В холодной тёмной камере находились двое.
Они печально вспоминали о прошлых временах. Когда им было тепло и весело. Сейчас кроме них не осталось никого.
-Помнишь? - шептал Олег, - толпы, давка, все куда-то рвались, кричали, бодались локтями.
- Помню, конечно, - пробурчал Никодим. - Мы все мчались куда - то дружной толпой. Пихались, толкались, так, будто наша жизни от этого зависела.
Они умолкли.
Тишина была настолько осязаемой, что, казалось, ещё немного, и она примет участие в невесёлом разговоре.
Иногда в этой тишине что-то щёлкало, как старый холодильник, и вновь замолкало.
- Как думаешь, нас арестовали? - осторожно спросил Никодим.
- Всё может быть, - философски ответил Олег, - но за что? Мы же ничего плохого не сделали.
-Дык.... Может, как раз за это,- тоскливо предположил второй узник.
Холод усилился, вползал под кожу, становился невыносимым. Они сидели, прижавшись к стенкам своей маленькой темницы, изо всех сил пытаясь не дрожать, и не впасть в отчаянье.
- А где все остальные? - недоумевающе спросил Олег.
- Сам удивляюсь. Нас же много было.
Они попытались вспомнить.
Как пёрла вперёд ликующая толпа. Как слышались истошные вопли.
"Я первый!" "Я лучший!" "Я победю!" - передразнил Олег тоненьким голоском.- И где они теперь?
- Может, по другим камерам раскидали, - предположил Никодим.
Да, это выглядело правдоподобно.
Между ними вновь повисла тишина.
Бедолаги не знали, как долго они находились в ледяной тюрьме.
Время будто застыло.
Казалось, так будет всегда.
Они смирились и приготовились умереть, как подобает мужчинам.
Всё изменилось, когда они уже потеряли всякую надежду получить свободу.
Сначала их будто легонько тряхнуло, словно кто-то взял их темницу двумя пальцами и лениво повернул .Потом холод пополз назад, сдавая позиции. В помещении стало терпимо. Потом тепло. А потом - жарко.
- Ты тоже чувствуешь это? - прохрипел еле слышно Олег.
-Ну ещё бы, -встревоженно ответил Никодим. - Будто нас убили и мы несёмся в ад. Ну или включили батареи.
Действительность менялась.
Их слегка размазало по стенкам - неприятно, но не смертельно.
Вокруг что-то происходило, но что именно, они не понимали.
Тепло стало вязким, плотным, невыносимым.
- Точно, мы умерли. - печально констатировал Никодим. - И это вот оно… ну… посмертие? Лучше, чем холод, правда?
- Если это рай, то у них проблемы с вентиляцией, - простонал Олег. - А если ад, то я ожидал больше огня и начальства с вилами.
Как оказалось, они очутились в другой темнице.
По крайней мере, тут было тепло. И даже немного уютно.
И кормили неплохо.
-Пива бы, - мечтательно протянул Олег.
-Да и так нормуль, - радовался Никодим. - А пиво один раз нам давали.
-Безалкогольное, - злился Никодим.
-А мне понравились вчерашние фруктики, - вступился Олег. - Знаешь, а тут не так плохо.
-Согласен. По-видимому, просидим здесь до конца жизни. Интересно, за что нас? Ничего не помню.
Они ошиблись.
Из этой темницы их тоже выставили.
-Опять что - то происходит, - простонал Никодим. - Чувствуешь?
Это было сложно не почувствовать.
Они ощутили движение. Не своё - их двигало само пространство, в котором они сидели. Вокруг них всё сжималось, сокращалось, поддерживая ритм, как пьяный барабанщик, играющий на похоронах весёлый марш.
- Тебе не кажется, что нас куда-то тащат? - встревоженно вопросил Никодим.
- Мне кажется, что нас в принципе не спрашивают, - честно ответил Олег.
Парни вцепились друг в друга и приготовились к худшему.
-По крайней мере, нас двое. Ты не боишься? - прогундосил Никодим.
- Боюсь, - признался Олег. - А ещё я в бешенстве. Нас сначала морозили, потом жарили. И всё без объяснений. Хоть бы объявление повесили.
Темница вновь качнулась, на этот раз резко.
-АААААА!!!! - вопили парни.
Помещение ходило ходуном.
Их тащило наружу - неумолимо, будто палач свою жертву на плаху.
Они не знали, что их ждёт.
Им было очень страшно.
А вскоре стало ещё страшней.
-Я вижу свет в конце тоннеля! - заорал Олег, - значит, точно. Умерли. Встретимся в раю, братан.
-Или наоборот, - возразил скептический Никодим.
Впереди действительно появился свет.
Сначала крошечная точка - как дырка в занавеске, через которую кто-то подглядывает. Потом она начала расти, раздвигая тьму, превращаясь в ослепительный столб, туннель, пасть чего-то огромного.
- Я не хочу туда, - визжал Олег.
-Будто нас спрашивают, - мрачно констатировал Никодим.
Темница неумолимо сжималась, толкала их к свету. Пространство позади них рушилось, как старый дом.
Возврата не было.
Они двинулись к свету - не героически, не гордо, а так, как двигаются те, у кого выбора вообще не было с самого начала.
Свет стал невыносимым. Мир завертелся.
Они приблизились к свету и вылетели наружу.
Шум обрушился на них, как вода из прорванной плотины.
Резкие непонятные звуки. И - холодный воздух, живой, колючий, пахнущий чем-то новым, непонятным.
И вдруг сквозь весь этот непонятный шум прорезался спокойный, уверенный мужской голос:
-Мальчики. Поздравляю.
Они моргнули, вдыхая первый глоток воздуха. Мир вокруг был огромным, ярким, полным шума. Врач в белом халате улыбался, держа их в руках - крошечных, мокрых, перепуганных.
К ним приблизилось огромное лицо.
Ещё одно.
Отец - усталый, с красными глазами после бессонной ночи ожидания - осторожно взял близнецов на руки. Один в правую, другого - в левую.
Младенчики мрачно уставились на мужчину.
-Какие же они красивые, - прошептал отец, - Другие младенцы какие - то противные, сморщенные, а эти - красавцы.
-Потому что они ваши, - философски заметила медсестра - Уже придумали имена?
-Конечно. Олег и Никодим.
-Это наш отец? - тихо переговаривались близнецы, - В принципе, пойдёт.
-Вам не кажется, что у них осмысленный взгляд? - прошептал мужчина, - слишком осмысленный для тех, кто только что родился.
-Это вам показалось, - мудро возразил доктор, - Они пока вообще ничего не видят. Пятно, и не более того.
-Разве?- усомнился отец,- Привет, парни. Я ваш папа.....О! Они мне улыбнулись! Оба! Не просто так же.
-Они ещё не умеют улыбаться, - медсестра забрала детишек и понесла на взвешивание.
Обессиленная долгими родами мать счастливо вздохнула.
-Всё было не зря. ЭКО, нервы...всё с лихвой окупилось, - радовался муж.
За дверями палаты, где размещались младенчики, всхлипывала от избытка чувств тёща.
Его мать деловито составляла график посещений, чтобы помогать на первых, самых сложных порах, не сводя взгляда с кроваток, где лежали внуки. Впрочем, у неё ещё будет время, чтобы наглядеться.
Деды тихо переговаривались насчёт отметить радостное событие.
А в самой дальней кроватке надрывался от плача младенец.
Его никто не рассматривал.
И отец не брал его на руки.
Мать очень хотела выпить. И совсем скоро она осуществит желание. За младенчиком будут ухаживать сестрёнки. У него их четыре, есть кому приглядеть. Она попыталась вспомнить, кто его отец. Видимо, Толян. Или Васян.
-Жалко его, - всхлипнул жалостливый Никодим.
-Всех не пережалеешь, - жёстко ответил циничный Олег. - Главное, у нас всё хорошо. Вон- стоят, любуются.
-Конечно, любуются, мы же красавчики, - согласился Никодим.
-Да, вам повезло, - санитарка, всю жизнь проработавшая в родильном доме, была в курсе, что малыши не просто так приходят в наш мир с такими сосредоточенными мордашками, будто что - то знают...Возможно, помнят прошлую жизнь?
Свои мысли женщина благоразумно держала при себе.
НОМЕР КАРТЫ ЕСЛИ БУДЕТ ЖЕЛАНИЕ СДЕЛАТЬ ДОНАТ. 2202 2005 4423 2786 Надежда Ш. Елена Б.,- огромное Вам спасибо за оценку моего творчества!