Найти в Дзене
Натали | Обзоры книг

«Грипп, Екатеринбург и немного ада: почему “Петровы в гриппе” — не про болезнь

Если бы эта история происходила в Москве или Петербурге, эффект был бы совсем другим. Там и без того «случается всё» — слишком много шума, символов, привычного литературного фона. А вот мысль о том, что метро существует и за пределами двух столиц, до сих пор кажется почти анекдотичной (хотя на самом деле оно есть ещё в нескольких российских миллионниках — где-то работает, где-то строится, где-то только обещают).
Но действие разворачивается в Екатеринбурге — большом городе, о котором так и тянет по инерции сказать «динамично развивающийся», хотя лучше этого не делать. В центре романа Петровы в гриппе и вокруг него — самая обычная семья. Автослесарь Петров. Его жена Петрова, библиотекарь. Их сын — школьник, тоже Петров. И все трое болеют гриппом. Именно поэтому на протяжении книги так и не становится окончательно ясно: странности, хтонь и внезапный сюр — это следствие высокой температуры и ломоты в теле или же вполне реальная ткань мира. По мелькнувшей в тексте фамилии Россель можно пре

Если бы эта история происходила в Москве или Петербурге, эффект был бы совсем другим. Там и без того «случается всё» — слишком много шума, символов, привычного литературного фона. А вот мысль о том, что метро существует и за пределами двух столиц, до сих пор кажется почти анекдотичной (хотя на самом деле оно есть ещё в нескольких российских миллионниках — где-то работает, где-то строится, где-то только обещают).

Но действие разворачивается в Екатеринбурге — большом городе, о котором так и тянет по инерции сказать «динамично развивающийся», хотя лучше этого не делать.

В центре романа Петровы в гриппе и вокруг него — самая обычная семья. Автослесарь Петров. Его жена Петрова, библиотекарь. Их сын — школьник, тоже Петров. И все трое болеют гриппом. Именно поэтому на протяжении книги так и не становится окончательно ясно: странности, хтонь и внезапный сюр — это следствие высокой температуры и ломоты в теле или же вполне реальная ткань мира. По мелькнувшей в тексте фамилии Россель можно предположить, что действие происходит не в далёком прошлом, но и не совсем «прямо сейчас».

-2

Начало романа невозможно не полюбить. Автослесарь Петров случайно сталкивается с неблизким знакомым Игорем — и буквально через несколько минут они уже пьют в катафалке, прямо на крышке гроба. Вскоре к ним присоединяется водитель катафалка, потом все едут куда-то на окраины, затем водитель сбегает вместе с машиной (и гробом, и покойником внутри). А утром Петров снова просыпается в том же самом катафалке — и запах формалина, пропитавший его одежду, безошибочно улавливает жена.

Дальше сюрреалистические эпизоды легко и почти без швов соседствуют с описанием быта: работы, семейных разговоров, встреч со знакомыми, поездок по городу. Где-то на этом фоне возникает трёхголовый пёс Цербер, где-то — ощущение, что реальность слегка «плывёт», но при этом всё остаётся пугающе узнаваемым. И внезапно понимаешь: книга действительно не хуже отзывов о ней. Становится ясно, почему её так часто упоминали в шорт-листах и номинациях литературных премий.

-3

При этом читательские отклики выглядят почти умилительно однотипно: «Какой-то бред». И ведь правда — бред. Но именно в этом и сила текста. Он не пытается быть аккуратным, удобным или логичным до конца. Он просто существует — как высокая температура, как зимний город, как жизнь, которая продолжается даже тогда, когда ты лежишь с гриппом и не до конца понимаешь, что вокруг происходит.

-4

Автор романа — Алексей Сальников. Ему около сорока, он родился в Тарту, живёт на Урале. В 2018 году выпустил ещё один роман — «Отдел», с неожиданно бодрой и многообещающей аннотацией.

Тест Бехдель книга проходит.

Моя оценка — 8 из 10. Это странный, тягучий, местами абсурдный текст, который отлично работает именно потому, что не пытается понравиться. И Екатеринбург здесь — не фон, а полноценный участник происходящего.