Ровно в десять часов вечера раздался звук поворачивающегося в замке ключа. Иван Сергеевич вернулся с работы. Его лицо было хмурым, а шаги - тяжёлыми. Он молча снял ботинки, бросил пальто на стул и прошёл на кухню, где Светлана как раз заканчивала уборку после детского ужина.
- Чем кормили детей? - резко спросил он, даже не посмотрев на Светлану.
- Я им борщ варила со сметаной и сок апельсиновый отжала, - Светлана на мгновение замерла, держа в руках кухонное полотенце, - На ужин рыбу запекла с овощами.
- Борщ? - брезгливо спросил Иван Сергеевич.
- Да.
- Они его терпеть не могут. Там же был полный пакет пельменей...
- Егорка, вон, две тарелки навернул.
- А сок? Зачем его отжимать, если стоят две коробки уже готового сока?
- Иван Сергеевич, - Елена осмелилась начать, - Я всë детство росла на правильном, домашнем питании...
- И? - перебил Светлану Иван Сергеевич.
- И хочу чтобы ваши дети не травились всякой химией.
- Какая же химия? Где вы её увидели, - подлетев к холодильнику, мужчина вынул одну из двух коробок с соком, - Вот читайте! Сто процентный сок. Натуральный продукт! Вам этих слов достаточно?
- И вы им верите?
- А как вы думаете, кому мне больше верить им, занимающимися годами своим делом, или вам, которая первый день тут?
- Я вас услышала, - Светлана аккуратно повесила полотенце на крючок и поспешила покинуть кухню.
- Завтра утром будьте так любезны приготовить завтрак к восьми часам...
***
Светлана проснулась рано утром, когда за окном едва забрезжил рассвет. В доме царила тишина - все ещё спали. Она улыбнулась, представив, как удивится Иван Сергеевич, а дети запрыгают от радости, когда почувствуют аромат свежих блинов.
Через пятнадцать минут сковорода уже разогревалась на плите. А спустя ещё некоторое время золотистые кружки один за другим складывались на тарелку, источая невероятный аромат.
- Почему в доме гарью пахнет? - Иван Сергеевич забежал на кухню, едва проснувшись.
- Я завтрак вам готовила.
- Вы понимаете, что сейчас всё вещи впитают этот отвратительный запах.
- Вы хотите сказать, что пахнет не аппетитно? - Светлана, на удивление самой себе, повысила голос.
- Зачем разводить всë это, когда можно просто достать мюсли и запарить их молоком? - не сбавляя оборотов, злился мужчина, - Или опять начнём спорить, что в них нет пользы?
- Вам сколько положить? - Светлана, не желая больше слушать капризы, принялась сворачивать блин за блином и укладывать их на тарелку.
- Я не буду это есть.
- Хорошо. Оставлю их Егорке и Настей. Они, то, точно добавки попросят.
- Знаете что?
- Что?
- Вы...вы...
- Уволена? - спокойно спросила девушка, будто готова была оставить свою идею и вернуться в город.
- Если дети не захотят вашу стряпню, запарьте им мюсли, - положив несколько блинов в пакетик, Иван Сергеевич поспешил оставить Светлану, - Сотрудникам на работе дам попробовать. Гляну, доживут ли они до вечера...
***
Накормив проснувшихся детей, Светлана принялась выполнять свои обязанности по дому. Утро началось с лёгкой уборки. Пока она занималась этим делом, дети с энтузиазмом предлагали помощь - Егорка собирал игрушки, Настюшка подносила тряпочки.
Ближе к вечеру, когда солнце уже клонилось к закату, Светлана присела на диван с книгой. Дети, наконец, устали от игр и устроились рядом - один уткнулся в раскраску, другая разглядывала картинки в книжке. В эти тихие минуты, наблюдая за ними, Светлана чувствовала глубокое удовлетворение: день прошёл не зря, дом сиял чистотой, а малышня была рядом, счастливая и сытая.
- Егор, Настя, я дома! - внезапный голос Ивана Сергеевича напугал Светлану, - Светлана Матвеевна, что у нас на ужин?
- Вчерашний борщ со сметаной?
- Чего? Вы в своём уме? - разгневался мужчина, - Кто же вчерашнюю еду ест?
- Хочу подметить, вчерашние супы, куда вкуснее свежих.
- Вы давайте свою провинциальную жизнь оставьте при себе, а я требую кормить нас всех только свежей и полезной пищей.
Пожарив на скорую руку пару яиц с сосисками, Светлана, пожелав приятного аппетита Ивану Сергеевичу поспешила в свою коморку. Те слова, которые она услышала из его уст в свой адрес, довольно больно задели её.
"Провинциальная говоришь?" - не зная, как себя успокоить, девушка принялась перебирать сумку, аккуратно укладывая некоторые вещи, которыми уже успела попользоваться.
- Инга, привет, - набрав подруге, ей хотелось высказать всë, о чем она думала.
- Как жизнь, подруга моя? В золоте купаешься?
- В хамстве! - буркнула Светлана, - Не мужик, а настоящий хам.
- Может он влюбился?
- Ага!!! Ещё не хватало ударить меня, чтобы показать свои чувства ко мне.
- Всë так плохо?
- Очень...
***
Иван Сергеевич ушёл на работу раньше прежнего. Это было не похоже на него - обычно он не торопился, любил выпить кофе, обсудить планы на день. Но сегодня он даже не стал заваривать свой любимый сорт. На столе оставались продукты для завтрака, которые он, нарочно выложил на самое видное место и небольшой клочок бумаги, с требованием не затягивать с приготовлением завтрака.
Светлана, с улыбкой на лице, едва разобрала завалившиеся буквы.
- И всë это он считает полезным? - ещё раз осмотрев содержимое, девушка покачала головой.
Едва начав неторопливо нарезать овощи, как резкий звонок в ворота разорвал утреннюю тишину.
- Кто бы это мог быть в такую рань? - вздрогнув, она чуть было не выронила нож из рук.
Отставив кухонный инвентарь, девушка подошла к окну. За оградой виднелась фигура женщины - стройной, с идеально уложенными волосами и в дорогом пальто.
Не дожидаясь повторного звонка, она вышла во двор и открыла калитку.
- Вы к Ивану Сергеевичу? - спросила осторожно.
- Да. Он дома? - женщина едва удостоила её взглядом.
Не дождавшись ответа на свой вопрос, гостья шагнула внутрь, словно имела полное право здесь находиться. Светлана невольно отступила - от незнакомки веяло ледяной уверенностью и скрытой яростью.
Девица вошла в дом словно хозяйка - уверенно, с высоко поднятой головой, будто всё здесь по‑прежнему принадлежало ей. Она окинула взглядом гостиную, слегка приподняв бровь, и небрежно бросила сумочку на диван.
- А ничего не изменилось!
- Простите, вы супруга Ивана Сергеевича? - Светлана начала догадываться.
- Бывшая, - рассмеялась та, - Которая скоро половину всего этого заберёт себе.
- Хотите Егорку с Настей разбужу? Хоть с матерью родной встретятся.
- Ещё чего! - возмутилась дамочка, - Видеть их не хочу.
Незваная гостья остановилась у серванта с фарфором. Светлана, следовавшая буквально по пятам, замерла в проёме. Та же, словно хищница, медленно водила пальцем по краю фарфоровой статуэтки, будто оценивая её вес и стоимость.
- Прекрасный экземпляр, не правда ли? - мягко произнесла леди, делая шаг вперёд.
- Извините, я в этом не разбираюсь.
Кухня встретила девушек мягким светом подвесных светильников и ароматом свеженарезанных овощей. Бывшая супруга остановилась у массивного дубового стола, провела пальцем по гладкой поверхности, словно проверяя, не осталось ли пыли.
- Уютно у Ивана, - протянула она, не оборачиваясь. - Всё как я любила…
- Мне тоже очень нравится.
- Завтрак готовишь для этих отпрысков? - взяв нож в руку, гостья злостно разрезала безобидный помидор пополам.
- Они не отпрыски! - подняла голос Светлана, не желая больше слушать этот бред.
- Ещё какие! Обуза да и только. Хорошо, что я их на этого глупого повесила.
- Перестаньте оскорблять Ивана Сергеевича и его детей! - В Светлану будто демон вселился, - Я приказываю!
- А то что?
- Выдворю вас за дверь.
- Ну, давай, выдворяй!
Светлана сделала шаг вперёд, твёрдо намереваясь вытолкнуть бывшую супругу Ивана Сергеевича.
- А ну пошла вон отсюда!
- Ты ещё будешь мне указывать, где мне находиться? - прошипела та, и в тот же миг её рука метнулась к столешнице.
Светлана лишь успела заметить блеск страха - острый кухонный нож оказался в ладони женщины с пугающей быстротой. Резкая, обжигающая боль пронзила живот. Девушка инстинктивно схватилась за рану, чувствуя, как под пальцами растекается тепло. Она пошатнулась, но устояла на ногах, глядя на нападавшую широко раскрытыми глазами.
Нападавшая же, замерла, словно не веря в содеянное. Нож дрогнул в её трясущейся руке. Вмиг она развернулась и бросилась к двери, оставив за собой леденящую тишину.
- Егор....Настя..., - Светлана медленно опустилась на стул, сжимая рану.
Дыхание становилось прерывистым, перед глазами поплыли тёмные пятна. Сквозь гул в ушах она едва расслышала собственный крик...