«Человек-амфибия» вошёл в историю не только как лидер советского кинопроката 1962 года, собравший 65 миллионов зрителей, но и как один из первых фильмов, где подводные съёмки стали не экзотикой, а основой визуального языка. На «Ленфильме» экранизация романа Беляева пролежала десять лет: проект считали технически невозможным, и даже студия Disney в 1940‑х отказалась от него по той же причине. Лишь в мае 1961 года Владимир Чеботарёв и Геннадий Казанский решились на эксперимент, который позже назовут безумной смелостью. Вся группа прошла курс подводного плавания в институте им. Лесгафта, а для камер изготовили герметичные боксы — уникальные для советского кино. Чеботарёв разбивал каждую сцену на короткие фрагменты, чтобы актёры могли задерживать дыхание на одну–две минуты и затем дышать из акваланга. Перед запуском проекта режиссёр консультировался с чемпионом СССР Рэмом Стукаловым, который не только одобрил методику, но и стал каскадёром фильма. Подводный мир снимали в Ласпинской бухте
ТРЕТЬЕГО ЯНВАРЯ 1962 года, в кинотеатрах СССР вышел фильм, от постановки которого, по причине сложности, отказалась даже студия Уолта
3 января3 янв
11
2 мин