— Матери хуже. Ноги совсем не держат, вчера два раза упала, пока до туалета шла.
Я один не справляюсь, у меня спина, ты же знаешь.
В общем, мы посовещались и решили: перевезем ее к тебе.
Лиза медленно опустилась на табурет. Сердце ухнуло куда-то в район желудка.
— К нам? Пап, ты видел нашу квартиру? У нас одна комната, там мы с мужем и ребенок. Куда я ее положу?!
— Не выдумывай. Муж твой на раскладушке поспит на кухне, а мать на диван ляжет.
Тебе всё равно дома сидеть, за малым присматривать, одним больше, одним меньше — какая разница?
А нам сейчас лишние расходы ни к чему!
В семье Лизы всегда была четкая иерархия. На вершине горы стоял Мишенька — долгожданный сын, «наследник», ради которого родители были готовы на всё.
Лиза была просто «первым блином», который, по мнению матери, вышел комом.
Лиза хорошо помнила свой десятый день рождения — ей тогда подарили коробку конфет и набор дешевых заколок.
А через неделю Мише, которому исполнилось шесть, вручили огромную железную дорогу, занявшую половину гостиной.
— Мам, а почему Мише дорогу, а мне только конфеты? — спросила тогда маленькая Лиза.
— Миша — мальчик, и он младше, — отрезала мать, Галина Аркадьевна. — А ты старшая, должна уже уметь делиться!
И вообще, не смей завидовать брату. Пойди лучше помоги ему собрать рельсы, а то он расстроится.
И так было во всем.
Когда пришло время делить комнаты, Лизу переселили в проходной зал на неудобную софу, потому что «Мишеньке нужен отдельный уголок для занятий.
Когда Лиза мечтала о танцевальном кружке и даже прошла отбор, отец сказал, как отрезал:
— Денег нет. Мише нужен репетитор по английскому. Он у нас способный, он всего добьется. Нужно только старт правильный ему дать!
Миша в итоге никуда не пошел. Английский он прогуливал, в школе перебивался с тройки на двойку, зато всегда был в самых модных кроссовках и с последним телефоном.
Лиза же зубрила учебники в полумраке зала под звуки телевизора, который родители смотрели до полуночи.
Когда Лиза поступила на бюджет в престижный вуз, родители даже не устроили праздничного ужина.
— Ну, поступила и молодец, — зевнул отец. — Собирай вещи, поедешь в общежитие.
Квартиру мы снимать не будем, надо Мише на учебу откладывать. На бюджет точно не пройдет с его-то аттестатом…
— Но в общежитии условия тяжелые, там по четыре человека в комнате, — пыталась возразить Лиза.
— Ничего, не помрешь, — вставила мать. — Имей совесть, подумай о брате! Ты хочешь, чтоб он дворником всю жизнь горбатился?
Лиза пять лет прожила в общаге, подрабатывая по ночам официанткой, чтобы купить себе зимние сапоги.
Миша в это время менял иномарки, которые родители покупали ему одну за другой, «чтобы перед ребятами не стыдно было».
Каждую его разбитую фару, каждый штраф оплачивали из тех денег, что отец откладывал «на старость».
***
— Лиза, ты меня слышишь? — голос отца в трубке стал громче. — Завтра в два часа привезем маму.
Подготовь там всё. Постель чистую застели, суп диетический свари.
— Я никого не приму, — тихо, но отчетливо произнесла Лиза.
— Что ты сказала? — отец, кажется, даже поперхнулся. — Повтори!
— Я сказала, что не приму маму. У меня двухлетний ребенок. Он требует внимания двадцать четыре часа в сутки.
У меня муж, который впахивает на двух работах, чтобы мы не голодали. И у меня нет ни сил, ни места, чтобы ухаживать за лежачим больным.
У вас есть любимый сын. Вот к нему и везите.
— У него свадьба! — взревел отец. — Ты понимаешь, что ты сейчас делаешь? Ты предаешь семью!
Миша залез в такие долги, чтобы эту свадьбу организовать, мы ему всё до копейки отдали. Он сейчас на нервах, ему не до этих проблем!
— В долги? — Лиза невесело рассмеялась. — Опять? Напомнить, как три года назад он сел за руль нетрезвым и снес забор вместе с соседской теплицей? Тогда вы тоже отдали всё, чтобы дело замяли.
А когда я выходила замуж и просила хотя бы небольшую сумму на первый взнос по ипотеке, вы сказали, что Мишеньке нужно «поправить здоровье» после того случая.
— Это другое! Тогда была беда!
— Беда у вас в головах, папа. Миша — здоровый мужчина, у него есть квартира, которую вы ему купили. У него есть возможность нанять сиделку матери, если он такой успешный!
— Ах ты... расчетливая, — отец перестал выбирать слова. — Мы тебя вырастили, выкормили! Мы тебе будущее обеспечили, благодаря нам ты образование получила.
Да ты по гроб жизни нам теперь обязана будешь! У тебя совесть есть вообще? Мать забери, я сказал!
— Вы пытались вырастить себе прислугу, но просчитались. Всё, папа, мне пора кормить ребенка.
Завтра меня дома не будет, мы уходим в поликлинику, а потом к свекрови. Можете не приезжать.
Лиза нажала отбой и мотнула головой, смахивая набежавшие слезы.
***
Через час в дверь забарабанили. Не зазвонили, а именно застучали кулаком. Лиза прижала проснувшегося и плачущего сына к себе.
— Лизавета, открывай! Я знаю, что ты там! — горланил брат. — Открывай, говорю! Живо!
Лиза подошла к двери, но цепочку снимать не стала.
— Чего тебе, Миш?
— Ты что, совсем об..рзела?! Отец звонит, чуть не плачет, мать на таблетках с утра. Ты почему отказываешься помогать? Тебе трудно диван освободить?
— Миш, а почему ты не освободишь свою огромную спальню? У тебя же их две. Положи маму в одной, Ангелина твоя пусть за ней ухаживает.
Она же скоро станет членом семьи, вот пусть и проявляет заботу о любимой свекрови.
— Ты с ума сошла? — Миша аж задохнулся. — Геля — модель, она не будет из-под чужой ст..рухи горшки таскать!
Да она такой косметикой пользуется, которая стоит как твоя коляска. Ей нельзя в такой обстановке находиться, ты понимаешь это или нет?
У нас торжество на двести человек, у нас медовый месяц на Мальдивах! Ты хочешь мне жизнь испортить?
— Твои путевка стоит как год работы профессиональной сиделки, — заметила Лиза. — Отмените поездку, наймите маме помощницу. В чем проблема?
— Проблема в тебе! Ты всегда была жадной и злой. Родители тебе всё дали, а ты...
— Что они мне дали, Миша? Подержанный велосипед на шестнадцатилетие, когда тебе купили мотоцикл?
Или общагу с тараканами, когда ты в студии на кожаном диване кантовался?
Ты хоть раз в жизни сам заработал на что-то серьезнее пачки сигарет?
— Да как ты смеешь! Я бизнес открываю! У меня дел невпроворот, я готовлюсь большие деньги зарабатывать.
Да я в свое будущее инвестирую! На кой ляд мне обуза в виде лежачей инвалидки?
Лиза усмехнулась.
— Ты имеешь в виду те деньги, что отец выручил, продав свой гараж и дачу? Те самые, что должны были пойти на лечение мамы?
Миша замолчал на секунду, а потом выдал:
— Это была их воля. Они верят в меня. А ты... ты просто завидуешь.
Короче, завтра мать будет здесь. Хочешь ты этого или нет. Отец привезет ее на такси и оставит у подъезда, если не откроешь. Поняла?
— Попробуйте, — тихо сказала Лиза. — Я вызову полицию и опеку. И зафиксирую, что вы оставили беспомощного человека в опасности.
Посмотрим, как это скажется на твоем «бизнесе» и репутации твоей драгоценной Гели.
Миша еще что-то кричал, пинал дверь, но Лиза ушла в комнату.
Она включила мультики Артему, чтобы заглушить шум, и села на пол, обхватив колени руками.
Мужу, естественно, она все рассказала. И супруг ее поддержал.
***
На следующий день телефон разрывался от звонков. Тетя Валя, мамина сестра, звонила с обвинениями:
— Лиза, как ты можешь, она же тебя родила! Вот не ожидала от тебя такого! Мать, больную и немощную, пом..рать бросить в одиночестве!
Крестный тоже позвонил:
— Лиза, будь человеком, Мише надо жизнь устраивать. У тебя совсем сердца нет? Досматривать родителей должна дочь, а не сын!
Все родственники, которые годами наблюдали, как Лизу задвигают на задний план, теперь дружно встали на сторону «золотого мальчика».
Лиза поначалу отвечала, а потом перестала брать трубку. Чтобы немного отвлечься, она собрала сына и поехала с ним в парк на другом конце города. Телефон она оставила дома.
А муж заявил:
— Я завтра отгул взял, если что, буду встречать лично твоего папашу и братца. Пусть знают, что тебя есть кому защитить!
Но ни в тот день, ни на следующий и отец, ни брат не явились. Лиза уже было успокоилась — вроде бы ее оставили в покое.
***
Наступил день, когда Миша должен был с размахом отмечать мальчишник.
Лиза готовила ужин и ждала мужа с работы. Когда в дверь позвонили, она перепугалась. Неужели опять начинается?
Позвонили еще раз, и она пошла посмотреть, кто там. За дверью стояла Ангелина, невеста брата.
Почему-то в обычном спортивном костюме и с размазанной тушью под глазами.
Ангелину Лиза видела всего несколько раз в своей жизни — Миша, когда начал с ней встречаться, притащил знакомиться к сестре.
Пыль в глаза пустить хотел, показать, что семья у них нормальная.
Лиза открыла дверь.
— Можно войти? — спросила Ангелина.
Лиза отступила, пропуская ее.
— Что случилось? Миша прислал на разведку? Пошли на кухню, у меня там картошка жарится.
— Нет, — Ангелина мотнула головой. — Я ушла от него.
Лиза замерла с чайником в руках.
— Почему?
— Я случайно услышала его разговор с отцом. Мама специально притворяется, что ей хуже, чтобы надавить на тебя и заставить забрать ее.
Они всё это придумали вместе — твой отец от больной жены устал. План простой: мать думает, что поживет она у тебя всего недельку, квартиру освободит, чтобы Мишкиных друзей, которые на свадьбу приедут, разместить.
А отец твой ее вообще обратно забирать не планирует! Так мер..зко мне от всего этого стало…
Лиза остолбенела.
— Значит, маме не так плохо?
— Ей плохо, Лиза. Она действительно болеет, но не настолько. Про то, что мама ваша фактически при см..рти, они врут.
У этих двоих свой расчет: мать перевезти к тебе, а квартиру эту сдать. Отец тоже съедет, у него женщина другая давно…
Ангелина всхлипнула.
— Я думала, он просто избалованный, но добрый. А он... он не человек.
Он вчера даже кота маминого пнул, потому что тот мешался под ногами.
В общем, я забрала вещи и ушла. Свадьбы не будет.
Ангелина долго плакала на кухне Лизы. Олег, вернувшийся с работы, им мешать не стал — Лизавета утешала несостоявшуюся невестку и думала, что в Ангелине она ошиблась.
Она оказалась куда человечнее жениха.
***
Лишившись денег Ангелины (а оказалось, что значительную часть расходов на свадьбу покрывала ее семья), Миша оказался в глубокой яме.
Кредиторы, у которых он назанимал денег под «свадебные подарки» начали требовать возврата.
Родители наконец-то осознали реальность. Миша не просто не забрал мать к себе — он выкрал документы на их квартиру и попытался заложить чужое жилье, чтобы расплатиться с долгами.
Когда это вскрылось, у Виктора Степановича случился гипертонический криз.
Конечно, к Лизе за помощью обращались, но она мольбы отца проигнорировала.
Пусть выпутываются сами. В конце концов, такого сына они воспитали сами…