Он вошёл в историю кино как один из главных негодяев советского экрана. Родион «Рудик» Рачков из «Москвы слезам не верит» — эгоист, соблазнитель, человек, бросающий беременную женщину и прячущийся за спину матери. Зрители ненавидели его всей душой.
А ведь они даже не подозревали, какая чудовищная ирония судьбы стояла за этим образом. Актер, его сыгравший — Юрий Васильев — был в жизни полной, абсолютной противоположностью своему герою. Он прожил 39 лет в счастливом браке, не давая поводов для сплетен, обожал жену и дочь, коллеги называли его «цельным и надёжным».
Но эта порядочность, этот внутренний стержень, увы, не помогли ему в главном: он так и остался недооценённым, нераскрытым, неуслышанным. Он мог бы стать советским Аленом Делоном — но стал лишь «тем самым Рудиком». И тихо ушёл в 59 лет, так и не узнав, что такое настоящая слава.
Провинциал из подмосковной дачи, которого заметил сосед-артист
Его путь в искусство начался с обычной подмосковной дачи. Родители — отец-инженер и мать-библиотекарь — не имели к миру театра никакого отношения и наверняка мечтали для сына о более «земной» профессии. Судьбу изменило случайное соседство. Рядом поселился Николай Плотников — лауреат Сталинской премии, известный актёр Малого театра.
Для мальчишки это было как встреча с волшебником. Настоящий артист, чьё лицо мелькало в кино! Юра заслушивался его рассказами, а Плотников, разглядев в соседском парнишке искру, делился с ним не просто байками, а самой сутью профессии — умением проживать чужую жизнь. Это стало потрясением. Именно тогда, на дачном участке, и родилась мечта — не о славе, а о служении искусству.
Путь в профессию оказался на удивление гладким. После школы — с первого захода поступление в ГИТИС, один из лучших театральных вузов страны. Учился он у легенд — воспитанников самого Станиславского и Немировича-Данченко. Педагоги разглядели в нём не только аристократическую стать и пронзительный взгляд, но и настоящий талант. Ему не нужно было учить держать паузу или наполнять глаза смыслом — он рождался с этим. «Вы, Васильев, мечта любого театра», — пророчили ему будущее.
Пророчество отчасти сбылось. Его дипломный спектакль произвёл такой фурор, что молодого актёра без раздумий взяли в святая святых — Малый театр. И не просто взяли, а в первый же год загрузили работой в шести постановках одновременно! Случай для новичка беспрецедентный. Ему прочили судьбу нового ведущего мэтра. Но судьба распорядилась иначе. Он стал краеугольным камнем труппы — универсальным, блестящим, но вечно остававшимся в тени.
Курортный роман длиною в жизнь: как встреча в Геленджике решила всё
А тем временем в сотнях километров от Москвы, на солнечном пляже Геленджика, разворачивалась другая история, которая навсегда определит его жизнь. Летом 1959 года студентка Щепкинского училища Нелли Корниенко отдыхала с подругой. И вдруг из воды прямо перед ней вышел высокий статный шатен.
«Наши взгляды встретились на несколько секунд. Меня словно громом поразило», — вспоминала она спустя десятилетия. Это была любовь с первого взгляда.
Знакомство помогла устроить бойкая подруга Нелли. Выяснилось, что красавец — Юрий Васильев, студент ГИТИСа, тоже из Москвы. Две недели отдыха пролетели как один миг. Молодые люди были неразлучны. А когда вернулись в столицу, поняли, что не могут друг без друга. В 1960 году, едва им исполнилось по двадцать, они поженились. У них не было ничего, кроме любви и веры в общее будущее.
И тут судьба преподнесла им невероятный подарок. Нелли случайно познакомилась в троллейбусе с режиссёром «Мосфильма», который искал типаж для своей новой картины. Девушка пришла на пробы и… замерла от изумления. Там же, на студии, стоял её Юра. Оба скрывали от друг друга участие в пробах, чтобы «не сглазить». Режиссёр Манос Захариас, утверждая их на главные роли в фильме «Ловцы губок», даже не подозревал, что его герои — Николос и Ленье — в реальной жизни уже жених и невеста.
Так их медовый месяц прошёл на съёмках в Судаке. Казалось, это знак свыше: их союз благословлён небом и кинокамерой.
Взлёт, который не случился: почему «Журналист» стал пиком и тупиком
Картина «Ловцы губок» не стала блокбастером, но для Юрия это был уверенный дебют. А вот настоящий взлёт случился спустя семь лет. Сергей Герасимов, снимая «Журналиста», изначально не планировал делать любовную линию главной. Но когда в кадре встретились Васильев и Галина Польских, режиссёра осенило. Он увидел ту самую химию, которую нельзя спланировать.
Успех был оглушительным. Фильм получил главный приз Московского кинофестиваля, а Юрия узнавали на улицах. Поклонницы засыпали его письмами с признаниями. Говорят, сотрудницы киностудии, увидев его фото, заявили: «За таким пойдём хоть на край света». Его потенциал сравнивали с Аленом Делоном.
Но здесь в полной мере проявился характер Васильева — принципиальный и негнущийся. Он считал ниже своего достоинства сниматься в проходных, пустых ролях лишь для того, чтобы «быть на виду». «Разве можно отказываться? Работай, пока предлагают!» — уговаривали его коллеги. Но он молчал и ждал. Ждал достойной работы. А её не было.
Из трёх десятков его киноролей в памяти остались лишь считанные единицы: «Валентин и Валентина», эпизод в «Мы из джаза», блистательный князь Орловский в телеспектакле «Летучая мышь». И конечно, Рудик. Роль, которая поставила на его карьере жирный крест.
Проклятие роли: как Рудик уничтожил карьеру «советского Делона»
Когда Владимир Меньшов искал актёра на роль Родиона Рачкова, он предлагал её всем первым красавцам страны: Олегу Видову, Льву Прыгунову, Евгению Жарикову. Все отказывались. В советском кино, где герой должен был воспитывать нравственность, играть подлеца, бросающего беременную женщину, считалось творческим самоубийством. Зритель того времени не отделял артиста от роли.
Васильев рискнул. И создал не картонного злодея, а сложного, психологически точного персонажа. Его Рудик был слабым, надломленным, почти жалким. Но публика видела только подлость. Поток восторженных писем от поклонниц иссяк в одночасье. Режиссёры же окончательно заклеймили его как «аполлона», красавца без глубины.
«Юра навечно оказался заложником ярлыка, — с горечью говорил его коллега Владимир Сафронов. — Никому не приходило в голову, что за этой внешностью — актёр, способный на пронзительные прорывы».
Он тихо горевал. Уходил в работу в театре. Строил своими руками дачу для семьи — месил раствор, клал кирпичи. И курил по две пачки в день, заглушая внутреннюю боль.
Испытание на прочность: роман жены и молчание любящего мужа
А боль эта усугублялась драмой в его, казалось бы, идеальном браке. Со стороны они с Нелли были самой красивой и гармоничной парой Малого театра. В 1967 году родилась дочь Катя. Но за кулисами назревала буря.
Нелли Корниенко, яркая и талантливая актриса, в какой-то момент увлеклась коллегой по театру — Никитой Подгорным. Роман, по воспоминаниям современников, длился несколько лет и не был тайной. Во время гастролей все видели, как Нелли шла в номер к Подгорному, а Юрий — к себе.
И здесь проявилась вся невероятная, почти нечеловеческая сила духа Васильева. Он не устроил скандала. Не выгнал жену. Он просто… ждал. Молча, терпеливо, преодолевая невыносимую боль. Коллеги лишь разводили руками: такое мог выдержать только человек, бесконечно и беззаветно любящий.
«Где у него и почему болело, я не знаю, — восхищался актёр Александр Клюквин. — Но он был мужчиной и умел эту боль сдерживать, умел улыбаться, притом что ему было больно».
Через сорок дней после внезапной смерти Никиты Подгорного Юрий подошёл к жене и просто сказал: «Неля, домой». И она вернулась. Они договорились забыть прошлое и больше никогда к нему не возвращаться. Это был невероятный акт милосердия и силы воли.
Тихий уход и подушка, пахнущая одеколоном: 20 лет вдовства
Последние годы их жизни были наполнены тихим, мудрым счастьем. Они нянчили внука Колю, появившегося на свет в 1993 году. В 1999 году, благодаря хлопотам Владимира Меньшова, Юрию наконец-то присвоили звание Народного артиста России. Он не успел его получить.
4 июня 1999 года в Москве стояла жара. Васильев, всегда ответственный, переволновался на техосмотре своего старенького внедорожника, боясь больших трат на ремонт. Вернулся домой уставшим, прилёг отдохнуть перед ужином и не проснулся. Тихая смерть от остановки сердца в 59 лет. О своей болезни он, как и обо всём, что его беспокоило, молчал до конца.
Для Нелли это был крах вселенной. Говорили, что она долгие годы спала, укрываясь его пиджаком, и каждый вечер брызгала на подушку его одеколоном, пытаясь сохранить ускользающий запах любимого.
Она пережила его на двадцать долгих, одиноких лет. Сначала боролась с болезнью Паркинсона, потом сломала шейку бедра. Умерла 9 мая 2019 года, не дожив считаных дней до 81-го дня рождения. Их дочь Екатерина, не пошедшая по стопам знаменитых родителей, хранила память о них вдали от софитов.
Юрий Васильев так и не стал стариком Малого театра, мудрым патриархом, к которому приходят за советом. Он ушёл в расцвете сил, оставшись в памяти зрителей вечно молодым красавцем — и вечно проклятым Рудиком. Он проиграл системе, не сумевшей разглядеть его глубины. Но он выиграл в главном — в умении любить, прощать и оставаться человеком вопреки всему. Его история — тихий укор блестящей, но нередко поверхностной мишуре славы.