В детстве моя племянница Соня мало чем отличалась от других детей своего возраста. В меру шаловлива и непослушна, она не доставляла серьезных хлопот своим родителям. Болела тоже не чаще сверстников. В общем, обычная, казалось бы, девочка: ходила в садик, гуляла во дворе (скакала с подружками через резинку), в выходные шла с родителями в кино или в парк — кататься на каруселях и есть мороженою.
Все соседки и друзья семьи однозначно признавали Соню очень красивым ребенком. Темные волосики обрамляли белое (можно даже сказать аристократически бледное) личико с тонким носиком и ясными глазками. Не девочка, а картинка! Все знакомые твердили родителям Сони, что ребенка обязательно надо отправить на какой-нибудь конкурс. Пусть не за границу, но хотя бы в Москву. Не на конкурс красоты, конечно, а юных талантов, например. Соня прекрасно для: своих лет играла на фортепиано и пела дивным чистым голоском. Особенно «Соловей» Алябьева ей удавался. Вот знакомые и считали, что пора делать из девочки звезду. Однако родители Сони, люди скромные и работящие, твердили, что их ребенок ни в какой славе не нуждается. Вырастет девочка, выучится, а там уж на конкурс поедет. Если захочет. Услышав такое, родственники и знакомые сокрушенно качали головами: мол, такой талант, такая красота пропадают даром...
Соня между тем и не думала пропадать. Она довольно быстро поняла преимущества своей внешности и пользовалась этим на полную катушку. Рассердится ли папа за изрисованный фломастером важный документ, ругается ли мама за разлитый по полу чай, начнут ли мальчишки прогонять ее, когда Соня случайно разрушит их гараж из песка, — ей достаточно было улыбнуться, чуть склонив головку, и бросить взгляд из-под полуопущенных ресниц, как все забывали о праведном гневе. Это что касается красоты. С талантом тоже все неплохо обстояло. Помимо умения музицировать и петь, Соня вдруг открыла в себе дар, так скажем, совершенно необычный, Об этом даре — мой рассказ.
Ей было 5—6 лет, когда родители заметили, что иногда Соня вдруг замирает посреди игры и долго сидит, уставившись в одну точку. Поначалу папа с мамой не обращали на это особого внимания: ну, задумался ребенок о чем-то... В такие моменты девочка прикладывала руку ко лбу. Родители, усмехнувиись, продолжали заниматься своими делами: мол, мысль пришла!
Однажды отцу предложили хорошую работу в другом городе. Но ехать туда было страшновато: здесь уже обжитая квартира, родные, свой круг общения, стабильность...
Мать с отцом тогда всю голову сломали, несколько вечеров кряду решая, как правильно поступить. Накануне дня, когда отец должен был дать окончательный ответ потенциальному работодателю, спор разгорелся особенно жарко. Я там была и помню, как родственники горячились, а Сонечка играла на полу, словно и не слушая разговор. Ее и заметили-то не сразу — до того тихо ребенок сидел подле корзины с куклами и плющшевыми медведями.
— Андрюша, что делать-то будем в итоге? Ты уверен, что овчинка стоит выделки? — мама Сони явно нервничала.
— Черт его знает, — ворчал отец семейства. — Денег, конечно, сулят больше, но фирма толькотолько открылась, и что будет через год, непонятно...
— Деньги-то ладно, — продолжала — рассуждать мама Сони. — Но там большой город. Музеи, концертные. залы. Школы хорошие. Соня там будет развиваться. Наверняка и музыкалка не ровня нашей. Я на прошлой неделе случайно оказалась на их отчетном концерте. Без слез не взглянешь. Дети по 3 года занимаются и едва «Кузнечика» играют, Соня по сравнению с ними — маленький Моцарт. Ей там совершенно нечего делать. Она там деградирует!
— Да подожди ты, — морщился папа Сони. — Маленький Моцарт... Придумаешь тоже! Потом мы вроде о моей работе говорим, а нео Сониной музыке.
— Мы обо всем говорим! О будущем Сонечки — в первую очередь!
— Нет, я не понимаю... — вскипел глава семейства. — Ты что хочешь сказать, что мне безразлично будущее родной дочери? Да если хочешь знать...
— Папочка, не надо кричать, — обронила вдруг Соня, привычно держась рукой за лобик. — И не надо никуда уезжать. Там плохо будет.
Родители удивленно уставились на дочь, до
этого безмятежно игравшую в куклы. Они переглянулись и вдруг засмеялись. «Ну вот... устами младенца!» — развела я руками.
В конце концов было решено, что Андрей откажется от работы в другом городе. Он так и сделал и, знаете, не прогадал! Та фирма рухнула через год, оставив после себя большие долги по зарплате перед сотрудниками. Зато на старом месте Андрея спустя полгода выдвинули в руководители большого отдела, повысили жалованье и даже выдали служебный автомобиль с водителем. В общем, дела главы семейства явно пошли в гору.
А Соня все также продолжала иногда замирать, держась рукой за лобик. На вопросы обеспокоенных родителей она отвечала: «Мне там горячо...» |
Мать водила ребенка по врачам, но те лишь разводили руками — никаких отклонений не наблюдается. Да и самочувствие ребенка, исключая минуты этих приступов, было нормальным.
«Третий глаз никак пробивается», — шутили родные, а родители Сони улыбались в ответ, но помалкивали, ведь они давно заметили, что дочка в эти мгновения буквально прорицает будущее.
Третий глаз Сони не давал о себе знать по пустякам. Если девочке задавали какой-то глупый вопрос относительно будущего (к примеру, папа спрашивал, какая команда победит в футбольном матче), Соня явно терялась и не знала, что ответить. Но иногда выдавала действительно судьбоносные прогнозы на будущее. Когда ее тетка — мамина сестра — собиралась замуж, Соня вдруг произнесла: «Он плохой дядя и у него есть другая тетя!» Брак не состоялся, не по вине Сони разумеется. А потому что невеста застала жениха в постели с любовницей ровно за неделю до свадьбы!
Но самое главное — Соня уберегла своего деда от верной смерти. Как-то вечером, подержавшись за головку, Соня сказала задумчиво: «Дедушка лежит на полу, ему плохо!» Родители бросились к старику — он жил в соседнем районе города — и застали его действительно лежащим в коридоре. Несчастный пенсионер стал жертвой налетчиков. Банальная история. У нас целая серия подобных ограблений произошла, пока милиция наконец не накрыла шайку. В дверь звонила молодая улыбчивая женщина — совсем не похожая на злоумышленницу. Представлялась социальным работником и предлагала либо талоны на ярмарку, где пенсионеры могли купить продукты по сниженным ценам, либо просила заполнить анкету для постановки на очередь на санаторно-курортное лечение. Дедушке Сони предложили «записаться» в санаторий. Доверчивый старик открыл дверь и тут же был отброшен назад двумя здоровенными амбалами. Падая, он сильно ударился головой. Хорошо еще, что ничего себе не повредил: руки-ноги не переломал, сотрясение мозга не получил. По счастью, кто-то поднимался по лестнице и спугнул негодяев — в квартире они ничего не тронули. Но, убегая, захлопнули дверь. Так что неизвестно, дождался бы старик помощи или нет.
Родители Сони подняли дедушку, вызвали скорую. Машина приехала уже через 5 минут. Впрочем, мама девочки до сих пор считает, что ее отца спасла дочка, а не быстро прибывшие врачи.
Увы, с возрастом необычайные способности Сони прошли. «Так и не прорезался ее третий глаз!» — смеялся отец девочки. Ну а я считаю, что это к лучшему! Пусть Соня музыкой занимается. Будут ей и почет, и слава.