Об этом вообще не так часто вспоминают, но Гражданская война 1917 — 1922 гг. по общим потерям населения занимает уверенное второе место во всей отечественной истории.
Разумеется, на первом месте — Великая Отечественная война. Будем надеяться, что подобные цифры в будущем ничто не переплюнет.
Если же говорить о потерях (экономических и демографических) периода Гражданской войны в России, то сразу стоит отметить ряд специфических особенностей.
Особенности того времени и гражданских войн в целом.
Во-первых, Гражданская война в России вытекала из Первой мировой, также крайне долгой и тяжелой. В общем-то потери Первой мировой для России 1917 года были беспрецедентными. Кто ж знал, что дальше будет ещё хуже.
Первая мировая в целом была довольно новаторским конфликтом: в отличие от Семилетней или Тридцатилетней или даже Наполеоновских войн, сражались многомиллионные призывные армии. С соответствующими масштабами потерь. Это вам не Куликовская битва.
Ну а у Гражданской появилась дополнительная особенность (типичная для большинства гражданских войн): в первую очередь доставалось мирному населению.
Потому что если ты в армии (белых ли, красной ли, повстанческой какой-нибудь) — продовольствие для себя добыть куда проще. Либо командование обеспечит, либо «самоснабжение», тут уж зависит от «общей обстановки».
А вот мирняку сложнее: оружия на руках нет (либо оно есть, но в открытую против дивизии не попрешь), защититься от произвола сменяющих друг друга властей тяжело. Так что голод, болезни, грабежи, террор — прежде всего били именно по гражданским.
С другой стороны, «гражданский» — понятие относительное. В период Гражданской войны на руках у населения оказывается огромное количество «незарегистрированных стволов», появляются банды и атаманства, повстанческие движения «против всего плохого» и т.д.
Опять же, это не только в России так было. Но у нас ввиду упомянутой специфики (перерастание Первой мировой в Гражданскую) — особо заметно. Так что «милые крестьяне» могли сегодня покрошить соседушек, завтра — продотряд, послезавтра — белых. А потом по домам разойтись с невинным выражением лиц. И как бы их понять можно. Для них наступил момент «сведения счетов», как они и их лидеры это понимали.
Есть вообще мнение, что самым жестким террором был именно «зелено-низовой», когда вообще без формальностей, а нередко — и без пленных (но опять же, будучи повстанцем, на регулярную часть ты скорее всего не попрешь, а вот «внутренних врагов и обозников» — пожалуйста, ответят за всё... и все, кто на них похож).
Разумеется, в такой обстановке борьбы «всех против всех» (конечно, разнившейся от региона к региону) потери населения и экономики были крайне велики.
Экономический апокалипсис.
Страна вышла из Гражданской войны глубоко истощённой, с разрушенным хозяйством, подорванным демографическим потенциалом и разорванными внутренними связями.
Общий ущерб народному хозяйству оценивается примерно в 50 млрд золотых рублей — сумма, сопоставимая с несколькими годовыми бюджетами довоенной Российской империи.
Промышленность (особенно невоенная) оказалась в состоянии почти полного паралича.
Объёмы производства сократились до 4–20% от уровня 1913 года. Особенно тяжёлый удар пришёлся по машиностроению, металлургии и другим отраслям тяжёлой промышленности.
Значительная часть предприятий лёгкой промышленности была разрушена или выведена из строя, а прежние производственные и торговые связи между регионами фактически прекратили существование.
Сельское хозяйство, основа экономики страны, также пережило глубокий спад: его производство сократилось почти вдвое. Разорение деревни, реквизиции, нехватка рабочей силы и инвентаря привели к падению урожайности и хроническому продовольственному кризису.
Колоссальный урон был нанесён транспорту. Железнодорожная сеть оказалась практически разрушенной: из 75 тысяч вёрст путей, существовавших в 1914 году, к окончанию войны в рабочем состоянии оставалось лишь около 15 тысяч.
Финансовая система также была дезорганизована. Банковский сектор фактически перестал функционировать, валюта обесценилась (вернее, валюты, чуть ли не каждое правительство свои деньги выпускало), что привело к широкому распространению натурального обмена (и это одна из причин, по которой люди шли в разнообразные армии — там хоть покушать дадут... или самим можно будет взять).
Война и разруха затронули тысячи городов, посёлков и деревень. Массовое разрушение предприятий и инфраструктуры сопровождалось деурбанизацией: города пустели, население уходило в деревню в поисках пропитания.
Человеческие потери: причины и оценки.
Одной из самых мрачных (и одновременно спорных) страниц Гражданской войны стали человеческие потери. Их оценка остаётся предметом дискуссий, однако очевидно, что масштаб катастрофы был огромен.
Безвозвратные потери вооружённых сторон оцениваются менее чем в 2 млн человек, причём значительная их часть была связана не с боевыми действиями, а с болезнями (хотя и обморожения к примеру встречались достаточно массово).
Особенностью Гражданской войны стало то, что основные потери, как ранее указывалось, понесло мирное население (или как минимум некомбатантское с точки зрения «войны обыкновенной»).
Эпидемии «испанки», тифа, дизентерии и оспы унесли миллионы жизней (среди коих кстати можно очень много известных людей найти, в том числе военачальников и политиков).
Только от испанского гриппа погибло, по разным оценкам, от 2 до 4 млн человек. К этому добавился голод 1921–1922 годов — одно из самых тяжёлых последствий войны.
Совокупные прямые потери населения оцениваются разными исследователями (В.В. Эрлихман, Ю.А. Поляков, В.П. Данилов и т.д.) в диапазоне от 4,4–8 до 16–18 млн человек; наиболее часто называется цифра 10–13 млн. При этом демографический урон включал не только погибших, но и тех, чья жизнь была сокращена последствиями войны.
Существенной потерей стала эмиграция: страну покинули от 2 (минимальная оценка по количеству нансеновских паспортов, но они были не у всех эмигрантов) до 3,5 млн человек, среди которых значительную долю составляли интеллигенция, офицерство и специалисты.
Гражданская война изменила и политико-территориальный облик страны.
Советская Россия утратила ряд регионов, где проживало около 15% населения и находилась значительная часть промышленного (до 30%, прибалтийские и польские губернии были довольно развиты, хоть в немалой степени были оставлены ещё при царе и временных) и транспортного потенциалов.
На международной арене эти потери закрепились образованием новых государств и изменением баланса сил в Восточной Европе (правда, в конце 1930-х баланс начали отыгрывать).
В конечном счёте именно опыт Гражданской войны во многом сформировал советское общество.
Психология «свой-чужой», чрезвычайные методы управления, однопартийная система и сращивание партии с государством стали прямым следствием военных лет. С другой стороны, в 1941 году без таких методов, скорее всего, разделили бы судьбу Франции (с той разницей, что гитлеровцы не собирались вести себя в СССР как в Париже).
Повторюсь, тут конечно не совсем правильно отделять в вакуум Гражданскую от Первой мировой (фронтовые потери у этих войн в целом сопоставимые): именно период 1914 — 1917 гг. вызвал заметное огрубление общества, его военизацию.
Беспрецедентные потери, каскад революций и смены властей, политические кризисы, обострение социальных противоречий, продовольственная проблема снабжения армии и т.д.
Для многих массовое лишение жизни людей на фронтах стало обыденным явлением. Активный поиск ещё верховной властью «внутренних врагов» скоро перекинулся и на низы общества. Европейские государства свои последствия тоже получили (в том числе очень долгоиграющие, действующие и поныне). Но у нас ввиду массы объективных и субъективных факторов всё вышло несколько мрачнее.
Если вдруг хотите поддержать автора донатом — сюда (по заявкам).
С вами вел беседу Темный историк, подписывайтесь на канал, нажимайте на «колокольчик», смотрите старые публикации (это очень важно для меня, правда) и вступайте в мое сообщество в соцсети Вконтакте, смотрите видео на You Tube или на моем RUTUBE канале. Недавно я завел телеграм-канал, тоже приглашаю всех!