С помощью игр, книг, кино и музыки
Пересматривать советские комедии и зависать под «Голубой огонек» в новогоднюю ночь в кругу семьи – это что-то либо из уходящей эпохи, либо из рода святых обязанностей, чему отведенная пара дней уже миновала. Что делать в остальные длинные праздничные выходные, чтобы ощутить их праздничными на свой лад? Не в ущерб новогоднему настроению и закрепившимся за ним ассоциациям. Чаще всего это, конечно же, все связанное с ностальгией и детством. И иногда – с чем-то жизнеутверждающим или комфортным, хорошо знакомым, укрытым от реальности мягким снежным слоем, замершим в воздухе обещанием волшебства.
Итого: ностальгия, детство, комфорт, зимняя атмосфера, волшебство, жизнеутверждающий настрой. Придерживаясь этой формулы, попробую дать несколько рекомендаций на тему игр, кино, книг и музыки, которые хотя бы отчасти ей соответствуют, но не слишком очевидны. С обоснованием, почему выбрал именно их и расчетом на другие интересные ассоциации от вас в комментариях.
КИНО
ШОУ ТРУМАНА
Зимней атмосферы здесь нет, но есть магия кино, внимание к деталям и Джим Кэрри, который не кривляется. Труман – это Гарри Поттер наоборот – он не сбегает в волшебный мир из унылого реального, а упорно стремится покинуть более комфортный искусственный только из неистребимой веры в нечто стоящее познания в настоящем. Это ли не самый жизнеутверждающий посыл из всех возможных?
Идея тотального наблюдения и жизни в прямом эфире, разумеется, не нова. Скажем, она была во французском фильме «Преступный репортаж» 1979 г. Но здесь впервые она вовлекла в столь захватывающий эмоциональный поток благодаря режиссуре Питера Уира, музыке Филиппа Гласса и запоминающимся образам Джима Кэрри, Эда Харриса, Лоры Линни и Наташи Макэлхоун.
«Шоу Трумана» был снят в 1998 г. и в нем есть предчувствие смены эпох, когда наивные 1990-е должны заместиться временами нарастающей сложности. Но взгляд в будущее остается еще не омраченным. Можно сказать, что «Шоу Трумана» – о взрослении, побеге из-под крыла чрезмерно опекающих родителей, так что ассоциации с детством тоже неизбежны. Времена и миры меняются не из-за своих исключительно отрицательных или положительных свойств. Но, может быть, мы, наблюдающие за тем, как кто-то ломает свой мир не теряя надежды, тоже однажды сможем.
Кстати говоря, с участием «нормального» Джима Кэрри «Вечное сияние чистого разума» тоже сойдет за новогодний фильм, если фантастически сумасбродная романтика – то, что вы искали. Ощутимая доза зимней атмосферы и ностальгии по детству там наличествует.
СУДЗУМЭ, ЗАКРЫВАЮЩАЯ ДВЕРИ
Был один античный литературный жанр, который так прямо и назывался «утешение». Утешение это происходило обычно с помощью философии. А то, что делает Макото Синкай – это утешение средствами аниме.
Так уж сложилось, что в реальности не обойтись без драм и потерь (например, постоянно преследующих Японию стихийных бедствий), но благодаря молодости, воображению и длинному, трудному пути, переплетенному с судьбами других людей, однажды с этим можно примириться.
«Судзумэ, закрывающая двери» поначалу больше напоминает творчество другого японского сказочника – Хаяо Миядзаки. Но где Миядзаки остается спокоен, мудр и сюрреалистичен, у Синкая в разговоре о сложных вещах больше надрыва. Зато Синкай любит красивые пейзажи – чуть дольше задерживая планы, сошел бы за Терренса Малика от мира аниме.
Но в этой последней большой работе Синкая много динамики и любоваться пейзажами времени почти нет. Превращение людей в неожиданные, но символичные предметы, путешествие в собственное прошлое, волшебные коты с непонятными мотивами, спасение мира от потустороннего катаклизма – чего не хватает, чтобы гарантированно не было скучно? Пожалуй, только финального роуд-муви с пестрой компанией персонажей, встреченных по дороге приключений. Волшебство, возвращение в детство, духоподъемное путешествие – большинство условий для поддержания новогоднего настроения соблюдено.
ОСТАВЛЕННЫЕ
Если ищете более реалистичного и камерного, но в доброй новогодней (рождественской) атмосфере, «Оставленные» Александра Пейна могут согреть душу, примерно как уютный потрескивающий камин – тело. Все еще немного сказочно – о дружбе между разными поколениями и социальными слоями, зародившейся в обстановке вынужденного притирания друг к другу в закрытой на время праздников престижной школе. Но убедительность характеров – есть, атмосфера 1970-х – отпадная, надежда на лучшее – теплится.
ИГРЫ
Здесь самым банальным для меня выбором были бы Heroes of Might and Magic III или «Цивилизация». Но я неожиданно вспомню игру под названием…
ТАКТИКА СУДЬБЫ (END OF TWILIGHT)
Это творение из начала 2000-х от российских разработчиков, в котором сама наивность и незамутненность тогдашнего геймдизайнерского подхода способна вышибить скупую ностальгическую слезу. Сюжет – про скандинавских богов и викингов, глуповатого воина Эрика, который под присмотром игрока должен совершить грандиозное – защитить расколовшийся на летающие островки павший Асгард от коварных притязаний Ужасного Волка Фенрира. Союзники тоже найдутся – для начала, знакомый кузнец Акс поможет устранить последствия пьянки, а потом и до униона с самим Одином прогресс дойдет.
Жанр – пошаговая тактика с элементами RPG. Здешний мир буквально оторван от реальности и витает в облаках, в магическо-мифических грезах, но история непритязательна. Все это обволакивает уютностью, как при погружении в чтение увлекательной детской книжки, когда ты как раз тот, для кого она предназначена. Хотя пройти эту игру без гайдов и череды неудач затруднительно. Таков суровый геймдев 25-летней давности, когда вокруг игрока еще не устраивали угодливые халлинги с бубном.
Сложно сказать, почему именно «Тактика судьбы» запала мне в душу неким островком комфорта, куда хочется иногда возвращаться. Сейчас ее мало кто помнит. Может быть, именно поэтому кажется, что островок этот во всех смыслах почти необитаем, а значит – лично твой. Пожалуй, такая маленькая игра или собственный маленький мир, пробуждающий теплые воспоминания, должен быть у каждого.
MAX PAYNE
Вообще в отрезанном от окружающей действительности мире игры, даже если он нарочито мрачный, как в Max Payne, тоже можно испытать своеобразное чувство комфорта. Нужно только, чтобы это было хорошо обосновано: скажем, не просто закрытыми дверьми, а невиданной для Нью-Йорка снежной вьюгой, уединяющей героя на его пути к справедливости среди глухих зашлакованных внутренностей города. К тому же сам Макс относится к происходящему с изрядной долей иронии, если не ерничания. Посему такого парадоксального ощущения уютного нуара как в этом стильном шутере, первым с кинематографической силой сделавший слоумо («bullet time») частью игрового процесса, не было больше ни в Max Payne 2, ни в других играх Remedy, где все уже грешат попытками держать суперсерьезные до уныния лица.
А первый Max Payne – это осколок зимней атмосферы, не разогнанной депрессивным мраком, и немного магии – упоротой, но работающей, ведь действующее вещество – линчеин.
SYBERIA 1, 2
Несмотря на то, что первая Syberia не входит в число моих любимых игр, а вторую и вовсе я бы назвал необязательным продолжением, не упомянуть их здесь было бы плохим поступком, из-за которого Дед Мороз не подарил бы мне ремастер. О второй сказать нужно просто потому, что там шикарный зимний антураж. Как игра она тоже пригодна, если вышедший из моды жанр квестов как таковой не вызывает у вас головную боль и несварение желудка. Что же касается первой... Повторюсь, один из поводов – вышедший недавно ремастер, где трудоемкий пиксель-хантинг нивелирован, графика и управление осовременены, а головоломки стали более наглядными. Но основная причина – это мощное чувство ностальгии, захватывающее на старте, отталкивающееся не столько от особых чувств к игре, как от самого ее настроения.
Лучше всего, как 1 января, снова начать с начала. Когда кажется, что ты вышел куда-то прогуляться недалеко от дома и всегда сможешь вернуться, еще не представляя, насколько далеко эта дорога тебя уведет. Именно сейчас все равно это только начало, впереди – целая жизнь и большое приключение, и едва закрадывается ощущение заброшенности и тоскливости окружения, где ржаво-грязный налет снедает некогда славные места, хранящие свои старинные тайны. И хотя коричневая палитра – моя нелюбимая, но ее так любит Бенуа Сокаль, и Сиберия – это совсем не Сибирь, автор все же смог уловить некие длинные волны дома моего детства и тем самым оставить неизгладимый след в сердце.
ОКСЮМОРОН GTA
Я мог бы выделить третью часть GTA как самую ностальгичную для меня, но если уж натягивать полярную сову на новогодний глобус, то San Andreas праздничным выходным соответствует лучше. GTA III – более мрачная и серая, в особенности на первом острове Либерти-Сити – индустриальном обшарпанном Портленде.
Главный герой в третьей части был еще совсем беспомощен – ни плавать, ни говорить не умел. Сюжет тоже звезд с неба не хватал, но фирменными пародийными заигрываниями касательно американской криминальной жизни и подпольных политических интриг уже обзавелся. К GTA III могу порекомендовать вернуться только если это была ваша первая GTA или же первая игра с подобным открытым миром, как это было у меня. Оный игровой простор как явление тогда меня настолько впечатлил, что я долгое время честно пытался самостоятельно без всяких гайдов собрать все спрятанные по городу пакеты. Закончились эти старания кошмаром перфекциониста: было найдено их 99 из 100, последний так и канул в неизвестность. Даже освоение управления обрубком самолета Dodo, так что бы на нем можно было летать беспрерывно повсюду – одно из самых сложных ввиду абсолютной неинтуитивности, – не помогло заполнить пробел. Гештальт был закрыт только в прошлом году уже с помощью интерактивной карты из интернета.
GTA: San Andreas в перспективе серии – это точка достижения баланса, золотая середина. Атмосфера начала 1990-х в игре греет ламповостью и проступает в приметах той эпохи: вездесущих магнитофонах, ретротелевизорах, игровых автоматах. И хотя очевиден прогресс в диалогах, персонажах, сценарии, они еще не метят в такой тарантиновский размах, как последняя пятая часть, и скорее напоминают советскую комедию с черными гангстерами. Невозможно относиться серьезно к их похождениям, и поэтому глубина персонажей и моральная сторона вопроса с трудом подвергается критике. В то время как в случае с GTA V после восхищения разработкой диалогов повышаются ожидания и от историй персонажей, но убедительности они так и не обретают, продолжая развлекать своей эксцентричностью. Легкая пародийность San Andreas в GTA V замещается повсеместным стебом современного образца. Поэтому пятая часть воспринимается более тяжеловесно и еще не обрела тех ностальгических вайбов, которые могут коррелировать с новогодним настроением.
При всем этом GTA, так же как и Syberia – не моя любимая серия. Но, заканчивая месяц назад очередную часть, я задумался, что же такого привлекательного в этих бандитских похождениях, что заставляет постоянно к ним возвращаться и ждать продолжения как меня, так и подавляющее большинство геймеров, так что уже можно считать это культурным феноменом? Не говоря о том, что это просто качественное развлечение с плотным наполнением игрового мира всевозможными активностями и деталями. И вот что я решил: это волшебный оксюморон.
GTA – это про взрослую беззаботную жизнь. А так не бывает. Если она взрослая, то полна забот или каких-то важных дел. GTA дает почувствовать, какой могла бы быть эта жизнь, если бы обрела почти абсолютную, невозможную свободу. Рамки сюжета все еще могут ограничивать нас какими-то моральными последствиями для персонажей. Но в рамках геймплея и прогулок по игровому миру мы можем ограничивать – или не ограничивать себя сами. И, составив собственный распорядок дня из интересующих занятий, войти однажды в состояние потока, когда цепь событий формирует иную маленькую жизнь, а нарисованное звездное небо и прошивающие его бесплотные самолеты вдруг становятся настоящими.
Вспоминая GTA в связи с новогодними праздниками, будет грех не вспомнить еще и Mafia, особенно вторую часть по причине ее великолепного, пронизанного зимней рождественской атмосферой вступления. Но, на мой взгляд, этим великолепие второй части ограничивается, полного прохождения больше заслуживает неувядающая первая часть (можно и в виде ремейка).
КНИГИ
ГРАФ АВЕРИН
Если я посоветую на новогодние праздники читать книги цикла про графа Аверина, то точно не буду оригинален ввиду его популярности. Но это легкое, качественное российское фэнтези с крепкой детективной линией действительно может поднять настроение. Для меня за этой его способностью кроется один главный персонаж – непростой кот по имени Кузя. Наблюдать за всеми его проделками и взаимодействиями с людьми – это как втянуться в хорошую комедию положений. В разворачивающейся альтернативной истории с перенесенной в Омск столицей тоже есть свой амюзант. Но когда дело доходит до детективных интриг-расследований и эпических битв, мой интерес к сюжету, как правило, начинает угасать. Тем более что с последними книгами автор начинает активнее высасывать происходящее из пальца. А дальше идут и приквелы – но на светлые моменты и там можно рассчитывать.
Причины такого отношения могут быть сокрыты в том, что мне знаком другой детективный цикл, где и юмор не хуже, и закрученность круче, и драматический накал может прямо пронять, разве что фэнтези-элементов нет – про Эраста Фандорина. И есть у этих книжных серий какое-то духовное соседство. Но как более интеллектуальное, при этом все еще не слишком сложное чтение можно выбрать именно цикл про Фандорина. Исторический антураж здесь уже не альтернативный, а близкий к реальному. Особенно, как мне кажется, удались сюжеты, где больше внимания уделяется персонажам-японцам или действие происходит в Японии. Попытки согласования их культуры с российской часто приводит к самым смешным ситуациям, но иногда и драматичным. Совсем проходных и неудачных романов после знакомства с половиной из основных 14 в цикле замечено мной не было.
ШЕСТЕРКА ВОРОНОВ
Вот книга, а точнее – дилогия, которая может заменить большие RPG вроде Final Fantasy, если вас интересуют только сюжет и персонажи, но не хочется тратить время на долгое прохождение. Зимняя атмосфера – есть, ведь героям предстоит невыполнимая миссия в далеком северном городе. Даже щепотка GTA сюда залетела, потому как эта миссия – «ограбление века», только в фэнтэзи-вселенной с очерченным кругом магических правил и фишек. И вообще здесь вдосталь путешествий и приключений, благодаря чему повествование почти не проседает. По прошествии времени персонажи собираются в команду, каждый со своими способностями и знаниями, снова как в упомянутом жанре RPG, чтобы вместе провернуть невероятное и помочь друг другу раскрыться. И так они становятся главной ценностью «Шестерки воронов» и ее продолжения под названием «Продажное королевство», которым где-то не достает описаний, а диалоги выглядят немного искусственными, так же как построение сюжетной линии во второй книге. Но в истории персонажей хочется верить, и, когда это удается, путешествие в их живой компании остается в памяти надолго.
ПРЕПАРАТОРЫ
Это российская фэнтези-трилогия с более сложным и оригинальным устроением мира, чем у «Шестерки воронов» и «Графа Аверина». Здесь царит дух апокалиптических настроений и страха перед неизведанным, которое, однако, люди учатся использовать ради выживания. По дворцовым интригам и историям персонажей – лайт-версия «Игры престолов». Зимняя атмосфера – прямо в центре сюжета, точнее повсюду, как сверхъестественная и опасная для жизни Стужа. За ее фауной стоит охотиться ради ценного вида энергии, неугасающей на границе между жизнью и смертью (отдельное упражнение – представлять, как выглядят все эти потусторонние животные и созданные из их частей устройства). Но охотник легко сам может стать жертвой. А местная снежная дева куда более беспощадна к детишкам, чем Дед Мороз из нашей сказочной реальности.
Есть ощущение, что трилогия проходит почти незамеченной, но написано достойно, советую обратить внимание в эту зимнюю пору.
ПЕТРОВЫ В ГРИППЕ И ВОКРУГ НЕГО
Новогодняя фантасмагория и древнерусская тоска
«Петровы в гриппе» Алексея Сальникова – это уральский черный магический реализм. Действие происходит в основном в Екатеринбурге с описанием реальных мест – если знаете город, знакомые названия будут щекотать подкорку и пробивать на смехуечки. В книге уже вовсю накатывает новогодняя пора, но никак не уходит болезненное ощущение потерянности (не иначе после распада СССР?) и древнерусской тоски. Главные герои реально болеют гриппом немалую часть романа, поэтому действительность временами искажается, подергивается туманом, из которого начинает выползать всяческая хтонь.
Однако «Петровы» читаются легко благодаря большому количеству юмора и разнообразию ситуаций. Вместе с тем, я бы сказал, роман неровный. Некоторые эпизоды вызывают скорее отторжение своей банальностью, прикрываемой претензией на оригинальность и глубину – что определяет их как пошлые. Такой выглядит затянувшаяся пьянка с кухонным философствованием из первой главы. Сравните это с дискуссиями героев романа «Волшебная гора» Томаса Манна – и почувствуйте разницу.
Зато затем другим эпизодам, сменам ракурса и неожиданным идеям иногда хочется аплодировать стоя. Например, главе, в которой рассказ ведётся от лица четырехлетнего ребенка. Или сюжету, где раскрываются необычные способности жены Петрова. Регулярно описываемые поездки на общественном транспорте вместе с интересными, разносторонними людьми приобретут особую аутентичную форму, если самому одновременно ехать в каком-нибудь забитом автобусе или троллейбусе и слушать «Петровых» в аудиоформате. Особенно если это происходит еще и в Екатеринбурге. Попробуйте – и крыша тихонько поедет вместе с вами, приятно шурша. Отдельные мысли романа тоже трогают за живое, несмотря на всю эксцентричность происходящего.
Новогоднее настроение книга в определенном смысле поддерживает, но порой от нее начинаешь уставать. Автор так старательно по поводу всего иронизирует, включая множество бытовых деталей, что скатывается, наоборот, из-за этого в какое-то занудство. Дальний духовный родственник Сальникова Франц Кафка тоже любитель длинно растекаться мыслью, но в его случае бывает трудно раскусить, когда конкретно он прикалывается, слишком происходящее походит на естественное течение сна. Поэтому кто-то считает, что его романы сложно воспринимать, и атмосфера там очень мрачная. Сальников же так явно ведет чуть ли не любое предложение к какой-нибудь иронии, что от этого становится душно. Беспрерывные попытки описать каждую вторую бытовую ситуацию с подвывертом – из той же оперы, что заворачивание в нечто большее обыкновенной русской попойки из первой главы.
И все-таки интересно, что именно Екатеринбург вдохновляет людей на такое творчество, и настроение города улавливается в схожих тонах: полуреальное, отчасти потерянное и мрачное, отчасти магическое. Я живу в Екб уже много лет и сам в свое время смонтировал о нем видео (см. ниже) – кажется, эти черты там тоже угадываются. Ну а «Петровы в гриппе и вокруг него», несмотря на весь мечущийся поток сознания, получил неплохую экранизацию от известного режиссера, а еще автор стал лауреатом премии «НОС» («Новая словесность») в 2018 г. Сальников начинал как поэт, и к чернухе и бытовухе в его тексте все не сводится. Плюс новогодняя фантасмагория. Стоит попробовать – авось западет в русскую душу, даже если не понять сразу, чем.
МУЗЫКА
MARS LASAR
Австралийский композитор широкого спектра, который пишет как легкую инструментальную музыку, так и величественные многослойные фантазии. Он даже поучаствовал в создании одного из хитов t.A.T.u. Выбирайте, что душе угодно.
YONDERBOI
DAVID PARSONS
А это – редкий по моему мнению исполнитель, чья музыка немного облегчает состояние во время болезни. Дело в том, что болеть прямо перед праздниками для меня уже не первый год – традиция. Поэтому David Parsons и примостился на этом почетном месте. Вообще его музыка годится не только на время болезни, но и для глубокого расслабления и отдыха. Для чего хочу вам и пожелать использовать все возможности – а еще побольше интересных открытий в мире игр, книг, кино и музыки. С Наступившим!
#кино #аниме #игры #книги #музыка #новогоднее #лонг #лонгрид