Иногда кажется, что слово «прощение» у нас используют как универсальный пластырь. Приложи – и всё заживёт. Неважно, больно ли, несправедливо ли, разрушительно ли. Главное – потерпеть. Особенно если речь идёт о близких. Особенно если «кровь – не вода».
Мать Тереза когда-то сказала фразу, которую любят цитировать на открытках и в соцсетях:
«Для крепкого семейного союза не достаточно одной любви. Нужно научиться прощать…»
Фраза красивая, почти безупречная. Но если посмотреть на статистику разводов и количество разрушенных семейных связей, становится ясно: либо прощать у нас не умеют, либо прощают совсем не то и совсем не так.
А может, проблема в другом. Может быть, не все отношения вообще должны выживать любой ценой. Есть вещи, на которые невозможно закрыть глаза. Есть поступки, после которых любовь не лечится, а только загоняется глубже, где начинает гнить. И тогда расставание – не трагедия, а санитарная мера. Чем раньше люди, совершенно не подходящие друг другу, расходятся, тем меньше разрушений оставляют после себя.
Но жизнь устроена хитрее, чем романтические фильмы. Есть отношения, из которых не выйдешь, хлопнув дверью. От матери не разведёшься. От отца не уйдёшь «в новую жизнь». Бабушки, дедушки, дети, внуки, братья, сёстры – здесь не работает логика «не сошлись характерами». Приходится жить, общаться, выстраивать что-то похожее на баланс. Или делать вид, что выстраивать.
По телевизору сейчас показывают сериал с Анной Михалковой. По сюжету её героиня бесконечно прощает младшую дочь. Та грубит, хамит, катится по наклонной, переступает все возможные границы. А мать всё терпит. Всё объясняет. Всё прощает. Зрители нервничают, спорят, ждут хоть какого-то просвета. Но пока – глухая стена.
Дочь бросает матери фразу, от которой внутри холодеет: «Если ты хоть что-то мне запретишь, ты больше меня никогда не увидишь».
И вот тут возникает вопрос, от которого не отмахнёшься: что делать матери в такой ситуации? Где проходит граница между терпением и самоуничтожением?
Юношеский максимализм – вещь шумная, резкая, но часто временная. Его можно пережить, если хватит сил и если с другой стороны есть хоть капля уважения. Но иллюзия, что с возрастом всё обязательно «само образуется», – одна из самых опасных.
Недаром сатирик заметил: «Мудрость не всегда приходит с возрастом. Иногда возраст приходит один».
Есть взрослые люди, которые так и не научились ни благодарности, ни сдержанности, ни элементарному уважению. Возраст не делает их мягче – он лишь снимает маски.
В одном доме живёт пожилая женщина – ей за восемьдесят. Её дочери – далеко за пятьдесят. Дочь росла как принцесса: лучшее – ей, последнее – тоже ей. Мать старалась быть «правильной», «хорошей», «не такой, как другие». Выросло то, что выросло. Крики по пустякам, унижения, давление, сцены. После таких разговоров у обеих скачет давление так, что приходится вызывать скорую.
Старушка снова и снова задаёт один и тот же вопрос:
– За что она со мной так?
И этот вопрос повисает в воздухе. Потому что она действительно старалась. Потому что злого умысла не было. Потому что никто не рассчитывает на такую старость. Может, избаловала. Может, жизнь перекосила характер. А может, человек просто оказался таким, каким оказался.
Но со стороны это выглядит страшно. И поучительно. Иногда чужая семейная боль – это зеркало, в котором видишь, как делать не надо. Как отвратительно выглядит вседозволенность. Как быстро любовь превращается в оружие.
Восточная, а точнее арабская мудрость говорит жёстко и без сантиментов:
«Вы будете прощать близкого человека, пока не возненавидите его».
В этой фразе нет ни грамма романтики. Зато в ней есть правда, от которой хочется отвернуться. Бесконечное прощение не ведёт к свету. Оно не шлифует отношения до идеала. Оно загоняет человека в тупик, где накапливается злость, усталость и отвращение – сначала к другому, потом к себе.
Когда в душу плюют, а в спину бьют, а в ответ – только «ничего, я потерплю», это уже не добродетель. Это медленное самоуничтожение.
Иногда единственное здоровое решение – отдаляться. Уходить. Даже от самых близких. Не обязательно физически, не всегда резко. Но чётко, ясно, с границами.
В восемьдесят с лишним лет сделать это почти невозможно. Иногда выбор действительно выглядит так: жить с токсичным родственником или остаться совсем одной. Но есть нюансы, о которых редко говорят вслух. Например, полная финансовая и моральная зависимость. Когда имущество переписано, решения отданы, а собственная жизнь словно сдана в аренду. В таких условиях чувство безнаказанности у другой стороны расцветает пышным цветом.
А может, дело и не в недвижимости. Может, всё упирается в характер. Но вывод остаётся прежним и довольно жёстким.
Нельзя позволять себе попадать в кабалу – ни моральную, ни финансовую, ни физическую. Нужно оставлять себе пространство для манёвра. Возможность сказать «нет». Возможность отойти на шаг. Возможность не прощать то, что разрушает.
«Прощение – это не обязанность. Это выбор. И он не должен быть смертельным».
Потому что когда выбора не остаётся, остаётся только бесконечно прощать. А есть вещи, которые прощать нельзя – не из злости, а из уважения к себе.
Что думаете по этому поводу? Делитесь в комментариях!
Друзья, огромная благодарность тем, кто поддерживает канал донатами! Это не просто поддержка, а знак, что вам нравится канал. Это даёт силы создавать ещё больше полезного, интересного и качественного контента для вас!
Буду очень признательна, если вы поставите лайк, потому что это помогает каналу развиваться. Подписывайтесь на канал, здесь много полезного.