Бытует мнение, что русская культура держится на двух столпах: на бескрайних просторах и на умении в них терпеливо выстаивать в очередях. Особенно ярко этот национальный навык расцветает в первые январские дни, когда праздничное обжорство сменяется духовной жаждой, а главным аттракционом становится очередь в Эрмитаж.
4 января сего года, на Дворцовой площади творилось нечто, отчего бы замерз даже сам Медный всадник, если б не был из бронзы. Сотни фигур, закутанных в пуховики и решимость, выстроились в идеально ровную, хотя и слегка дрожащую, линию от дверей музея и аж до Александрийского столпа, который, кажется, в изумлении приподнялся на цыпочки.
Лично я, смотрю на это с чувством глубокого, простите, мещанского удивления. Потому что мой единственный опыт посещения Эрмитажа был идеальным, без очередей. То ли призрак ковида еще витал над Невой, пугая толпы, то ли мне просто выпал счастливый билет в этой питерской лотерее, но в 2020 году мы с женой прошли внутрь, не задев плечом ни одного соотечественника. И вот теперь, глядя на эту заснеженную очередь в Эрмитаж, я ловлю себя на крамольной мысли: а выдержал бы я? И честный внутренний голос отвечает: «Нет». Мое нутро, воспитанное на идеалах комфорта и удобства, нашептало бы мне: «Да брось ты эту затею с этим музеем! Лучше пойдем в ту самую пивную, питерскую, душевную. Там тоже искусство – искусство наливать, искусство беседовать. И стулья есть».
Но герои заснеженной очереди мыслили иными, возвышенными категориями. Для них несколько часов на морозе – не препятствие, а духовное испытание. Потому что просвещение – процесс трезвый и возвышенный, а пивная философия пусть остается нам, слабым духом мещанам.
И в этом, если честно, их странная и безусловная победа. Пока я теоретизировал о душевной пивной, они на практике создавали главный перформанс сезона – «Ожидание как искусство». Их терпение и стало самым впечатляющим арт-объектом. Они – те, кто не ищет лёгких путей к прекрасному.
Так что, склоняю голову перед этой выстаивающей цивилизацией. И спешу добавить: если мои грешные сравнения кого-то из настоящих подвижников искусства задели – искренне извиняюсь. Ваша стойкость достойна и Рембрандта, и отдельной фрески.
А я… пожалуй, пойду помечтаю об искусстве без очередей. Или о разливном. Вы уж простите, давно не пил...