— Ты меня бросаешь? — воскликнула Катерина.
— Я не бросаю, а возвращаюсь к жене и к детям, — ответил Иван.
— Ах, возвращаешься?! — возмутилась Катерина. — Как только узнал, что твоя жена пошла на повышение, сразу решил обратно к ней вернуться?
— Но при чём здесь повышение, Катя?
— Притом!
— Я возвращаюсь вовсе не поэтому.
— А почему?
— Потому что понял, что люблю Наташу. А с тобой мне плохо. Мне у тебя не нравится, как ты не понимаешь. Поэтому я и ухожу.
— Ты же ушёл от жены полгода назад.
— И что?
— И за всё это время ты ни разу даже не намекнул, что тебе у меня не нравится и что ты любишь свою жену.
— Потому что я тактичный человек. И умею вести себя в обществе. Зачем мне сообщать тебе неприятные вещи?
— А как только я сказала, что твоя жена пошла на повышение и что она теперь директор мясокомбината, ты сразу понял, что любишь её! Тебе не кажется это странным, Ваня?
— Мне не кажется. И то, что Наташа теперь директор, ничего для меня не значит.
— А как же я?
— А с тобой у меня было несерьёзно. Лёгкое увлечение и не более того. Прости.
— Ты поступаешь подло!
— Ой, вот только не надо, да. Подло! Уж кому-кому, но только не тебе говорить о подлости, Катя. А увести меня из семьи — это, по-твоему, не подло? Так что давай не будем. Тем более что я извинился.
— Учти, я тебя обратно не приму.
— И не принимай. Подумаешь! Обратно она меня не примет. Очень надо!
— И не приходи больше!
— И не собираюсь.
— И верни мне двести тысяч, которые должен.
— Я? Должен тебе двести тысяч? Ты соображаешь, что говоришь? За что же я тебе должен?
— За то, что жил в моей квартире. Вместе со мной! И двести тысяч — это ещё не много.
— Изволь. Если ты настаиваешь, я верну.
— Настаиваю.
— Но у меня сейчас нет. Позднее я тебе их переведу.
— Когда?
— Ну ты же видишь, в каком я сейчас положении, Катя. Ну будь ты человеком. Я ведь, можно сказать, жизнь новую начинаю. Вот встану на ноги и сразу пришлю. Я верну тебе твои двести тысяч. Не сомневайся.
— Пока не вернёшь, не выпущу из квартиры. Ты меня знаешь.
Иван попробовал пройти, но у него не получилось.
«Придётся заплатить ей, — подумал он. — А то ведь и в самом деле не выпустит».
Иван перевёл Катерине деньги и ушёл.
***
А уже через час он звонил в квартиру жены.
«Моя жена теперь директор мясокомбината, — думал он. — Господи, какое счастье. Наконец-то и я тоже заживу по-человечески. С завода уволюсь. Хватит. Поработал пятнадцать лет сменным мастером, и будет. Устроюсь к жене. Заместителем директора мясокомбината. Я чувствую, что это моё».
— Тебе чего? — спросила Наталья, открыв дверь.
— Вот, Наташа, — сказал Иван, — я и вернулся.
— А чего ты вернулся-то?
Будущему заместителю директора мясокомбината не понравилось, как его встретили.
— В квартиру-то пусти! — сказал он.
— Сначала на вопрос ответь.
«Ладно, — подумал Иван, — стерплю и это».
— Ой, Наташа, — сказал он. — Какая же ты иногда бываешь вредная.
— Чего явился тогда, если я вредная?
— Потому что люблю тебя, вот и явился. И не явился, а вернулся. И по детям соскучился. А кроме того, мы с тобой муж и жена. Да пусти же в квартиру-то.
— А чего же уходил, если любишь?
— Глупый был, вот и уходил. Ошибся, потому что. Увлёкся другой. А кто не ошибается, Наташа? Кто не увлекается, назови? Но теперь там у меня всё.
— Точно всё?
— Точно, Наташа. Обратной дороги нет. Та женщина для меня больше ничего не значит.
— Ну, к той, может, и нет обратной дороги, а к другой — есть.
— К какой ещё другой, Наташа? Ты за кого меня принимаешь? Я честный человек! Да ты пусти в квартиру-то, Наташа, пусти. Или так и будешь в дверях держать?
— Миллион.
— Что «миллион»?
— С тебя миллион, если хочешь вернуться.
— Почему так много?
— За всё время, что тебя не было.
— А вот сейчас не понял. Объясни.
— А чего здесь объяснять. По-моему, всё понятно.
— Мне не всё понятно.
— У тебя ведь двое детей, по которым, как ты говоришь, соскучился.
— А при чём здесь мои дети?
— Дети-то как раз и при чём. На чьи, по-твоему, деньги они всё это время жили? Ты ведь за все эти полгода ни копейки на них не потратил. А мы ведь с тобой ещё муж и жена, и алименты я от тебя не получаю.
— Ах, это!
— Это, Ваня, это.
— Изволь. Дети — это святое. Но только у меня сейчас нет денег. Позднее ты получишь всё.
— Ну вот как получу, тогда и приходи, — ответила Наталья и уже хотела закрыть дверь.
— Да подожди ты, подожди, — воскликнул Иван. — Чего ты сразу-то дверь передо мной закрываешь?
— Если перед тобой закрылась одна дверь, то тут же откроется другая. Так ты мне говорил, когда уходил?
— Я говорил, чтобы ты не расстраивалась, Наташа. И я говорил в аллегорическом смысле. Я, когда тебе говорил это, имел в виду себя и наши с тобой отношения. А ты закрываешь передо мной дверь в буквальном смысле. Так нельзя.
— Миллион.
«Стану заместителем директора, — думал Иван, — и всё верну».
— Ну хорошо, хорошо, — сказал он. — Сейчас переведу.
Иван перевёл деньги жене, и она разрешила ему войти.
— Дом, — умиротворённо произнёс Иван, войдя в квартиру. — Милый дом. Господи, какой же я был недалёкий, когда ушёл от тебя, Наташа. И как хорошо, что я вовремя одумался и вернулся. Только ты не подумай, Наташа, что я вернулся, потому что ты теперь директор мясокомбината.
— Я и не думаю.
— И правильно делаешь.
— С какой стати мне так думать?
— Ну, мало ли. Вдруг.
— Нет, Ваня. Я так не думаю.
— И правильно делаешь. А вот Катерина думает именно так.
— Кто такая Катерина?
— Никто. Скверная женщина. Думает о людях только плохое. Уверена, что я к тебе вернулся, потому что ты стала директором мясокомбината.
— Вздор.
— Вот и я так говорю.
— Как ей только в голову такое пришло?
— Так я же говорю. Скверная женщина. Такой, как она, и не такое в голову прийти может.
— Я понимаю, конечно, — Наташа сделала удивлённое лицо и пожала плечами. — Но мясокомбинат? Директор? С какой стати я должна была стать директором мясокомбината?
— В смысле?
— В прямом. Я ведь работаю мастером на ткацкой фабрике.
— А действительно? — задумчиво произнёс Иван. — С какой стати тебе возглавлять мясокомбинат?
— Странная эта твоя Катерина.
— Да уж. Наверное, она что-то перепутала. А что, в таком случае, ты возглавила?
— Ничего я не возглавила. Да и с какой стати?
— Но-но, Наташа. Ты это... Ты того. Не шути так. Лучше скажи мне, директором какого комбината ты стала, если не мясного?
— Я?
— Ты, Наташа, ты.
— Директором?
— Ну да.
— С какой стати?
— Хочешь сказать, что ты не директор?
— Нет, конечно.
— А кто ты?
— Что значит это твоё «кто ты»?
— Кем трудишься, спрашиваю?
— Мастером. На ткацкой фабрике.
— Нет.
— Да.
— А зачем я тогда всё это сделал?
— Что это?
— Вернулся к тебе.
— Так ты сам же сказал, что любишь меня и по детям соскучился. Поэтому и вернулся.
— Получается, что Катерина всё придумала?
— Не понимаю, о чём ты меня спрашиваешь.
— Она сегодня разбудила меня в шесть утра и сказала, что ты стала директором мясокомбината. Получается, что Катерина это всё выдумала?
— Ты меня спрашиваешь?
— А кого мне ещё спрашивать, Наташа? Ведь ты моя жена! Тебя и спрашиваю.
— Позвони Катерине и спроси у неё.
— Катерине?
— Ну да.
— Ты думаешь?
— А кому ещё-то?
— Точно. Так и сделаю. Позвоню ей.
Иван схватил телефон и позвонил Катерине.
— Признайся, коварная, ты всё придумала насчёт повышения Натальи? — закричал Иван, как только услышал голос Катерины.
— Ну, придумала, — ответила Катерина.
— О-о! Зачем? Зачем ты так поступила со мной? Почему?
— А потому что директором мясокомбината назначили меня, а не твою жену.
— Как тебя?
— А вот так.
— А зачем же ты сказала, что Наташу назначили директором?
— А затем, что иного способа проверить, насколько сильно ты меня любишь, я не придумала. Вот и проверила.
Катерина выключила телефон. Иван посмотрел на жену.
— Что? — спросила Наташа.
— Катерину назначили директором мясокомбината.
— Ты её любишь?
— Очень. Вот только сейчас я это понял.
— Так беги скорее к ней.
— Ты думаешь?
— Я уверена.
— Я правильно понимаю, что миллион ты мне обратно не вернёшь?
— Правильно.
— Тогда я побежал?
— Беги.
И Иван убежал. А Наташа закрыла за ним дверь и вздохнула с облегчением. Через месяц они развелись. ©Михаил Лекс