- Ася, не раздувай из мухи слона, - с издевательской усмешкой отозвалась Жанна.
Она смотрела на меня через зеркало, продолжая подкрашивать губы перламутровым блеском.
- Витя же сам сказал мне, бери, если что.
Золовка заняла нашу гостиную три недели назад, превратив ее в свою спальню. Она умоляла пустить ее. Говорила, что ей некуда идти, что у нее ремонт и пыль до потолка. Мол, боится задохнуться. Я скрепя сердце согласилась, хотя чувствовала, что добром это не кончится.
Я смотрела на ее затылок с мелкими кудряшками, которые она накручивала каждое утро. Жанна специально для этого вставала в шесть утра, грохотала чем-то в ванной, хотя прекрасно знала, что я могу проспать до восьми.
Конверт с деньгами мы с мужем хранили в платяном шкафу под стопкой постельного белья. Потому что Витя не доверял банкам, а я устала с ним спорить и смирилась.
- Куда могут деться деньги из дома? - думала я.
Наивная! А сейчас в конверте было ровно на тридцать восемь тысяч меньше, чем позавчера.
- Жанна, - сказала я, - я спрашиваю тебя конкретно. Это ты взяла деньги из шкафа?
Золовка, наконец-то, обернулась, снисходительно улыбаясь.
- Асенька, это семейные деньги. Витины, - нараспев проговорила золовка. - А я Витина сестра. Он сам мне сказал, Жанночка, если что нужно, бери, не стесняйся.
Она встала, одернула халат, который «одолжила» у меня на второй день своего пребывания и с тех пор не снимала, и прошла мимо меня на кухню. Будто это не она жила у меня. А я свалилась ей на голову, как назойливая родственница, от которой не отделаться. Я пошла за ней.
Надо было поговорить с Витей.
Муж вернулся в девять вечером, уставший, пахнущий бензином и табачным дымом. Он сел за стол. Я поставила перед ним тарелку с котлетами и пюре. Котлеты Витя любил с детства. Свекровь научила меня, что настоящие котлеты должны быть только из двух видов мяса, приготовленные только на чугунной сковороде.
- Вить, - сказала я прямо, - Жанна взяла деньги из шкафа. Тридцать восемь тысяч.
Виктор устало посмотрел на меня. По его взгляду, мелким нервным жестам было ясно, что он не знал.
Что-то в его лице переменилось, но вслух он сказал:
- Ну и что? Жанке нужно было. Я же говорил тебе, что у нее сейчас сложный период.
- Ты говорил мне, что она поживет у нас неделю, - напомнила я. - Прошло уже три. Ты говорил мне, что ей нужна моральная поддержка, а не тридцать восемь тысяч из наших накоплений. Витя, она живет за наш счет. Она ест наши продукты. Я ее не удочеряла, не звала в гости. Почему я должна ущемлять себя ради твоей сестры?
Виктор побледнел.
- Это мои деньги, - сказал он тихо и принялся есть.
Я села напротив него.
- Витя. Эти деньги - наши. Я тоже работаю. Я откладываю треть зарплаты каждый месяц уже четыре года. Мы копим на первый взнос за квартиру, помнишь? Мы же договаривались, что не будем тратить эти деньги.
- Жанка отдаст, - не глядя на меня, ответил муж.
- Когда? - наседала я.
Он пожал плечами и снова принялся за котлету.
Жанна сидела в гостиной, листала журнал и красила ногти как ни в чем не бывало. Кстати лак был мой, помню, я этот оттенок очень долго искала.
- Жанна, - спросила я с порога, - когда ты вернешь деньги?
Она подняла голову и посмотрела на меня так, как смотрят на официантку, которая посмела принести не тот соус.
- Асенька, - протянула она, - ну какие деньги? Я уже все потратила. Плитка, знаешь, нынче какая дорогая? И вообще, это не твое дело. Это касается меня и Вити. Это семейные дела.
- Я тоже Витина семья, - напомнила я.
Она ухмыльнулась, не подняла головы.
- Ася, не обижайся, но решения в этом доме принимает Витя. А ты всего лишь жена.
Я постояла, посмотрела на нее и ушла в свою спальню.
Витя пришел ко мне через полчаса. Сел на край кровати, а я уже складывала вещи в сумку.
- Ась, ну ты чего? Ну куда ты пойдешь? - начал он. - Ночь на дворе.
- К маме, - через плечо буркнула я.
- Да ладно тебе. Жанка погорячилась, - продолжал он. - Она не со зла. У нее сейчас развод, нервы.
- Витя, - я застегнула сумку, - она украла наши деньги. И сказала, что я в этом доме никто.
- Она не крала, - ответил муж. - Она взяла. Это разные вещи.
Фразу про мою роль в семье он почему-то проигнорировал.
Я посмотрела на него и покачала головой, а ведь мы прожили в браке уже шесть лет. Я готовила ему котлеты из двух видов мяса, стирала его носки отдельно от всего, потому что он так привык. Я откладывала деньги на квартиру, в которой он обещал мне отдельную комнату под мастерскую.
Я шью. Я всегда шила, но в этой квартире для машинки места не нашлось. Она по-прежнему стояла у мамы, и я ездила к ней два раза в неделю через весь город.
- Хорошо, - сказала я. - Пусть это разные вещи. Тогда и я возьму столько, сколько мне нужно.
Я подошла к шкафу, достала конверт и отсчитала при нем сорок две тысячи.
- Это куда? Зачем? - всполошился муж.
- Сказала же, мне надо, - ответила я. - У меня трудный период.
- Ася, положи на место, - приказал Виктор.
- Зачем? Это же семейные деньги, - пожала плечами я. - А я твоя жена. Считай, почти родня. Ты же сам говорил, если что нужно, бери, не стесняйся. Или нет?
- Ася! - муж повысил голос.
Я положила деньги в сумку и застегнула ее. Он схватил меня за руку.
- Верни немедленно!
- Нет, - сказала я спокойно и пристально посмотрела ему в глаза. - Это семейные деньги. Ты же сам говорил.
Я выдернула руку и вышла с сумкой в коридор. Жанна по-прежнему сидела в гостиной и листала журнал.
- Ты куда это намылилась на ночь глядя? - спросила она равнодушно.
- Домой, - ответила я.
- В смысле? - Жанна даже оторвалась от своего занятия.
- К себе домой, - повторила я.
Уже на лестнице, в пахнущем хлоркой подъезде я позвонила маме.
- Мам, я еду. Поставь чайник. И достань мою машинку.
- Случилось что-то? - мама сразу почувствовала неладное.
- Ничего. Просто буду шить, - ответила я. - Давно собиралась. Заказы накопились.
Я спустилась на первый этаж. На улице моросило, фонарь у подъезда горел желтым, теплым светом. Я подставила лицо дождю и пошла к остановке.
Как ни странно, вечером меня никто не беспокоил. Витя позвонил только на следующий день. Голос был чужой, незнакомый, за последние шесть лет, что мы прожили, он так со мной не разговаривал.
- Ася, верни деньги, мне это не нравится, - жестко сказал муж.
- Какие деньги, Вить? - усмехнулась я. - Я уже все потратила. Швейная машинка, знаешь, нынче какая дорогая? И вообще, это не твое дело. Это касается меня и мамы. Это семейные дела.
Виктор молчал. Я слышала, как он тяжело сопит в трубку, потому что злится.
- Ты не имеешь права, - наконец выдал муж.
- Витя, - сказала я, - разрешение мужа мне не требуется. Это ты мне объяснил. Спасибо за науку.
Я нажала отбой.
В сумке лежали сорок две тысячи, которые я собиралась положить на свой счет. На свой, а не на наш общий. И не в конверт под постельным бельем, а в банк, как положено. И еще там лежал мой паспорт, мой диплом, мой ежедневник со списком заказов, которые я могла бы взять, если бы у меня была машинка под рукой. (Все события вымышленные, все совпадения случайны) 🔔ЧИТАТЬ ДРУГОЙ РАССКАЗ 👇