Я часто думаю: почему нам так смешно, когда он кричит, ругается или паникует на экране? Сергей Бурунов — гений истерики. В «Полицейском с Рублевки» он превратил образ начальника-самодура в национальное достояние. Мы хохочем, разбираем его фразы на цитаты, пересылаем друг другу мемы.
Но если выключить звук и просто посмотреть в его глаза — станет не по себе.
Смотря на него из 2025 года, я вижу классическую трагедию «грустного клоуна». Только без грима. Человек, который подарил голос Леонардо ДиКаприо и смех миллионам россиян, сам, кажется, разучился быть счастливым. Он живет в пустой квартире, ходит к психотерапевтам и открыто говорит: «Я не знаю, зачем всё это».
И это не кокетство. Это — диагноз поколения, который он носит на себе как дорогой, но неудобный костюм.
Сергей Александрович Бурунов родился 6 марта 1977 года в Москве. Семья простая: отец — электротехник, мать — медсестра. Жили недалеко от аэропорта Домодедово, поэтому мальчик бредил не сценой, а небом.
Он даже поступил в летное училище, но вылетел со второго курса. Причина? Увлекся КВН. Небо не простило измены, а сцена приняла не сразу. В театральный вуз (Щукинское училище) он поступил только со второй попытки, да и то — на платное отделение. Отцу пришлось работать на износ, чтобы оплатить мечту сына.
Долгое время Бурунов был «голосом за кадром». Он озвучил сотни фильмов, стал официальным голосом ДиКаприо в России. А вот лицом к зрителю его развернули поздно. Настоящая слава пришла почти в 40 лет.
ПОЗДНИЙ СТАРТ И КОМПЛЕКС САМОЗВАНЦА
Представьте: вам 30, потом 35. Ваши однокурсники уже звезды, снимаются в главных ролях, ходят по красным дорожкам. А вы стоите в душной студии звукозаписи и проживаете чужие жизни. Вы — голос. Тень. Обслуживающий персонал для голливудских красавчиков.
Бурунов жил так годами. «Большая разница» дала ему узнаваемость, но как пародиста, а не актера. Он был кем угодно — Познером, Галкиным, Этушем — но не собой.
Мне кажется, именно тогда в нём поселился этот страх: «А вдруг я сам по себе никому не нужен?».
Когда в 2016-м выстрелил «Полицейский с Рублевки», и Володя Яковлев стал народным героем, Бурунов не обрадовался. Он испугался. Испугался, что это — случайность. Что завтра всё закончится.
Этот страх гонит его до сих пор. Он снимается без остановок. Реклама, сериалы, полный метр, шоу. Он боится остановиться, как акула, которая умрет, если перестанет плыть.
МАМА КАК ЦЕНТР ВСЕЛЕННОЙ
Главная женщина в жизни Сергея Бурунова — его мать, Татьяна Викторовна. Её не стало в 2010 году. Мучительная болезнь, рак поджелудочной железы. Сергей был рядом до конца.
Её смерть расколола его жизнь. Он сам говорит об этом постоянно: «Мир рухнул».
Есть мужчины, которые после ухода матери находят утешение в жене. А есть те, для кого мама была такой величиной, что любая другая женщина кажется просто бледной копией. Бурунов — из вторых.
Прошло уже 15 лет, а он всё ещё говорит о ней со слезами. Эта рана не заживает. И, возможно, именно она — причина его тотального одиночества. Ни одна девушка не может конкурировать с памятью об идеальной матери, которую он не смог спасти.
ОДИНОЧЕСТВО В СЕТИ И В ЖИЗНИ
Смешно и страшно: секс-символ (а многие женщины считают его невероятно харизматичным), богатый, знаменитый — и абсолютно один.
Жена? Нет. Дети? Нет.
«Я не хочу пускать кого-то в свой дом», — говорит он.
Его дом — это крепость. Или бункер. Там нет лишних вещей, идеальная чистота и... тишина. Он признается, что иногда просто лежит и смотрит в потолок.
В интервью Дудю или другим журналистам он не играет мачо. Он честно говорит о панических атаках, антидепрессантах, походах к мозгоправам. Он стал амбассадором мужской депрессии в России.
— Сергей, вы счастливы?
— Нет.
И в этом «нет» больше мужества, чем во всех брутальных ролях его коллег.
ЗАЛОЖНИК ОДНОЙ РОЛИ?
Яковлев из «Полицейского», отец из «Родных», чиновник из «Домашнего ареста». Все его герои — немного нелепые, крикливые, закомплексованные мужички.
Бурунов играет их гениально. Но мечтает-то он о другом. О драме. О тишине в кадре.
В 2025 году видно, как он пытается вырваться из этого амплуа. Снимается в триллерах («Содержанки», «Медиатор»), пробует сложные психологические роли. Но зритель требует: «Сделай нам смешно! Давай, Бурунов, покричи!».
Это трагедия заложника. Ты хочешь играть Гамлета, а тебе несут сценарий очередного «Озабоченного полковника». И ты соглашаешься, потому что — помните? — страшно, что перестанут звать.
АЭРОДРОМ ВМЕСТО СЕМЬИ
У Сергея есть хобби, которое заменяет ему семью, алкоголь и вечеринки. Он ездит на аэродром. Общается с летчиками. Смотрит на самолеты. Иногда летает сам (с инструктором).
Небо — то, что он предал в юности ради сцены, — теперь стало его единственным утешением. Там, наверху, нет камер. Нет сценариев. Нет необходимости шутить. Там есть только физика и свобода.
Мне кажется, когда он смотрит на взлетающий лайнер, он видит ту жизнь, которую мог бы прожить. Жизнь летчика Бурунова. С понятным графиком, женой, встречающей с рейса, и детьми, которые гордились бы папой-пилотом, а не папой-пародистом.
Но эту жизнь он променял на аплодисменты. Равноценный ли обмен? Судя по его глазам — не совсем.
ФИНАЛ: СМЕХ СКВОЗЬ СЛЕЗЫ
Бурунов — это зеркало русской души. Мы ведь тоже такие: внешне — «всё нормально, прорвемся, ха-ха-ха», а внутри — тоска и желание свернуться калачиком.
Он не носит маску супермена, как Нагиев. Он, наоборот, выворачивает свою слабость наизнанку. «Смотрите, мне больно, мне страшно, я одинок». И именно за это мы его любим. Не за шутки про «демона», а за то, что он живой.
В 2025 году Сергей Бурунов по-прежнему один. Он всё так же талантлив, всё так же богат и всё так же несчастен.
Может быть, однажды он встретит ту, которая не будет просить его «изобразить ДиКаприо». Или ту, которая заменит ему небо.
А пока — камера, мотор. Сергей, давай, кричи. Нам нужно посмеяться, чтобы забыть о собственной грусти.
Спасибо, что дочитали. Подписывайтесь на мой Телеграм — там я рассказываю о людях, которых, кажется, знаю лично.