Армандо и, к его полному изумлению, тигр, Кобос был потрясён до глубины души.
- Какой страшный конец, - промолвил он, - лучше бы ты, Армандо, по_гиб в схватке с врагом, чем оказался раст_ерзанным хищником. Мне жаль, искренне жаль. Ты был хорошим парнем. Мы могли бы быть друзьями, ты был единственным, кому я мог довериться, но ты не оставил мне выбора, ты предал меня.
Ибрагим-паша тоже был погружён в тяжёлые думы об Армандо.
Башат, которому было поручено следить за доктором, доложил своему командиру:
- Управляющий сказал, что доктор рано утром уехал из дома. Якобы он отправился на встречу с великим визирем.
Ибрагим-паша горько усмехнулся:
- Со мной? Так рано? Что же ему не спалось? Неужели так сильно соскучился? И почему же тогда так долго едет? Башат, наведайся к нему вечером и сразу же доложи мне.
- Слушаюсь, командир, – кивнул Башат и поспешил удалиться. Его угнетало состояние Ибрагима-паши.
Лиловые сумерки уже сгустились над городом, а Ибрагим всё ещё сидел в кабинете.
Внезапно тишину коридора нарушили тяжёлые, размеренные шаги. Ибрагим, знавший каждого своего воина по походке, мгновенно понял: вести недобрые. И, как всегда, его интуиция оказалась верной.
- Ибрагим-паша, Армандо так и не объявился, – с тревогой сообщил Башат, его голос был полон беспокойства. – Управляющий уже волнуется. Может быть, он... – с надеждой продолжил он.
- Нет, Башат, это исключено, – тяжело вздохнул паша, нервно меряя шагами комнату. – Подумай сам, куда он мог пропасть так надолго? У него ведь и знакомых-то здесь почти нет – разве что Хюррем-султан да этот, как его, Густаво. Кстати, сходи к Густаво, на всякий случай. Ты чего улыбаешься? – Ибрагим удивленно взглянул на Башата, заметив лёгкую тень веселья на его лице.
- Простите, Ибрагим-паша, но Вы так сказали... как-то забавно прозвучало: знакомая Армандо – Хюррем-султан, – произнёс тот, прикусив губу, чтобы сдержать смех.
- Правда? Я так сказал? – Ибрагим нахмурился, но его лицо тут же просветлело, и через мгновение он уже залился весёлым смехом.
Башат подхватил его смех, и вскоре вся комната наполнилась их раскатистым хохотом.
Внезапный стук в дверь прервал их минуту безмятежности.
Ибрагим приложил указательный палец к губам и кивком попросил Башата отойти.
- Войди! – властно произнёс он, и на пороге возник Гюль-ага.
- Простите, Ибрагим-паша, – прошептал он, поклонившись, – Хюррем-султан велела передать, если Вы ещё во дворце, что ожидает Вас там.
Он сделал ударение на последнем слове.
- Хорошо, передай госпоже, я скоро буду, – ответил паша.
Гюль-ага тотчас исчез за дверью.
- Что ещё стряслось? – с тревогой спросил Ибрагим. - Башат, жди меня здесь. Возможно, понадобится собраться всем вместе, – добавил он и быстро вышел из кабинета.