Собственно, по тележеньке сейчас в n-ный раз хоронят международное право и вестфальский суверенитет, поэтому здесь нужно навести немного

Собственно, по тележеньке сейчас в n-ный раз хоронят международное право и вестфальский суверенитет, поэтому здесь нужно навести немного духоты. По разным причинам у нас в публицистике преобладает сильно упрощённая форма неореализма: вот есть государства, которые думают и ведут себя, как люди, у них есть объективные интересы, а международное право случается тогда, когда 1-2 сверхдержавы всех остальных подмяли. По большому счёту это такой "19-й век" головного мозга, причём я тут же должен извиниться перед 19-м веком потому что тогда всё-таки допускалось гораздо больше пространства для нюансов, нежели сейчас.

Международное право возникает всегда, когда есть более-менее постоянные контакты между двумя или более государственными образованиями, которые не могут друг друга захватить. Естественно, оно по форме отличается от права в его римском изводе потому как в силу отсутствия вышестоящего органа больше походит на понятия. Это не означает, что оно отсутствует в принципе - понятия есть и они в большинстве случаев работают. Для любителей Пиратов карибского моря, любое международное право это guidelines, примерно как пиратский кодекс. Правила эти вырабатываются долго, с течением времени в ходе контактов, и большую часть времени эти контакты представляли из себя вооружённые столкновения. Текущая итерация международного права начала складываться после Венского конгресса и была основана на осознании того, что воевать как-то дорого и геморно. Важный момент: не международное право навязывается государствам, государства нуждаются в международном праве, потому что это дешевле и удобней. Проще один раз разобраться с парой беспредельщиков, чем постоянно жить в мире, где есть только беспредельщики.

Основная проблема заключается в том, что делать, если появляется систематический беспредельщик, с которым никто ничего не может сделать. Ответ: ничего, просто пытаться максимально огородиться от беспредела, параллельно живя в рамках понятий со всеми остальными. Ровно это происходит последние 30 лет, где все остальные выполняют роль вменяемых людей, а США - Кинг Конга с ядерной боеголовкой. С точки зрения прецедента, произошедшее намедни с Венесуэлой не отличается в ключевых моментах ничем от Ирака в 2003 или от Ливии в 2011, а если смотреть историю Карибского бассейна то там таких прецедентов куры не клюют. Аргументы о том, что произошедшее является какой-то новеллой в международном праве, исходят либо из плохого знания прецедентов, либо из неверного представления о сути международного права.

Не нужно завидовать обезьяне с гранатомётом, как это делают сейчас хором одновременно Антонов и Митя-теремок. (Вообще, хороший универсальный принцип, что если что-то одновременно нравится этим двоим, то это повод задуматься.) Она всё равно остаётся обезьяной, даже если окружающим от этого не легче. Это риск, который нужно контролировать, а не пример для подражания. Международное право продолжит существовать, просто с каждым разом там возникает всё больше правил о том что "вот тем - не доверять". И естественно многие продолжат этими же правилами пренебрегать, там, где об этом никто не узнает или там, где это особенно выгодно.