Людмила Петровна узнала о невестке в среду, ровно в три часа дня. Сын позвонил сам — это уже было подозрительно, обычно он отписывался в мессенджере смайликами и односложными «ок». А тут — голосом, да еще с какой-то нервной бодростью в интонациях.
— Мам, у меня новость! — выпалил Егор. — Я женюсь!
Людмила Петровна как раз поливала фикус на подоконнике. Лейка застыла в воздухе, вода капнула на пол. Она молча вытерла лужу тряпкой, включила громкую связь и села на табуретку возле холодильника — для таких разговоров нужна опора.
— Это хорошая новость, сынок, — осторожно начала она. — А я с ней когда познакомлюсь?
— В субботу приедем! Она очень хочет с тобой встретиться. Мам, ты не против, да? Вика классная, тебе понравится!
Людмила Петровна почувствовала, как сердце сжалось в комок. Еще год назад Егор жил с Наташей — славной девочкой, медсестрой, которая пекла пироги и называла Людмилу Петровну мамой. Потом была Света — психолог, вегетарианка, правда, странная немного. Теперь вот Вика.
«Сорок два года сыну, — подумала Людмила Петровна, доставая из холодильника курицу на завтрашний суп, — а он как подросток. Меняет женщин, как носки».
Но вслух сказала другое:
— Конечно, приезжайте. Я борща наварю.
— Мам, Вика не ест мясо.
«Ну конечно», — мысленно вздохнула Людмила Петровна и полезла в интернет гуглить рецепты вегетарианских блюд.
Суббота выдалась дождливой. Людмила Петровна с утра носилась по квартире, как заведенная. Помыла полы, протерла пыль даже на антресолях (хотя туда никто не заглядывал лет десять), испекла шарлотку с яблоками, сварила гречку с овощами и приготовила салат из свеклы с черносливом. В холодильнике стояли три вида сыра, хумус (купленный в дорогом магазине за бешеные деньги), авокадо и киноа — Людмила Петровна долго читала на упаковке, как это вообще готовить.
«Лебеду какую-то продают за триста рублей, — ворчала она про себя, промывая крупу, — раньше свиньям скармливали».
В два часа раздался звонок в дверь. Людмила Петровна быстро сняла фартук, поправила волосы и распахнула дверь с приветливой улыбкой.
Егор стоял на пороге в своем вечном пуховике, который пора было уже выбросить — рукава протерлись. А рядом...
Рядом стояла девушка лет двадцати пяти. Худенькая, как тростинка, в джинсах с дырками и коротком пуховичке. Волосы выкрашены в какой-то розовато-сиреневый цвет, в носу маленькое колечко, а на запястьях — штук пять браслетов-фенечек.
— Здравствуйте! — звонко сказала девушка и протянула руку. — Я Вика! Так рада наконец с вами познакомиться!
Людмила Петровна пожала тонкую ладошку (на среднем пальце красовалась какая-то массивная серебряная печатка с черепом) и пригласила гостей в квартиру.
— Проходите, раздевайтесь. Егор, ты чего куртку не снимаешь? Вешай на крючок, а то мнется.
Пока сын возился с обувью, Вика уже прошла в комнату и остановилась посреди зала, оглядываясь.
— Ого, какая атмосфера! — воскликнула она. — Прямо как музей советского быта! Вы знаете, я обожаю винтаж!
Людмила Петровна проследила за ее взглядом. Да, интерьер и правда был... советским. Стенка с книгами, ковер на стене (правда, она его недавно собиралась снять), сервант с хрустальными рюмками. На стенах — фотографии Егора в рамочках: вот он в школьной форме, вот на море, вот с дипломом института.
— Чай будете? — спросила Людмила Петровна, чувствуя, как внутри поднимается какое-то непонятное раздражение.
— О, только не обычный! У вас есть матча? Или хотя бы зеленый с жасмином? — Вика плюхнулась на диван и закинула ногу на ногу.
«Матча... — в голове у Людмилы Петровны что-то щелкнуло, — это же японский зеленый порошок за тысячу рублей за пакетик».
— Есть обычный черный цейлонский, — твердо ответила она. — Или липа с мятой.
— Тогда липу, пожалуйста! — Вика улыбнулась, и Людмила Петровна заметила, что у девушки идеально белые зубы. «Наверное, отбеливание делала. Опять деньги».
За столом Вика рассказывала о себе. Оказалось, что она «креативный продюсер» — Людмила Петровна так и не поняла, что это значит. Девушка работала на фрилансе, организовывала какие-то мероприятия для стартапов, вела блог про осознанное потребление и ездила на йога-ретриты.
— Представляете, в прошлом месяце была на Бали! — щебетала Вика, накладывая себе салат. — Там такая энергетика! Я прям почувствовала, как чакры раскрылись.
Людмила Петровна кивала и наливала чай. Егор сидел рядом с невестой и смотрел на нее влюбленными глазами. Людмила Петровна вздохнула. «Ну вот опять. Влюбился по уши».
— А вы, Людмила Петровна, чем занимаетесь? — спросила Вика, намазывая хумус на хлеб.
— Я на пенсии. Раньше бухгалтером работала.
— О, бухгалтерия! Это же так скучно! — Вика скривилась. — Я вот вообще не понимаю людей, которые всю жизнь сидят в офисах. Жизнь одна, надо ловить момент!
«Ага, ловить, — подумала Людмила Петровна, откусывая пирог, — а деньги на Бали с неба падают, наверное».
— Зато у меня теперь квартира есть и сын выучен, — ровным голосом ответила она.
Вика что-то заметила в тоне и замолчала, уткнувшись в телефон. Егор поспешил сменить тему:
— Мам, мы хотели с тобой посоветоваться. Мы планируем свадьбу!
— Это замечательно, — улыбнулась Людмила Петровна. — Когда?
— Через два месяца! — радостно объявила Вика. — Но без всей этой пошлости, без загса и белых платьев. Мы хотим провести символическую церемонию на природе. У меня есть знакомый шаман, он проведет обряд!
Людмила Петровна поперхнулась чаем. Егор похлопал ее по спине.
— Шаман? — переспросила она, вытирая слезы.
— Ну да! — Вика воодушевленно замахала руками. — Он потрясающий, делает аутентичные обряды с бубном, призывает духов предков. Это будет так мощно!
«Господи, куда я попала, — подумала Людмила Петровна, — испанскую инквизицию никто не ждет, а тут шаман с бубном».
— А в загс вы не пойдете? — осторожно уточнила она.
— Зачем? — Вика пожала плечами. — Это просто бумажки. Нам важна духовная связь, а не штампы в паспорте.
Людмила Петровна посмотрела на сына. Егор изучал свою тарелку.
— Егор, — тихо спросила она, — ты тоже так думаешь?
Сын замялся:
— Ну... в общем, да. Мы же любим друг друга, какая разница, расписаны мы официально или нет?
«Разница большая, — подумала Людмила Петровна, но вслух промолчала. — Потом разбегутся, и кто что делить будет? Он же квартиру продал, деньги вложил в ее стартап. Дурак».
Но сказала другое:
— Как решите. Главное, чтобы вы были счастливы.
После чая Вика попросилась посмотреть квартиру. Людмила Петровна провела ее по комнатам — показала спальню, кухню, маленькую кладовку с заготовками.
— Людмила Петровна, а вы не думали сделать ремонт? — спросила Вика, стоя посреди зала. — Вот эту стенку убрать, например. И обои поменять. Знаете, тут можно такое пространство создать!
«Не думала», — мысленно отрезала Людмила Петровна, но вслух сказала:
— Мне так удобно. Я привыкла.
— Эх, — вздохнула Вика, — жалко. Можно было бы квартиру обновить, сдавать. Или вообще продать и купить студию поменьше, а на остальные деньги путешествовать!
Людмила Петровна почувствовала, как внутри начинает закипать что-то горячее и неприятное.
— Спасибо за совет, — сухо ответила она. — Но я пока никуда переезжать не собираюсь.
— Да я просто так, — Вика улыбнулась, — в хорошем смысле! Просто многие пожилые люди живут в огромных квартирах, а им бы лучше в чем-то компактном...
— Вика, пойдем лучше чай допьем, — поспешно вмешался Егор.
Людмила Петровна осталась стоять в коридоре. «Пожилые люди... Огромная квартира... Продать и купить студию...»
«Ах ты ж, с.т.е.р.в.а маленькая, — подумала она, сжимая кулаки, — Еще замуж за сына не вышла, а уже квартиру мою делит».
Гости уехали через час. Перед уходом Вика обняла Людмилу Петровну (та оцепенела от неожиданности) и прощебетала:
— Я так рада, что мы познакомились! Вы классная! Мы обязательно еще увидимся!
Людмила Петровна закрыла дверь, прислонилась к ней спиной и выдохнула. Потом прошла на кухню, налила себе оставшегося чаю и села у окна.
За окном моросил дождь. Город был серый и мокрый, как обычно осенью. На подоконнике стоял фикус — старый, с толстым стволом и блестящими листьями. Людмила Петровна вырастила его из маленького черенка тридцать лет назад, когда Егор пошел в первый класс.
«Что же ты делаешь, сынок, — подумала она, глядя на дождь, — что же ты делаешь»...
Телефон завибрировал. Сообщение от Егора: «Спасибо за гостеприимство, мам! Вика в восторге от тебя!»
Людмила Петровна усмехнулась. «Ага, в восторге. Особенно от моей "огромной" квартиры».
Она допила чай, помыла посуду и пошла прибираться. Убрала со стола салат и шарлотку, вытерла крошки, расставила по местам стулья. В процессе нашла на полу маленькую фенечку — видимо, соскочила с Викиного запястья.
Людмила Петровна покрутила браслет в руках. Дешевенькие нитки, пластиковые бусинки. «А туда же, шаманы, Бали...»
Она положила фенечку на полку в прихожей. «Отдам, когда приедут».
Следующие две недели прошли относительно спокойно. Егор звонил каждый день, рассказывал о свадебных приготовлениях. Оказалось, что церемонию планируют провести на турбазе за городом. Гости — человек тридцать, в основном друзья Вики. Людмилу Петровну, конечно, приглашали.
— Мам, тебе нужно будет переночевать там, — объяснял Егор, — церемония начнется утром, на рассвете. Шаман так сказал.
— На рассвете? — переспросила Людмила Петровна. — В октябре? Егор, там же холодно будет!
— Не волнуйся, будет костер. И глинтвейн. Мам, приедешь?
Людмила Петровна посмотрела в календарь. Октябрь. Дожди, слякоть, первые заморозки.
— Приеду, — вздохнула она.
А через день позвонила Вика. Сама. Людмила Петровна удивилась — девушка обычно не звонила, если только не через Егора.
— Людмила Петровна! — голос в трубке был таким бодрым, что у Людмилы Петровны разболелась голова. — У меня к вам просьба!
— Слушаю, — настороженно ответила она.
— Понимаете, мы с Егором решили после свадьбы немного попутешествовать. Хотим в Азию на пару месяцев. А квартиру Егора мы уже сдали — там новые жильцы заселяются через неделю.
«Сдали квартиру... — в голове у Людмилы Петровны начало что-то проясняться. — Без меня решили, без спроса».
— И что? — спросила она.
— Ну вот, — Вика замялась, — нам надо пока вещи где-то оставить. Их не так много, три коробки и два чемодана. Вы не могли бы у себя приютить на время? Мы же скоро вернемся!
Людмила Петровна молчала. Вика продолжила:
— Егор говорит, у вас есть кладовка. Можно там? Ну пожалуйста! Мы вам привезем подарок из Таиланда!
«Два месяца в Таиланде... — посчитала в уме Людмила Петровна, — это тысяч триста минимум. А квартиру сдали. Значит, деньги есть. А за хранение даже спасибо не говорят, само собой разумеется».
— Хорошо, — сухо ответила она. — Привозите.
— Ой, спасибо! Вы лучшая! — обрадовалась Вика. — Мы завтра подъедем!
На следующий день Егор с Викой притащили вещи. «Три коробки и два чемодана» превратились в пять огромных коробок, три чемодана и два рюкзака. Людмила Петровна молча смотрела, как они заполняют ее кладовку.
— Мам, ты не против? — виноватым тоном спросил Егор, запихивая последнюю коробку на полку.
«Против, — подумала Людмила Петровна, — очень против. Но что толку говорить».
— Нет, все нормально, — ответила она вслух.
Вика уже изучала содержимое холодильника:
— Людмила Петровна, а можно мы возьмем эти помидоры? Они же у вас все равно пропадут!
Людмила Петровна посмотрела на нее. Вика стояла с открытой дверцей холодильника, в руках помидоры — те самые, что Людмила Петровна купила вчера в магазине по акции, выстояв в очереди полчаса.
— Это я на салат собиралась, — ровным голосом сказала она.
— Ой, извините! — Вика поставила помидоры обратно. — Я не подумала.
«Не подумала, — мысленно повторила Людмила Петровна, — вот именно что не подумала».
Они ушли через полчаса. Людмила Петровна заварила себе крепкого чаю и села на кухне. За окном начинало темнеть. Где-то внизу орала собака, хлопнула дверь подъезда.
«Что же мне делать, — подумала она, — что же мне делать с этой... невесткой».
А на следующий день началось самое интересное...