Тридцать первого декабря я проснулась с непривычным чувством. Будто что-то должно было произойти, хотя ничего особенного в планах не значилось. Обычная подготовка к празднику, обычный ужин, обычная встреча Нового года дома. С мужем. Вдвоём. Как всегда в последние годы.
Сергей уже сидел на кухне, пил кофе и листал новости в телефоне. Я села напротив, налила себе чай.
– Что будем готовить? – спросила я.
– А что обычно делаешь, то и готовь, – ответил он, не поднимая глаз от экрана.
– Может, что-то новое попробуем? Я вчера рецепт интересный видела.
– Зачем усложнять? Делай как всегда, нормально же получается.
Я молча кивнула и допила чай. Сколько раз за последние годы я слышала это "как всегда"? Наверное, можно было бы подсчитать, если вести учёт. Сначала это касалось мелочей. Потом стало нормой. Постепенно я привыкла не предлагать ничего нового, не высказывать особых пожеланий. Проще было согласиться.
Мы с Сергеем вместе двадцать три года. Познакомились на работе, он был старше меня на пять лет, казался таким надёжным и спокойным. Я тогда только начинала карьеру, металась между проектами, хваталась за всё подряд. А он говорил, что нужно быть проще, не усложнять жизнь. И я верила, что в этом есть мудрость. Что он знает лучше.
Дети выросли и разъехались. Дочь живёт в другом городе, сын обещал приехать только на третье января. В этом году впервые мы встречали праздник совсем одни. Раньше всегда собирались родственники, друзья. Шум, смех, суета. А теперь вот так – двое за большим столом.
Я начала готовить около полудня. Сергей устроился в кресле перед телевизором. Периодически заходил на кухню, смотрел, чем я занимаюсь, иногда что-то комментировал.
– Много нарезаешь салата. На двоих хватило бы и половины.
– Может, оставим на завтра, – предложила я.
– Зачем есть три дня подряд одно и то же?
Я не стала спорить. Просто продолжала резать овощи. В какой-то момент поймала себя на мысли, что делаю всё механически. Руки двигаются сами, голова занята чем-то другим. Когда это началось? Год назад? Два? Или раньше, просто я не замечала?
К семи вечера на столе стояло всё готовое. Я переоделась, привела себя в порядок. Посмотрела на своё отражение в зеркале. Пятьдесят лет. Не так уж и много, если подумать. Многие в моём возрасте живут полной жизнью, путешествуют, начинают новые проекты. А я вот стою и думаю, когда последний раз что-то решала сама. Без оглядки на то, что скажет Сергей.
– Ты готова? – крикнул он из комнаты. – Давай садиться, пока всё не остыло.
Мы сели за стол. Разложили еду по тарелкам. Сергей налил шампанского.
– За что будем? – спросил он.
– За новый год. За то, чтобы всё было хорошо.
– Это точно, – он выпил и принялся за салат.
Мы ели молча. Телевизор работал фоном, какая-то праздничная программа. Я смотрела на мужа и пыталась вспомнить, когда мы в последний раз разговаривали по-настоящему. Не о бытовых вещах, не о том, что купить в магазине или когда придёт счёт за электричество. А о чём-то важном. О том, что чувствуем, чего хотим, о чём мечтаем.
– Сергей, а давай в следующем году куда-нибудь съездим? – сказала я внезапно для себя самой.
Он поднял глаза от тарелки.
– Куда съездим?
– Не знаю. В другой город, может быть. Или на море. Давно мы никуда не выбирались.
– На море дорого. Да и зачем? Дома лучше.
– Просто хочется разнообразия.
– У нас и так всё нормально. Зачем тратить деньги на непонятные поездки?
Я снова кивнула. Это был привычный разговор. Я что-то предлагала, он находил причины не делать. Раньше я расстраивалась, пыталась убедить. Потом просто перестала настаивать. Зачем спорить, если всё равно будет по-его?
Мы доели основные блюда. Я принесла фрукты, сладкое. Сергей зевнул.
– Что-то устал я сегодня, – сказал он.
– Ещё рано. До двенадцати три часа.
– Да, но я бы прилёг немного. Глаза закрываются.
– Может, кофе сделать?
– Не надо, сам справлюсь.
Но через полчаса он снова зевал. Потом встал и потянулся.
– Пойду полежу минут двадцать. Ты меня разбуди перед боем курантов.
– Хорошо, – ответила я.
Он ушёл в спальню. Я осталась одна на кухне. Убрала посуду, вытерла стол. Налила себе ещё немного шампанского. Села у окна. На улице падал снег, редкие прохожие спешили куда-то. Наверное, к друзьям, к родным. Туда, где их ждут.
Время тянулось медленно. Я попыталась найти что-то интересное по телевизору. Потом взяла книгу, но не могла сосредоточиться. Мысли разбегались, возвращались к одному и тому же. К тому, что мы с Сергеем стали чужими людьми, живущими под одной крышей.
Около половины одиннадцатого я заглянула в спальню. Он спал. Дышал ровно, спокойно. Я тихо позвала его. Он не отреагировал. Тогда я потрясла за плечо.
– Сергей, вставай. Скоро двенадцать.
Он пробормотал что-то невнятное и повернулся на другой бок.
– Сергей, ты же просил разбудить.
– Угу, сейчас, – выдохнул он и снова затих.
Я постояла ещё немного, потом вышла. Налила себе чаю и села на диване. Странное ощущение накатило. Не обида, не злость. Просто пустота. Он спит в новогоднюю ночь, а я сижу одна и жду. Чего жду? Того, что он проснётся? Или того, что наконец пойму что-то важное?
Прошло ещё двадцать минут. Я снова зашла в спальню. Сергей даже не пошевелился. Я включила свет. Позвала громче.
– Сергей, вставай немедленно. Уже без пятнадцати двенадцать.
Он приоткрыл глаза, посмотрел на меня недовольно.
– Ну зачем ты шумишь? Я же отдыхаю.
– Ты сказал разбудить тебя перед Новым годом.
– А, ну ладно. Я уже проснулся практически.
Он закрыл глаза снова. Я стояла и смотрела на него. В голове всплывали разные воспоминания. Как он когда-то говорил, что мне не стоит заниматься танцами, потому что это трата времени. Как отговаривал от курсов иностранного языка, утверждая, что в нашем возрасте это бесполезно. Как мягко, но настойчиво переубеждал меня в каждом моём желании что-то изменить.
– Сергей, вставай, – повторила я твёрже.
– Спать хочу, – пробормотал он. – Встретим Новый год завтра.
– Завтра будет первое января, а не Новый год.
– Какая разница?
И вот тут я вдруг поняла. Для него действительно не было разницы. Новый год, обычный день, праздник, будни – всё одинаково. Главное, чтобы его не трогали, не беспокоили, не просили ничего менять.
Я выключила свет и закрыла дверь спальни. Вернулась на кухню. Посмотрела на часы – без десяти двенадцать. По телевизору уже показывали толпы людей на площадях, все в предвкушении, в радости. А я одна сижу за столом, где еда на двоих, где бокалы, где должен был быть праздник.
Налила себе шампанского. Достала телефон. Написала дочери поздравление. Она ответила сразу, прислала фотографию со своей вечеринки. Столько улыбок, столько жизни на этом снимке. Я посмотрела на экран и подумала: когда я в последний раз улыбалась вот так, искренне и беззаботно?
Куранты начали бить. Я встала, подняла бокал. Произнесла сама себе: с Новым годом. Выпила. Сама себе. В пустой квартире. Муж спит в соседней комнате, и ему всё равно.
После полуночи я не стала будить Сергея. Убрала со стола, помыла посуду. Потом села писать. Давно хотела начать, всё откладывала. Сергей говорил, что это глупая затея. Кому нужны мои записки, у всех своя жизнь. Но сейчас мне было всё равно, что он скажет. Я просто писала. О том, что чувствую. О том, что осознала за этот вечер.
Я поняла, что годами жила не своей жизнью. Подстраивалась под кого-то, забывая о себе. Считала, что так правильно, что в браке нужно идти на компромиссы. Только это были не компромиссы. Это была капитуляция. Я сдавала позиции одну за другой, пока не осталась совсем без территории.
Утром Сергей встал около девяти. Вышел на кухню, потянулся.
– С Новым годом, – сказал он как ни в чём не бывало.
– С Новым годом, – ответила я.
– Ты меня не разбудила вчера.
– Будила. Дважды. Ты сказал, что встретим Новый год завтра.
Он почесал затылок.
– Правда? Не помню. Извини, наверное, сильно устал.
– Наверное.
Он сел за стол, я поставила перед ним кофе.
– Знаешь, – начал он, – может, сегодня куда-нибудь съездим? Погулять, что ли.
– Не хочу, – сказала я спокойно.
Он удивлённо посмотрел на меня.
– Почему? Ты же вчера говорила про поездки.
– Вчера говорила. А сегодня не хочу.
– Ну и настроение у тебя.
– У меня нормальное настроение.
Он пожал плечами и вернулся к своему кофе. Я смотрела на него и думала, что нужно поговорить. По-настоящему. Не о бытовых мелочах, а о том, что происходит между нами. О том, что мы потеряли. Или, может быть, никогда и не имели.
– Сергей, мне нужно с тобой поговорить, – сказала я.
– О чём? – он посмотрел насторожённо.
– О нас. О том, как мы живём.
– А что не так? Живём нормально.
– Вот именно – нормально. Всё время нормально. Без эмоций, без желаний, без каких-то стремлений.
– Ты о чём вообще? Мы спокойная семья, без драм и скандалов. Это же хорошо.
– Хорошо, когда есть хотя бы какая-то жизнь. А у нас просто существование.
Он отставил чашку.
– Это всё из-за вчерашнего? Из-за того, что я уснул?
– Не только. Хотя вчера я многое поняла.
– И что же ты поняла?
Я помолчала, подбирая слова.
– Что я очень долго не слушала себя. Делала то, что удобно тебе. Отказывалась от своих желаний ради твоего спокойствия. И постепенно стала никем. Просто женщиной, которая готовит, убирает и не высовывается.
– Да ты что? Я никогда не заставлял тебя отказываться от чего-то.
– Не заставлял. Просто всегда находил аргументы. Что это дорого, не нужно, бесполезно. И я соглашалась, потому что не хотела конфликтов.
Сергей покачал головой.
– Ты сама никогда особо не настаивала. Если бы тебе что-то было действительно важно, ты бы сказала.
– Я говорила. Много раз. Но ты не слышал. Или не хотел слышать.
Он встал, прошёлся по кухне.
– Не понимаю, к чему этот разговор. Захотела устроить сцену на Новый год?
– Это не сцена. Это просто разговор, который давно пора было начать.
– И что ты предлагаешь?
– Не знаю пока. Но точно знаю, что больше не хочу жить так, как жила. Отказываясь от себя.
Он посмотрел на меня долго и внимательно. Потом вздохнул.
– Ладно. Может, ты и права в чём-то. Просто я привык, что у нас всё стабильно. Без изменений. Мне так комфортно.
– А мне нет.
– Вижу, – он снова сел. – Так что будем делать?
– Для начала я запишусь на те танцы, о которых говорила три года назад. И на курсы языка тоже.
– Хорошо. Записывайся.
– И я хочу летом поехать на море. Одна или с подругой. Неделю хотя бы.
Он нахмурился, но кивнул.
– Если тебе это нужно – поезжай.
– Мне это нужно. Очень нужно.
Мы помолчали. Странно, но между нами будто что-то изменилось. Воздух стал легче. Я произнесла вслух то, что копилось годами, и не рухнул мир. Не случилось катастрофы. Просто мы наконец услышали друг друга.
– Знаешь, – сказал Сергей медленно, – может, мне тоже стоит что-то поменять. Я давно хотел заняться столярным делом. У меня руки вроде растут откуда надо.
– Почему не занимался?
– Думал, не стоит тратить время на хобби. Лучше дома посидеть, отдохнуть.
– А теперь?
– Теперь думаю, что отдых отдыхом, но хочется чего-то большего.
Я улыбнулась. Первый раз за много месяцев. Не из вежливости, не потому что так надо. А потому что действительно стало легче.
Конечно, один разговор не решил всех проблем. Мы ещё долго спорили, обсуждали, иногда ссорились. Но это были живые споры, настоящие разговоры. Не пустая тишина и молчаливое согласие на всё.
Я записалась на танцы в середине января. Сергей сначала посмеивался, но потом увидел, как мне это нравится, и перестал. Он действительно начал мастерить что-то в гараже. Приходил довольный, рассказывал о своих проектах. И я видела, что он тоже ожил. Будто проснулся после долгого сна.
К марту мы стали другими людьми. Не теми, кто существует рядом из привычки, а теми, кто действительно проживает жизнь. У каждого появились свои интересы, свои планы. И как ни странно, это сблизило нас сильнее, чем годы однообразия.
Летом я поехала на море с подругой. Неделю загорала, купалась, гуляла. Звонила Сергею каждый вечер, и он спрашивал, как дела, что видела, что понравилось. Не из вежливости, а потому что ему было интересно.
Когда я вернулась, он встретил меня с цветами. Первый раз за много лет.
– Соскучился, – сказал он просто.
– И я.
Мы стояли на кухне, той самой, где я встречала Новый год одна. Где плакала тихо, чтобы не разбудить спящего мужа. Где поняла, что нужно что-то менять.
– Знаешь, – сказал Сергей, – я долго думал о той новогодней ночи. О том, как я уснул. И понял, что это было не просто из-за усталости.
– А из-за чего?
– Мне было неинтересно. С собой, с жизнью, даже с тобой. Я превратился в какую-то мебель. Просто был, но не жил.
– И что теперь?
– Теперь интересно. И страшновато даже. Непривычно.
Я кивнула. Мне тоже было непривычно. Но это было хорошо. Тревожно, ново, но очень хорошо.
Через несколько месяцев Сергей сделал мне полку для книг. Красивую, с резными элементами. Я повесила её в гостиной, и каждый раз, проходя мимо, улыбалась. Не потому, что полка красивая. А потому что он делал её для меня, думал обо мне, хотел порадовать.
Мы начали планировать совместные поездки. Не такие, где один тянет другого. А те, которые интересны обоим. Составляли списки мест, куда хотим попасть. Спорили, обсуждали, но всегда находили решение, которое устраивало нас обоих.
Иногда я думаю о той новогодней ночи. О том, как сидела одна у стола с шампанским. Как злилась, обижалась, а потом просто приняла. Не ситуацию – а своё право менять её. И это принятие стало началом.
Мне исполнилось пятьдесят один. Сергей устроил небольшой праздник. Пригласил моих подруг, детей, накрыл стол. Я смотрела на него и думала, что он тоже изменился. Стал внимательнее, мягче, живее. Будто сбросил какую-то серую пелену, под которой прятался.
– Спасибо, – сказала я ему вечером, когда все разошлись.
– За что?
– За то, что услышал меня тогда. За то, что не отмахнулся, не сказал, что я выдумываю проблемы.
– Я думал об этом потом. Мог ведь всё испортить. Обидеться, закрыться. Но понял, что ты права. И что если ничего не менять, мы просто доживём до старости чужими людьми.
– А теперь?
– Теперь мы семья. Настоящая.
Наступила зима. Тридцать первое декабря. Ровно год с той новогодней ночи. Мы вдвоём готовили ужин. Сергей резал овощи, я занималась горячим.
– В прошлом году я уснул в десять вечера, – сказал он вдруг.
– Помню.
– Знаешь, я иногда вспоминаю тот вечер как самый важный в нашей жизни.
– Почему?
– Потому что тогда всё могло закончиться. Ты могла замкнуться, перестать пытаться. А могла и уйти вообще. Но ты выбрала третье – изменить.
Я остановилась, посмотрела на него.
– Я выбрала себя. Впервые за долгие годы.
– И это было правильно.
Мы накрыли стол. В этот раз всё было иначе. Мы разговаривали, смеялись, делились планами на следующий год. Сергей рассказал, что хочет открыть небольшую мастерскую. Я призналась, что подумываю о том, чтобы попробовать писать.
– Писать что? – спросил он с интересом.
– Не знаю ещё. Может, просто свои мысли. Может, что-то большее.
– Попробуй. У тебя получится.
В одиннадцать вечера мы вышли на балкон. Стояли рядом, смотрели на город. Снег падал крупными хлопьями, окна домов светились тёплым светом.
– Не хочешь спать? – спросила я с улыбкой.
– Нет. Хочу встретить Новый год. С тобой.
Мы встретили его вдвоём. С бокалами шампанского, с поцелуем под бой курантов, с надеждой на то, что каждый следующий год будет лучше предыдущего. Не потому что так обязательно случится. А потому что мы будем этого хотеть. Оба. Вместе.
Я смотрела на мужа и понимала, что всё началось с той новогодней ночи, когда он уснул в десять вечера. С того момента, когда я осталась одна у праздничного стола и поняла простую вещь: жизнь не начнётся сама. Её нужно начать. Самой. Несмотря ни на что.
И я начала. И это изменило всё.