Хотите познакомиться с самой Ловкостью, облаченной в сандалии с крылышками? Эту богиню зовут и Гермесой, и Гермесией, и Гермесидой, а после выхода «Гарри Поттера» она предпочитает называть себя Гермионой. Чтобы больше соответствовать духу времени.
Это великая посланница и ткачиха комбинаций. Украсть коров у Аполлона, будучи в пеленках, и тут же изобрести лиру, чтобы задобрить жертву – это же чистый восторг!
Гермиона – покровительница воров, торговли, дорог и красноречия. А еще она – женщина, которая способна украсть твое сердце, пока ты считаешь сдачу в лавке, и вернуть его тебе уже в инкрустированной бриллиантами оправе, взяв небольшую комиссию за «хранение чувств».
*
Гермиона проснулась в шесть утра от того, что ее крылатые сандалии марки «Nike-Olympus» начали нетерпеливо хлопать крыльями, требуя выгула и свежих сплетен.
– Девочки, уймитесь, – пробормотала она, нащупывая золотой кадуцей, который за ночь опять запутался в шелковых простынях. – Сегодня суббота, Зевс обещал не метать молнии хотя бы до обеда.
Но работа вестницы богов не знала выходных. А в этот день у Гермионы намечалась нечеловеческая загруженность. Быть посланницей богов во второй четверти 21 века означало не только порхать между Олимпом и Тартаром, но и обладать навыками курьера бизнес-класса, хакера и профессиональной соблазнительницы дедлайнов. Надо было заставить весь мир вращаться вокруг своей талии.
Из одежды на ней были только уже упоминавшиеся крылатые сандалии (спецзаказ, левое крыло постоянно щекотало щиколотку) и короткий хитон, который держался исключительно на честном слове и божественной харизме.
Она ворвалась в кабинет к Аресу, когда тот полировал свой меч. Зрелище было бы суровым, если бы не Гермиона, которая влетела в окно, грациозно затормозив в сантиметре от его носа. От нее пахло озоном, дорогим парфюмом и легким привкусом украденного в пути нектара.
– У тебя уведомление, – промурлыкала она, прислонившись к массивному столу так, что изгиб ее бедра стал единственной стратегически важной точкой в комнате.
Арес сглотнул. Его меч звякнул о пол.
– Срочное? – хрипло спросил он, глядя на то, как золотой кадуцей в ее руке лениво обвивается вокруг ее тонких пальцев. Змеи на жезле, казалось, довольно посапывали.
– Зависит от того, как быстро ты умеешь распаковывать... – она сделала театральную паузу, выуживая из-за пазухи крошечный свиток, – информацию.
Гермиона подошла ближе. Ее крылышки на сандалиях нетерпеливо трепетали, создавая легкий ветерок, который дразняще приподнимал край ее наряда. Она протянула ему послание, но не выпустила его из рук, когда он потянулся за ним.
– Знаешь, Арес, – прошептала она, обдавая его ухо горячим дыханием, – скорость – это не только про полет. Это про то, как быстро бьется сердце, когда ты понимаешь, что почтальон всегда звонит дважды. А я даже не звонила. Я просто... вошла.
Она разжала пальцы. Свиток упал ему в ладони, но ее рука на мгновение задержалась на его запястье. Кожа к коже – электрический разряд прошил бога войны сильнее, чем любая молния Зевса.
– Доставка оплачена? – выдавил он, не сводя глаз с ее губ, на которых играла лукавая улыбка воровки.
– Чаевые на твое усмотрение, – Гермиона подмигнула и, резко оттолкнувшись, взмыла в воздух. – Но помни: я не принимаю возвраты. Только чистый восторг.
Она исчезла в золотистой вспышке, оставив Ареса в тишине кабинета. Он посмотрел на свиток, потом на окно, а потом на свои руки, которые все еще ощущали прикосновение самой быстрой, самой хитрой и самой невыносимо прекрасной женщины в пантеоне.
«Она снова украла мои часы», – понял он спустя минуту, глядя на пустое запястье. И, черт возьми, он был готов заплатить вдвое больше, чтобы она вернулась их отдать.
*
Гермиона приземлилась на крыше элитного пентхауса в Нижнем Аиде. Воздух здесь был тяжелым, пропитанным ароматом дорогого табака и забвения. Она поправила ремешок сандалии, который коварно впивался в кожу, и стряхнула с хитона невидимую пылинку. В этом сезоне она предпочитала полупрозрачные ткани – не из эксгибиционизма, конечно, а исключительно ради аэродинамики. Ну и чтобы Харон не забывал дышать, когда она пролетает над Стиксом.
Ей нужно было доставить конфиденциальный пакет самому Аиду.
Владыка теней сидел в кресле из кости дракона и выглядел мрачнее обычного. Когда Гермиона материализовалась прямо на его рабочем столе, опрокинув чернильницу в форме черепа, он даже не вздрогнул.
– Ты опоздала на три наносекунды, – сухо заметил он, глядя на ее стройные колени, оказавшиеся на уровне его глаз.
– О, мрачный мой, – Гермиона медленно потянулась, выгибая спину так, что хитон опасно натянулся на груди. – Я просто выбирала маршрут, где ветер более... ласковый. Он так приятно холодит кожу, когда летишь над бездной. Хочешь проверить?
Она спрыгнула со стола, двигаясь с грацией ртути. Кадуцей в ее руке мягко светился, змеи на нем сплелись в экстазе, явно наслаждаясь атмосферой.
– Пакет, – коротко бросил Аид, хотя его взгляд на мгновение задержался на золотой цепочке, обхватывающей ее лодыжку.
– Он спрятан в очень надежном месте, – промурлыкала она, подходя к нему вплотную. – Знаешь, я ведь богиня воров. Я умею прятать вещи так, что их не найдет даже самый проницательный взгляд. Но для тебя... я сделаю исключение. Если ты сможешь его нащупать.
Она взяла его холодную руку и медленно направила ее к потайному карману, скрытому в складках ткани на ее бедре. Аид замер. Тишина в кабинете стала такой густой, что ее можно было резать мечом. Его пальцы коснулись тонкого шелка, под которым ощущалось живое, пульсирующее тепло божественного тела.
– Гермиона… – его голос стал на октаву ниже.
– Да, владыка? – она склонила голову, позволяя каскаду волос коснуться его плеча. – Тебе нужна информация или ты всего лишь получаешь удовольствие от самого процесса поиска?
Тут в дверь настойчиво забарабанили. Цербер за стеной с угрозой гавкнул всеми тремя головами одновременно. Гермиона с ловкостью отстранилась, оставив в аидовой руке крошечный флеш-накопитель из обсидиана черного цвета.
– Это отчетность по душам-уклонистам за прошлый квартал, – подмигнула богиня, уже зависая в нескольких дюймах над полом. – И, кстати, дружок... твое вино в погребах – это что-то божественное. Я взяла пару ящиков на дегустацию. Можешь считать это налогом на… мое роскошное бедро.
– Убирайся отсюда, – беззлобно бросил Аид, сжимая флешку с такой силой, словно речь шла о самой курьерше.
– Уже улетела! – она засмеялась, и ее смех колокольчиком рассыпался по мрачным пространствам, еще долго вибрируя в воздухе.
Оказавшись на свежем воздухе Элизиума, наша героиня довольно улыбнулась. Работа курьера, конечно, тяжелая, но бонусы – типа выражения на лице бога подземного царства, когда его рука прикасается к запретному – стоили всех потраченных калорий. Гермиона проверила список: остался один адрес. Посейдон.
«Надеюсь, он сегодня в плавках, – подумала она, прибавляя скорость. – А то в прошлый раз его трезубец стоял слишком... вызывающе».
*
Гермиона зависла над лазурными водами Эгейского моря. Ветер приносил запахи соли, дорогих яхт и назревающего шторма. Посейдон всегда был «сложным клиентом»: влажным, переменчивым и склонным к излишнему драматизму.
Она нырнула в воду, не заботясь о прическе. В конце концов, мокрый шелк хитона прилипал к телу гораздо эффектнее сухих складок. Под водой ее сандалии работали как турбины, оставляя за собой золотистый след пузырьков.
Владыка морей ждал ее в коралловом гроте, лениво почесывая за ушком гигантского морского конька. На нем не было ничего, кроме набедренной повязки из чешуи дракона, которая сидела так низко, что Гермиона невольно зауважала силу гравитации.
– Опять ты, маленькая воровка, – пророкотал он, и вибрация его голоса заставила ее кожу покрыться приятными мурашками. – Что на этот раз, Герми? Повестка в суд от Гринписа или приглашение на ужин от Амфитриты?
– На этот раз – личное, – Гермиона подплыла совсем близко, позволяя течениям колыхать ее тело рядом с его мощным торсом. Она обвила ногами его бедро, чтобы удержаться на месте, и почувствовала, как напряглись его мышцы. – Зевс передал, что ты слишком часто «случайно» вызываешь цунами рядом с особняками его любовниц. Это неспортивно.
– Зевс слишком много воображает, – Посейдон положил тяжелую ладонь ей на талию, притягивая ближе. – А ты слишком много летаешь. Твои мышцы... такие тугие.
– Это от постоянного сопротивления... воздуху, – выдохнула она прямо ему в губы. Вода вокруг них начала нагреваться. – И не только ему.
Она достала из-за пояса герметичную капсулу, но вместо того, чтобы отдать ее, начала медленно водить ею по его груди, прослеживая путь каждой капли воды. Посейдон перехватил ее запястье, и в этот момент море вокруг грота закипело.
– Ты ведь знаешь, Герми, что в моих владениях все движется медленнее, – его голос стал густым как патока. – Здесь нет дедлайнов. Только приливы и отливы.
– О, я заметила твой... прилив, – она лукаво опустила взгляд вниз, туда, где чешуйчатая повязка явно стала тесновата. – Но боюсь, мой график не терпит штиля.
Она внезапно выскользнула из его объятий, оставив в его руке капсулу и... свое жемчужное ожерелье, которое он так жадно разглядывал.
– Считай это залогом, – крикнула она, устремляясь к поверхности. – Если захочешь вернуть – найди меня на Олимпе. Я буду в баре «Золотое руно» после полуночи. Приходи в чем-нибудь... менее мокром. Или вообще без ничего.
Выскочив из воды, Гермиона встряхнулась как кошка. Ее кожа сияла на солнце, а крылышки на сандалиях радостно затрепетали, высушивая себя на лету.
День подходил к концу. Она выполнила все заказы, украла два сердца, одни часы и целую кучу божественного спокойствия. Вечер обещал быть еще более интересным, ведь когда Гермес – женщина, даже боги начинают верить в чудеса. Она взмыла в розовое небо заката, зная одно: этот год будет очень жарким!
Бонус: картинки с девушками
Подписывайтесь на наш канал, друзья! Новые рассказы на Дзен каждый день!