Новосибирск встретил Валентину колючим ветром и серым небом. Такси везло её не в онкоцентр, как планировалось, а в старую «хрущевку» на окраине, где жила сестра. Всю дорогу Валентина сжимала телефон, не решаясь перезвонить детям. Ей казалось, что стоит произнести хоть слово, и хрупкое перемирие с Кириллом и Алёной рассыплется в прах. Дверь открыл мужчина лет сорока. Лысоватый, с цепким, неприятным взглядом и татуировкой на фаланге пальца. Игорь.
— Ну, здравствуй, тётушка, — он небрежно посторонился. — Проходи. Мать в комнате. В квартире пахло лекарствами, старой пылью и чем-то кислым. Наташа лежала на диване, укрытая двумя одеялами. Она так исхудала, что казалась подростком.
— Валя... — прошелестела сестра. — Приехала...
Валентина бросилась к ней, забыв про Игоря, стоявшего в дверном проеме.
— Наташенька, господи, что же ты... Почему не в больнице?
— Выписали меня. Сказали, домой умирать, — Наташа закашлялась. — Валя, прости меня. Я ведь не только попрощаться позвала. В комнате по
Публикация доступна с подпиской
Эксклюзив + ранний доступ