Наша северо-западная местность не видит солнца уже второй месяц, поэтому окружающий мир погрузился в сотни оттенков серого, что оказывает депрессивное влияние на тонкую душевную организацию многих граждан. Хочется выпить. Чая там, какого-нибудь, или коньяку… исключительно, чтобы её, эту тонкую организацию, поддержать!
Или уехать куда-нибудь из этой кромешной серости в … другую серость. Хотя бы.
Вчера мы с друзьями поехали в Петергоф.
Зимний Петергоф имеет существенные преимущества перед летним своим состоянием.
Во-первых, почти нет никакого. Было малолюдно, холодно и тихо.
Во-вторых, можно припарковаться в приятной близости от входа, и не раздражаться на толпы бредущих по дорожкам парка любителей прекрасного.
Нижний сад, в отсутствии людей, фонтанов и скульптур выглядит сонным провинциальном парком культуры и отдыха.
Нет помпезности, величия. Хотя Большой Дворец нисколько не уменьшился в размерах, только немного потускнел.
То тут, то там сиротливо стоят серые короба, скрывающие в своих недрах скульптурное богатство дворцово-паркового ансамбля. Однако статуи Большого Каскада стоят совершенно голые, и золотое их покрытие тускло мерцает на фоне серого неба.
Походили неспешно, отдохнули душой от суеты. К заливу не пошли. Хоть у нас с собой и было. Но не настолько, чтобы стоять на ледяном январском ветре, любуясь на ледяную морскую даль.
Нет, конечно, если бы на берегу залива установили ледяной самовар с десятью литрами водки и с бесплатной раздачей этой водки всем желающим, как это сделали в одном питерском дворике недалеко от Эрмитажа, мы бы пошли. А без самовара-то, что идти?
Ну и последний кадр, снятый замерзшими руками.
Из серии «Это Питер, детка»
Вход в общественный туалет Нижнего парка Петергофа.
Гуляя по парку, взял кофе с собой, ознакомился с выдержкой из дневников Николая II и пошёл в туалет.