В этом году мы вспоминаем, как 200 лет назад на Сенатскую площадь Санкт-Петербурга вышли дворяне, которые посмели бросить вызов самодержавию. После подавления попытки государственного переворота для части заговорщиков Югра стала вторым домом, где они занимались посильным трудом и изучали быт местного населения.
О судьбе декабристов в нашем крае, а также об одной из 10 жен, разделивших участь ссыльных супругов, рассказали ученые в «Академической истории Югры».
Первым в сентябре 1826 г. в Югру, а точнее, в Сургут, прибыл поручик Черниговского пехотного полка Андрей Иванович Шахирев (1799–1828), приговоренный к ссылке в Сибирь на 20 лет. Шахирев оказался в очень трудном материальном положении и был вынужден просить «от казны пропитание». Ему определили квартиру за казенный счет и выдавали солдатский паек из хлебозапасного магазина. Только через год он получил с «большой земли» кое-какие средства. Но 17 мая 1828 г. скоропостижно скончался.
Судьба привела в Березов
Больше всего декабристов оказалось в самом крупном городе края – Березове. Там находились И.Ф. Фохт, А.В. Ентальцев, А.И. Черкасов, О.-Ю. Друцкий-Горский.
Штабс-капитан Азовского пехотного полка, член Южного общества декабристов Иван Федорович Фохт (1794–1842) был приговорен к поселению в Сибирь навечно. Потом срок сократили до 20 лет, он был отправлен на поселение в г. Березов Тобольской губернии. Ему выдавали солдатский паек и крестьянскую одежду. Известно, что он помогал местному врачу и занимался токарной работой. В ноябре 1829 г. переведен в г. Курган, куда впоследствии переберутся и другие.
Через год к Фохту в Березов перевели из Читы подполковника, командира 27 конноартиллерийской роты Андрея Васильевича Ентальцева (1788–1845). Член Южного общества декабристов отбывал там год каторги. Затем по высочайшему повелению был водворен на поселение в г. Березов в июне 1828 г. Пребывал в ссылке в Березове до весны 1830 г., пока ему не разрешили отправиться в Ялуторовск.
Барон, поручик квартирмейстерской части Алексей Иванович Черкасов (1799–1855) тоже принадлежал к Южному обществу декабристов.
Во время следствия отвечал, что войти в тайное общество его побудило «желание видеть в России хорошие законы», что «объявленная цель общества заключалась в том, чтобы дать России конституционное правление» и что «главные черты Конституции были – свобода крестьян и Законодательное сословие, собранное от депутатов всего народа».
Летом 1828 г. он тоже оказался в г. Березове.
Отравлял и без того нелегкую жизнь в изгнании декабристам Осип Викентьевич Друцкий-Горский (1766–1849). Отставной статский советник непонятного происхождения, по иронии судьбы, он и декабристом-то не был. Случайно оказавшийся на Сенатской площади (как потом признавался, «из любопытства») был предан Верховному уголовному суду, но не осужден. Высочайшим указом от 5 марта 1827 г. сослан под надзор полиции в г. Березов.
Всю свою жизнь он строчил доносы на товарищей по несчастью, вероятно, в расчете на оправдание. В 1831 г. Горского перевели в г. Тару. Но и оттуда он продолжал доносить на березовских ссыльных, утверждая, что они «обнаруживают злобление и ненависть к правительству».
После отъезда Фохта, Ентальцева и Горского Алексей Черкасов останется в Березове один до конца февраля 1830 г. Он пытался учить местных ребятишек, но этот вид деятельности был ссыльным запрещен. Только в марте 1833 г. его переселят в Ялуторовск.
Дама высшей пробы
Среди жен, отказавшихся от привычной жизни ради того, чтобы разделить с декабристами ссылку в Сибирь, были преимущественно дамы высшего света.
В мае 1827 г. к декабристу Ентальцеву в Читу, где он отбывал каторгу, приехала его жена Александра Васильевна. Надо заметить, что она была старшей среди декабристок (ей было 44 года).
«Александра Васильевна Ентальцева в детстве лишилась родителей своих, не имела детей и поспешила к мужу, чтобы разделить и облегчить его участь. Ей приходилось только несколько месяцев быть с нами в Чите, потому что муж ее, приговоренный в каторжную работу на один год, в скором времени уехал от нас. Поселение в первые годы было для них гораздо хуже, им назначено было жить в Березове, где холод, бесконечные ночи мало согревали и мало освещали жизнь изгнанников», – писал барон и мемуарист, участник декабристского движения Андрей Евгеньевич Розен.
В 1828 году Ентальцевы вместе отправились на поселение в город Березов. Александра Васильевна стала первой женщиной в Березовской колонии и единственной, побывавшей в Югре. За ней, как и за мужем, также установили полицейский надзор. В Березове (июнь 1828 – 8 июля 1830) супруги жили скромно из-за постоянного безденежья. Угнетал суровый климат.
Супруга получала от казны ежегодное пособие в размере 250 руб. ассигнациями. Родня мужа также присылала деньги, так что Ентальцевы смогли купить деревянный дом в три комнаты и даже помогали бедным жителям северного края.
В начале 1830 года по ходатайству своей сестры Андрей Васильевич был переведен в город Ялуторовск. Супруги и там обзавелись домом. Несмотря на собственное тяжелое положение, Ентальцевы старались, чем могли, помочь местному населению.
Андрей Васильевич увлекся медициной. Обзавелся специальной литературой, сам готовил лекарства, тратя немалые средства на покупку необходимых препаратов. Никому не отказывал в помощи. Находясь в Ялуторовске, декабрист подавал ходатайство о разрешении вступить ему рядовым в Отдельный Кавказский корпус, но его просьба была высочайше отклонена. В 1845 году, похоронив мужа, Александра Васильевна обратилась к правительству с просьбой разрешить ей вернуться в европейскую Россию. Согласия на это не последовало. Она прожила в Сибири еще десять лет, получая небольшое пособие от казны. После амнистии 1856 года приехала в Москву. Жить ей оставалось всего два года.
В дремучем лесу
Более отдаленным и труднодоступным являлось в те годы с. Кондинское, окруженное сосновым лесом. Сюда в марте 1827 попал Андрей Федорович Фурман (1795–1835). Его определили за счет казны на квартиру, а из хлебозапасного магазина выдавали солдатский паек. Он провел в ссылке 8 лет, дольше остальных ссыльных декабристов, и умер 40-летним.
Вторым поселенцем в Кондинском стал Владимир Николаевич Лихарев (1803–1840). По ходатайству матери в июне 1830 г. Лихарева перевели в Курган. Там в конце 1836 г. выяснилось, что ссыльные И.Ф. Фохт и В.Н. Лихарев «показываются беспрестанно в тамошних обществах и взаимно открытым образом посещаются курганскими чиновниками и гражданами». Власть не могла пропустить этот сигнал, и в 1837 г. Лихарева отправили рядовым в Отдельный Кавказский корпус, где он участвовал в строительных работах на берегу Черного моря. Известно, что на Кавказе Лихарев подружился с поэтом Михаилом Лермонтовым, но был убит 11 июля 1840 г. в сражении с горцами.
Несмотря на свое относительно недолгое пребывание в Югре, некоторые из ссыльных декабристов позже выступили в роли первых историков своих влиятельных предшественников, оказавшихся жертвами дворцовых переворотов, и заложили начало историографической традиции политической ссылки на Обском Севере.
Ученые считают появление в югорских уездах в XVIII и в первой трети XIX в. политических ссыльных значительным событием в истории края. Судьбы просвещенных и влиятельных людей связали отдаленную провинцию с ее замкнутой и небогатой на события жизнью с большой историей страны и стали ярким воспоминанием в коллективной памяти старожилов, источником легенд.
К сведению
В Березове, Кондинском и Сургуте отбывали ссылку осужденные в 1826 году по делу о тайных обществах и восстании 14 декабря 1825 г.
Факт
Возраст освободил
Один из самых пожилых декабристов Вильгельм Карлович Тизенгаузен (1781–1857) попал в Сургут в июне 1828 г. Там он заболел, и в марте 1829 г. его перевели в Тобольск. Через 24 года, 6 июля 1853 г., как самому пожилому, Тизенгаузену разрешили покинуть Сибирь, и он вернулся на родину.
Читать в источнике