Длинноволосый деревенский мужик с утиным носом и громадными ручищами, в сапогах, косоворотке и нелепой широкополой шляпе. Но эти глаза, затмевающие даже синеву неба, – какая женщина тут устоит... Одного взгляда Максима Горького хватило, чтобы первая красавица Москвы сдалась в плен его обаяния.
Противоположности сходятся. Вот Мария Андреева, талантливая актриса, с детства росшая в атмосфере театрального искусства, с первого взгляда влюбилась в выходца из народных низов, тогда еще только восходившего на вершину славы.
Союз Марии Андреевой и Максима Горького оказался на удивление долгим и гармоничным, несмотря на то, что в итоге распался.
Марией Федоровной Андреевой-Желябужской восторгались еще со времен Александре III. Позже, наряду со Станиславским и Немировичем-Данченко, своими близкими друзьями, она стала основательницей и главной актрисой Московского Художественного Театра. Андреева была знакома с Луначарским и Лениным.
Константин Сергеевич называл Марию «полезной актрисой», так как она помимо того, что была талантлива, но и умело привлекала деньги меценатов. Ее имя вызывало разноречивые эмоции – от восхищения и преклонения до ненависти и презрения. Но только не равнодушие. На сцене она блистала красотой, благородной грацией и неповторимым голосом.
В жизни она слыла кокеткой и охотницей за материальными благами. Марию обожали и ревновали. Из ее туфельки пили вино, целовали подол ее платья. Говорят, что один из ее поклонников кавказской национальности на глазах у всех съел хрустальный бокал, к которому актриса прикладывалась губами. Эту прекрасную женщину носили на руках выдающиеся личности истории. Но все в жизни Андреевой перевернулось, когда она встретилась со знаменитым писателем.
Такого мирового признания и прижизненной славы не знал ни один писатель. В его честь называли города, улицы, учебные заведения. Русский прозаик и драматург был несколько раз номинирован на Нобелевскую премию. В Советском Союзе он был самым издаваемым писателем. Ранний поход «в люди» и знакомство со дном жизни позитивно повлияли на его творчество.
Алексей Пешков (подлинное имя писателя) рано заразился вирусом социализма и стал одним из идеологов и спонсоров революционных идей. Именно встреча с актрисой Андреевой побудила Иегудиила Хламиду (второй псевдоним Пешкова) вступить в ленинскую партию.
Познакомил двух знаменитостей Антон Павлович Чехов. Это было после спектакаля «Гедда Габлер», сыграв в коем главную роль, Мария Федоровна вызвала настоящий фуррор. «Вы, черт знает, как великолепно играете», – сказал ей тогда Горький. То ли очаровательная грубость бывшего пекаря, то ли его странная одежда заставили богиню сцены обернуться. «Вдруг из-за длинных ресниц глянули голубые глаза, – вспомнит после Андреева. – Губы тронулись нежной детской улыбкой, показалось мне его лицо красивее красивого, и радостью екнуло сердце».
Несмотря на то, что Мария и Максим на тот момент не были свободны, они начали жить вместе. Горький оставил жену с детьми, но продолжал заботиться о них и поддерживать дружеские отношения с их матерью. Андреева тоже оставила детей, а затем и сцену, чтобы всегда находиться рядом с любимым человеком. Станиславский в ответ на известие о ее уходе из театра позже напишет: «Я заранее оплакиваю ваше будущее». Великий режиссер был прав, предсказав, какая уготова жизнь Марии Желябужской-Андреевой.
Пара жила в гражданском браке. По тем временам это считалось непристойным, но свет не осуждал влюбленных. Да и сама актриса всегда подписывалась Марией Пешковой. Однако, такое положение вещей иногда доставляло неприятности за границей, например, регистрация в отелях. Известно, что в Америке у Горького, который называл Андрееву своей супругой, как у двоеженца (с первой женой Екатериной Павловной Пешковой он не состоял в разводе) возникли разногласия с властями.
Но их счастья ничто не омрачало, – они не только испытывали страстные чувства друг к другу, а были соратниками, близкими по духу людьми, которыми их сделала грядущая революция. Андреева становится секретарем Горького, именует мужчину «мой милый ангел», он ее – «благородная Маруся» и «прекрасный друг». Детей у гражданских супругов так и не появилось. Наверное, причиной тому послужила занятость общественной деятельностью. Хотя современники поговаривали, что Андреева находилась в положении, но в 1905 г. во процессе репетиции провалилась в люк под сценой и утратила ребенка.
Десятилетняя совместная жизнь актрисы и писателя – и в России, и на Капри – была безмятежной. Единственной причиной для разногласий у них была персона Ленина, восторг к которому Горького, именовавшего вождя «дворянчиком», позже поменялось на довольно критическое, а Андреева пролетарского вождя боготворила. Владимир Ильич тоже был неравнодушен к черноглазой красавице. Называл ее «товарищ Феномен» и иногда поручал какое-то дело именно ей, а не «тяжелому на подъем Алексею Максимовичу».
Увлекшись идеями большевизма, Мария Федоровна постоянно добывала у меценатов и своих поклонников огромные средства для дела революции. Одним из самых рьяных спонсоров актрисы был миллионер и ее бывший любовник Савва Морозов. Когда он застрелился (или был застрелен большивиками), то оставил чек на 100 тыс. рублей Андреевой. 40 она взяла себе, 60 отдала на нужды партии.
Охлаждение супружеских отношений между Андреевой и Горьким произошло не только по причине политических разногласий. Писатель, идеализировавший мечты о «новых людях», пытался нарисовать их романтический образ в своих произведениях. Он, в конечном итоге, не принял революцию, был поражён её беспощадной жестокостью. Несмотря на его личное заступничество перед Лениным, были расстреляны великий князь Павел Александрович и поэт Николай Гумилев.
К личному разрыву с Андреевой привел тот факт, что писатель, будучи натурой страстной, заинтересовался супругой своего товарища, и та родила от Горького дочку, точную копию Алексея Максимовича. Некоторое время Мария Федоровна еще жила в квартире Горького, но их отношения все больше становились похожими на тлеющие угли. Она уже более не выходила на театральные подмостки, хотя оставалась такой же красавицей, как ее изобразил Репин. Покинутая, с огромным нерастраченным талантом и океаном всепрощения. Не зря говорят, что великая актриса послужила прототипом булгаковской Маргариты.