Татьяна замерла на пороге кухни, сжимая в руках пакет с продуктами — молоко, хлеб, пара йогуртов для дочки. Сердце колотилось, как после марафона. Только что она открыла дверь, а эта... свекровь, Людмила Петровна, уже ввалилась следом, толкнув её плечом. Старуха в старом пальто, с авоськой в руках, ухмылялась, как кошка, дорвавшаяся до сметаны. "Жить приехала!" — выпалила она, захлопывая дверь.
Татьяна не стала орать сразу — знала, эта фурия хитрая, как лиса. Поставила сумку на стол, включила запись на телефоне в кармане фартука. Руки дрожали, но голос держала ровным. "Проходите, чаю налью. Расскажите, что стряслось". А сама думала: "Витька в командировке, дочка в садике — один на один с этим чудовищем".
Всё началось три года назад, когда они с мужем, Сергеем, купили эту двушку в новостройке. Копили пять лет — 2,5 миллиона на ипотеку, еле выжили. Сергей — старший сын Людмилы Петровны, а у неё четверо детей: он, сестра и два "солнышка" от второго мужа. Старших она ненавидела с пеленок. "Ты — папашина копия, гадёныш!" — шипела сыну с детства.
Людмила нагрянула "в гости" через неделю после новоселья. Привезла пирог с капустой — чёрствый, как её душа. Сидела за столом в кухне, ковыряла вилкой, бурчала: "Деньги-то где? На меня, старую, копейки не нашлось?" Сергей дал 5 тысяч — на еду. Ушла. А наутро Татьяна нашла иголку в дверном косяке, под кроватью — банку с мутной бурдой, пахнущей плесенью. "Порчу навели", — шепнула подруга-гадалка.
— Это вы, тварь? — спросила Татьяна потом по телефону. — Чтоб дочь мою не трогали!
— Докажи! — заржала свекровь. — Твоя Маша — выродок, как отец!
Татьяна тогда заперла дверь на два замка. Но нервы сдали — месяц не спала, таблетки глотала.
Маше было четыре, когда Людмила выследила садик. Сергей рассказал младшему брату адрес — "случайно", по пьяни. Тот сболтнул мамане. Бабка примчалась вечером, в драных колготках и с плюшевой игрушкой.
Воспиталка, дура молодая, пустила: "Бабушка пришла!" Маша вышла, а Людмила шепчет: "Мамка твоя — шлюха, бьёт тебя. Поедем ко мне, конфет дам". Девочка в слезы, воспиталка спохватилась. Татьяна примчалась — скандал на весь сад. Охрана выволокла свекровь, она орала: "Вернусь, заберу её! Вы — отбросы!"
Татьяна заявление написала — воспиталку уволили. Перевели Машу в другой садик за 15 тысяч в год. Дома Сергей обнял: "Прости, Тань. Мать — психопатка". А она рыдала: "Она нас уничтожит!"
Раньше, в съёмной однушке за 25 тысяч в месяц, было хуже. Людмила караулила у двери ночами. "Деньги давай, или прокляну!" Однажды плеснула из бутылки — кислотой пахло. Сергей поймал, отвёз в отделение. Полицейские отмахнулись: "Семейка". Они сбежали в другой район, но брат младший выдал адрес.
Людмила явилась "мириться" — после рождения Маши. Обняла, поцеловала. Ушла. А потом — иголки снова, порванные фото в почтовом ящике. Татьяна слегла с нервами, вызывали скорую.
— Сергей, твоя мать — убийца в душе! — кричала жена. — Она нас ненавидит!
Он кивал: "Знаю. Но доказать нечем".
Сегодняшний визит — пик. Людмила села за стол, налила себе чай из термоса Татьяны — чёрный, с сахаром. Грызла печенье, крошки по столу.
— Сергей мой помучается через вас! — выплюнула она. — Дочку вашу удавлю, как тех щенков в детстве. А мужа твоего — сведу в могилу отравой, чтоб не лез к моим мальчикам!
Татьяна замерла, записывая каждое слово. "Мальчики" — младшие братья, от любовника. Папаша Сергея того любовника посадил за убийство друга — ревность из-за бабы. Людмила мстила: "Я их прикрыла детьми, вышла сухой!"
— Вы — монстр! За что старших ненавидите?
— Они — от врага! Младшие — мои солнышки. А вы — помеха. Продайте хату, нам на лечение!
Татьяна усмехнулась: "Лечитесь в психушке!" Свекровь кинулась через стол — когти наружу. Татьяна выскочила, позвонила в полицию: "Вторжение, угрозы убийства!"
Полицейские приехали за 10 минут. Задержали Людмилу — она брыкалась: "Сына моего зовите!"
Сергей примчался, увёз Машу к друзьям. Запись прослушали — шок. Дело подняли: смерть тестя, порча, угрозы.
Суд признал Людмилу невменяемой — принудительное лечение, минимум 5 лет. Младшие братья отреклись: "Знали правду, но молчали". Семья продала квартиру за 4 миллиона, купила новую в соседнем городе — тайна. Адрес знает только сестра Сергея, сбежавшая за Урал.
Татьяна вздохнула с облегчением: "Никогда больше". Сергей кивнул: "Только мы трое — крепче стали".
А вы бы простили такую свекровь или тоже выставили за дверь навсегда? Что бы сделали на месте Татьяны — молчали или дали отпор? Поделитесь в комментах, истории из жизни всегда учат!
Спасибо, что дочитали до конца — если зацепило, лайкните и подпишитесь на канал, буду делиться ещё такими реальными дзеновскими байками. Вам плюс, мне — мотивация! 😊