Лена поставила передо мной чашку с чаем. Я смотрела, как идёт пар, и думала — надо бы сказать спасибо. Но язык не слушался.
— Лизк, ты хоть что-нибудь скажи, — Светка сидела напротив, грызла ноготь. Привычка у неё такая, когда нервничает.
— Что говорить-то?
— Ну... как ты? Что чувствуешь?
Я пожала плечами. Честно — не знала. Внутри была какая-то пустота. Не боль даже. Просто ничего.
— Завтра пойду подавать на развод, — произнесла я. Голос прозвучал чужим. Ровным. Будто я про погоду говорю.
Лена замерла с чайником в руках:
— Завтра?! Лиз, ты серьёзно?
— А смысл тянуть?
Светка наклонилась ко мне через стол:
— Слушай, может... ну, хоть поговорите нормально? Семь лет ведь вместе прожили.
— Поэтому и не буду говорить, — я отпила чай. Обожгла губу. — Всё уже ясно.
Они переглянулись. Я знала, чего они ждут. Слёз. Истерики. Чтоб я билась в рыданиях и причитала — как же так, за что, почему я.
Не дождутся.
Три недели назад
Обычный вечер был. Четверг. Я пришла с работы, разогрела ужин — остатки вчерашней курицы с рисом. Димка позвонил около восьми:
— Лиз, я задержусь. Отчёт срочный доделать надо.
— Опять? Это ж третий раз за неделю.
— Ну извини. Сам не рад.
Я не стала спорить. Поела одна, посмотрела какой-то сериал, легла спать. Читала перед сном — взяла в библиотеке книжку про то, как отношения строить правильно. Смешно сейчас вспоминать.
Димка вернулся поздно. Я уже дремала. Услышала, как он в ванную пошёл, вода зашумела.
Телефон его на тумбочке завибрировал. Я открыла глаза — экран светился в темноте. Взяла, подумала — вдруг с работы что срочное.
На экране высветилось: "Юля" и "Димочка, ты уже дома?"
Я уставилась на эти слова. Перечитала раз пять. Может, коллега? Может, по-дружески так?
Нажала на чат. Пролистала вверх.
"Соскучилась по тебе"
"Когда увидимся?"
"Вчера было волшебно"
Фотография. Она в красном платье. Селфи из ресторана.
Дальше его ответы:
"И я скучал"
"В пятницу освобожусь"
"Ты самая красивая"
Я опустила телефон. Села. В горле пересохло.
Дима вышел из ванной, вытирал волосы полотенцем:
— Ты чего не спишь?
Я протянула ему телефон:
— Тебе писали.
Он взял, посмотрел на экран. Лицо вытянулось.
— Лиз...
— Юля, значит.
— Это не... подожди...
— Сколько?
— Что сколько?
— Сколько времени ты с ней?
Он сел на край кровати. Молчал. Я смотрела на его затылок и ждала.
— Месяца четыре, — выдавил он наконец.
Четыре месяца.
Четыре месяца он каждый день приходил домой, целовал меня в щёку, спрашивал — как дела, как на работе. Четыре месяца он ложился рядом со мной в кровать.
— Понятно.
Я встала, взяла подушку и одеяло, пошла в зал. Легла на диван. Лежала и смотрела в потолок.
Думала — надо бы поплакать. Положено ведь. А слёз не было.
Следующее утро
Проснулась рано. Сварила кофе, села на кухне. На часах половина седьмого. До работы ещё полтора часа.
Дима вышел из спальни, помятый весь, глаза красные:
— Не спал?
Я пожала плечами.
Он сел напротив, налил себе кофе:
— Давай поговорим.
— О чём?
— Ну... о том, что произошло.
— А что говорить? Ты четыре месяца встречался с другой. Всё сказано.
— Лиза, это не то, что ты думаешь.
Я усмехнулась. Даже не специально — само вырвалось:
— А что я думаю?
— Что я тебя разлюбил. Нет. Я тебя люблю. Просто с ней...
— С ней что?
Он замялся:
— Легче было. Понимаешь? Никакой ответственности. Никаких обязательств. Просто... встречи. Разговоры. Ничего серьёзного.
— Четыре месяца — это несерьёзно?
— В смысле... я не собирался уходить к ней. Это просто так вышло.
Я допила кофе. Поставила чашку в раковину:
— Понял. Ты изменял мне, но это ерунда. Так, баловство.
— Лиз, не надо так.
— А как надо, Дим? Мне радоваться, что ты хоть домой возвращался?
Он молчал. Я посмотрела на него. Сидит, голову опустил, руки на столе сцепил.
Знаете, в фильмах в такие моменты жёны орут. Бьют посуду. Швыряют вещи в мужа.
А мне не хотелось ничего швырять. Просто устала вдруг. Сразу. Будто семь лет разом на плечи навалились.
— Я пойду на работу, — сказала я. — Вечером поговорим.
На работе
Весь день как в тумане была. Коллеги что-то спрашивали — я отвечала на автомате. Начальница заметила:
— Лиза, ты чего такая бледная? Может, домой пойдёшь?
— Нормально всё. Просто не выспалась.
— Смотри, если что — скажи. Здоровье дороже отчётов.
Я кивнула и вернулась к компьютеру.
В обед позвонила Светка:
— Ну как ты? Димка писал, что вы поругались.
— Он тебе звонил?
— Ага. Сказал, что накосячил и ты его не слушаешь. Лиз, что случилось?
Я вышла на лестницу, чтоб никто не слышал:
— Он мне изменял. Четыре месяца.
Светка охнула:
— Чё?! Димка?! Да ты гонишь!
— Не гоню. Нашла переписку.
— Господи... а ты чего? Простишь?
— Зачем?
— Ну... Лиз, вы ж столько вместе. Может, он правда ошибся?
— Четыре месяца — это не ошибка. Это выбор.
Она помолчала:
— Тяжело тебе, наверное.
— Угу.
— Приезжай вечером ко мне. Посидим, поговорим.
Так я и оказалась у Лены с Светкой.
Вечером дома
Пришла часов в десять. Дима сидел на кухне, ждал.
— Ну? — спросил он. — Поговорим?
Я села напротив:
— Говори.
— Лиз, я понимаю, ты злишься. Имеешь право. Но давай не будем всё рушить из-за глупости.
— Глупости?
— Ну да. Я с ней расстался уже. Вчера же всё закончил. Написал, что больше не встречаемся.
— Как благородно.
— Лиза, прекрати. Я тебя люблю. Хочу, чтоб мы были вместе. Дай мне шанс исправиться.
Я смотрела на него. На этого человека, с которым семь лет прожила. Вместе квартиру снимали, потом ипотеку брали. Вместе обои клеили, мебель выбирали. Ходили к его родителям на праздники. К моим.
Семь лет.
А он четыре месяца водил меня за нос.
— Нет, — сказала я.
— Что нет?
— Не дам шанс. Завтра подам на развод.
Он вскочил:
— Ты чего?! Из-за одной ошибки всё перечеркнуть?!
— Дим, это не ошибка. Ошибка — это когда разок поцеловал кого-то пьяным на корпоративе. А ты четыре месяца встречался с ней. Каждую неделю. Писал ей. Говорил комплименты. Врал мне про работу.
— Я же сказал — расстался!
— А если б я не узнала? Ты б сам сказал?
Он молчал.
— Вот именно, — я встала. — Иди спи. Завтра утром я поеду подавать документы.
В МФЦ
Стояла в очереди. Народу много — бабульки за справками, мужики за какими-то выписками. Все серьёзные, озабоченные.
Я держала в руках паспорт и свидетельство о браке. Смотрела на эту корочку — красную, с гербом. Внутри наши фотографии. Дима в костюме, я в белом платье. Улыбаемся оба.
Какие мы там счастливые были.
— Следующий! — окликнула сотрудница.
Я подошла к окошку. Протянула документы:
— Хочу подать на развод.
Женщина взяла паспорт, начала вбивать данные в компьютер:
— Дети есть?
— Нет.
— Имущественные споры?
— Нет. Всё пополам.
— Муж согласен?
Я задумалась. Формально-то нет. Но я не собиралась его спрашивать:
— А это обязательно?
— Нет. Можно в одностороннем порядке. Просто дольше процедура.
— Подойдёт.
Она напечатала заявление, дала мне подписать:
— Через месяц придёт повестка в суд. Обоим. Явка обязательна.
Я кивнула. Расписалась. Вышла на улицу.
Ноги сами куда-то понесли. Очнулась — стою у реки. Набережная почти пустая, только пара бегунов пробежала мимо.
Села на скамейку. Достала телефон. Написала Диме:
"Подала заявление"
Он ответил через минуту:
"Серьёзно? Лиз, ты чего творишь?"
"Развожусь"
"Из-за чего?! Я же всё исправлю!"
"Ничего не надо исправлять. Просто живи дальше"
"С тобой хочу жить!"
Я выключила телефон. Сидела и смотрела на воду.
Через неделю
Дима переехал к другу. Сказал — раз я развода хочу, незачем вместе мучиться.
Я осталась в квартире одна. Странно было. Тихо. Никто не включает по утрам новости на кухне. Никто не разбрасывает носки по комнате.
Первые дни ходила как потерянная. На работу — домой — на работу. Ела мало. Спала плохо. Света каждый вечер звонила:
— Как ты?
— Нормально.
— Врёшь. Приезжай, посидим.
Но я не хотела. Хотелось побыть одной.
Через две недели начало отпускать. Проснулась утром — и поняла, что не думаю про Диму. Впервые. Просто встала, сварила кофе, села у окна.
За окном весна была. Деревья распускались. Птицы орали.
Случайная встреча
Встретила её через месяц. Эту Юлю.
Случайно. В супермаркете. Она стояла у витрины с хлебом, выбирала багеты.
Я узнала её сразу — по фотографии из Димкиного телефона. Высокая, волосы тёмные, длинные.
Подошла:
— Юля?
Она обернулась. Лицо вытянулось:
— Вы...
— Лиза. Жена Димы. Бывшая, точнее.
Мы стояли в проходе между стеллажами. Народ обходил нас, кто-то недовольно бормотал.
— Простите, я не хотела... — начала она.
— Ты знала, что он женат?
Она кивнула. Опустила глаза.
— Тогда хотела, — сказала я. — Но ладно. Это не важно уже.
— Он говорил, что вы расстаётесь...
Я усмехнулась:
— Расстаёмся теперь точно. Так что поздравляю. Он свободен.
— Мы... мы уже не встречаемся, — пробормотала она. — Он написал, что хочет семью спасти.
— Да? Ну, у него не вышло.
Я развернулась и ушла. Купила молока, хлеба, яиц. На кассе вспомнила — забыла кофе взять. Вернулась, взяла две пачки.
Юли уже нигде не было.
Суд
Пришла за пятнадцать минут. Дима уже сидел в коридоре. Встал, когда увидел меня:
— Привет.
— Привет.
Мы сели на лавку. Молчали. Мимо ходили люди — кто-то нервничал, кто-то разговаривал по телефону.
— Ещё не поздно, — сказал Дима тихо. — Можем забрать заявление.
— Зачем?
— Чтобы попробовать снова. По-нормальному. Я изменился, Лиз. Честно.
Я посмотрела на него. На его лицо, которое знала наизусть. На родинку над правой бровью. На шрам на подбородке — упал с велика в детстве.
— Знаешь, Дим, я тебе верю. Наверное, ты правда изменился. Может, даже больше никогда не изменишь. Но...
— Но?
— Но я не смогу тебе доверять. Никогда. Буду проверять телефон. Спрашивать, где был, с кем. Это не жизнь.
— Я докажу...
— Не надо ничего доказывать. Просто отпусти.
Нас вызвали в зал. Судья — женщина лет пятидесяти, строгая — посмотрела на нас поверх очков:
— Истец настаивает на разводе?
— Да, — ответила я.
— Ответчик согласен?
Дима помолчал. Потом кивнул:
— Согласен.
— Имущественные споры отсутствуют?
— Отсутствуют.
— Хорошо. Брак расторгается. Документы получите через десять дней.
Всё. Семь лет закончились за пять минут.
Сейчас
Живу одна полгода уже. Привыкла.
Квартиру мы продали. Я купила себе однушку. Маленькую, но свою. На пятом этаже, без лифта. Зато окна во двор — тихо.
Завела кота. Нашла на улице, грязного, худого. Отмыла, откормила. Назвала Рыжик. Хотя он больше персикового цвета.
Вернулась к старым увлечениям. Вспомнила, что когда-то шила игрушки. Достала швейную машинку с антресолей. Сшила зайца. Кривого, но милого. Подарила племяннице — она пищала от восторга.
Встречаюсь с подругами. Хожу в кино. Читаю книжки перед сном — теперь уже не про отношения.
Дима написал недавно. Через полгода молчания:
"Лиз, как ты?"
"Нормально"
"Может, встретимся? Поговорим?"
"Не вижу смысла"
"Я всё ещё думаю о тебе"
Я не ответила. Удалила переписку.
Не из злости. Просто незачем.
Что я поняла
Измена — это не конец света. Это просто конец одной истории.
Можно простить. Можно попробовать восстановить доверие. Но это тяжело. Очень. И не факт, что получится.
Иногда проще отпустить.
Не потому что не любишь. А потому что любишь себя больше, чем отношения, которые превратились в проверки и подозрения.
Я не жалею. Первые месяцы было тяжело. Теперь — нет.
Теперь просто живу. И мне хорошо.
Эпилог
Сижу на балконе. Пью чай. Рыжик дремлет на подоконнике.
На улице май. Тепло. Дети играют во дворе.
Я не знаю, что будет дальше. Может, встречу кого-то. Может, останусь одна.
Но знаю точно — больше не буду терпеть то, что мне не подходит.
Жизнь слишком короткая для компромиссов, которые разрушают.
Для подписчиков
А как бы вы поступили в такой ситуации? Стали бы давать второй шанс или ушли сразу? Делитесь в комментариях своими мыслями и историями.
Ставьте лайк, если статья зацепила, и подписывайтесь — впереди ещё много историй про жизнь без прикрас.
Все персонажи и события вымышлены. Любые совпадения случайны.