Алина знала точно: у неё есть ровно восемнадцать минут. Может, двадцать, если Денис решит ещё раз намылить свою модную бороду.
Звук льющейся воды доносился из ванной — её бывший парень обожал эти долгие душевые медитации, во время которых, по его словам, «перезагружался» и «настраивался на нужные вибрации». В реальности он просто расходовал воду, за которую платила она, и её же гель для душа от «Лореаль» за полторы тысячи рублей.
Алина не стала тратить время на раздумья. Она рванула к балкону и выдернула из шкафчика рулон строительных мешков — чёрных, плотных, на сто двадцать литров. Купленных три года назад для ремонта, который так и не случился, потому что Денис всё время обещал «помочь», но находил более важные дела. Например, записать подкаст о саморазвитии.
Спальня встретила её привычным бардаком. Его худи валялись на кресле. Носки — под батареей. Три пары кроссовок — посреди комнаты, как будто он резко исчез, забыв ноги.
Алина открыла шкаф и начала выгребать вещи. Без церемоний. Без аккуратного складывания.
Его рубашки из Твида — в мешок. Джинсы скинни, которые он носил, несмотря на лишние пятнадцать кило, — туда же. Толстовки с надписями типа «Просто верь» и «Энергия Вселенной» — в мешок двойной порцией, чтобы никогда больше их не видеть.
— Энергия Вселенной, значит? — бормотала Алина, запихивая очередную футболку. — Сейчас ты её получишь, родной. Вселенского масштаба пинок.
В первый пакет ушла одежда. Второй она заполнила его техникой.
Ноутбук — тот самый, который она купила ему на день рождения два года назад, чтобы он наконец «запустил свой проект». Проект так и завис на стадии «концепции», зато в браузере остались закладки на сайты онлайн-казино и стриминговых платформ.
Зарядки, наушники «Эйрподс» (подарок на прошлый Новый год), планшет, внешний жёсткий диск — всё летело в пакет с глухим стуком.
Алина замерла перед телевизором. Там, на тумбе, словно алтарь, стояла его игровая приставка PlayStation 5. Денис раздобыл её в разгар дефицита, через перекупщиков, отдав за неё девяносто тысяч рублей. Её девяносто тысяч рублей — «взаймы, милая, я через месяц верну».
Месяц превратился в год. Год — в полтора.
Алина выдернула шнуры. Приставка тяжело шлёпнулась в мешок, прямо на джинсы. Следом полетели джойстики, игровые диски и гарнитура.
— Игра окончена, — процедила Алина, завязывая мешок так туго, будто готовила его к космическому полёту.
В ванной замолчала вода.
Алина ускорилась. Ворвалась в санузел, выгребла с полки его бритву, мужской шампунь «Хэд энд Шолдерс», какой-то крем для обуви и дезодорант. Всё — в отдельный пакет поменьше.
Три огромных мешка стояли у порога, как чёрные памятники её терпению. Рядом лежала его кожаная куртка и пуховик — на выбор, в зависимости от того, насколько драматично он захочет уходить.
Алина распахнула входную дверь настежь. Январский воздух ударил в лицо — острый, колючий, минус двадцать два по Цельсию. Она накинула на плечи свой кардиган, скрестила руки и встала в дверном проёме.
Через минуту из ванной вышел Денис. Распаренный, розовый, пахнущий её гелем. На бёдрах болталось полотенце. В руке — телефон. Он даже не поднял глаз, продолжая листать ленту в «ВКонтакте».
— Лин, а кофе будет? — спросил он рассеянно. — Только сделай покрепче, что-то башка трещит с утра.
— Не будет, — спокойно ответила Алина.
Денис поднял взгляд. Увидел открытую дверь. Увидел мешки. Увидел её лицо — и вот тут, кажется, в его голове что-то щёлкнуло.
— Это че такое? — Он вытаращился на чёрные пакеты.
— Это твои вещи, — ответила Алина. — Ты сегодня съезжаешь.
— Ты чё, шутишь? — Денис попытался засмеяться, но смех вышел нервным. — Лина, ну хорош приколоться. Новый год же. Холодно на улице.
— Холодно, — согласилась Алина. — Но у твоей мамы дома тепло. Она живёт в двух километрах отсюда. Доедешь.
— Погоди, что происходит?! — Денис отшвырнул телефон на диван. — Какого хрена?!
— Происходит вот что, — Алина шагнула к мешкам и пнула один из них ногой. — Ты полтора года живёшь здесь бесплатно. Не работаешь. Не платишь за квартиру. Вчера напился, обозвал меня «занудой» и сказал, что я «душу тебя своими требованиями». Я подумала и решила: пусть твоя душа дышит свободно. На свежем воздухе.
— Лина, я пьяный был! — Денис заметался по коридору. — Ты чё, серьёзно? Я же не хотел! Прости, ладно? Давай я сейчас оденусь, мы спокойно поговорим...
— Мы уже поговорили, — отрезала Алина. — Вчера ты сказал, что тебе нужно «пространство для роста». Вот тебе пространство. Вся Россия. Сто сорок миллионов квадратных километров. Расти.
Она швырнула ему в лицо пуховик.
— Одевайся. Или иди в полотенце. Мне без разницы.
— Ты больная! — взвизгнул Денис, лихорадочно натягивая джинсы. — Там мороз! Первое января! Куда я пойду?!
— К маме. К друзьям. В хостел. В машину, если есть деньги на такси до парковки. У тебя много вариантов, Денис. Ты же творческий человек, сам найдёшь решение.
Денис прыгал на одной ноге, пытаясь натянуть носки.
— Ты пожалеешь! — заорал он. — Ты приползёшь обратно! Я подам на тебя в суд! Это моё имущество тоже!
— Квартира оформлена на меня. Приставку я купила. Ноутбук — мой подарок. Остальное — шмотки с «Вайлдберриз». Подавай в суд, если хочешь. Но только после того, как вернёшь мне девяносто тысяч за PlayStation и сто за ноут.
Денис замолчал. Посчитал в уме. Понял, что проиграл.
— Алина... — Он попытался сменить тон на жалобный. — Малыш, ну не надо так. Я исправлюсь. Найду работу. Буду помогать по дому. Честно.
— Ты говорил это три раза, — устало сказала Алина. — В апреле, в августе и в ноябре. Хватит. Я устала.
Она начала выталкивать мешки за порог. Денис попытался схватить её за руку, но Алина дёрнула плечом.
— Не трогай меня.
— Ну Лин!
— Вали, — холодно сказала Алина. — Или я вызову участкового и скажу, что ты угрожаешь мне.
Денис замер. Посмотрел на неё — впервые за полтора года по-настоящему внимательно. И, кажется, что-то понял.
Он нацепил куртку. Подхватил два мешка. Развернулся и поплёлся к лифту, бормоча что-то про «неадекваток» и «истеричек».
Алина дождалась, пока он скроется за углом, и швырнула вслед третий мешок — тот, с приставкой.
— С Новым годом, свободный художник, — сказала она в пустоту.
Дверь захлопнулась. Щёлкнул замок. Потом второй.
Алина прислонилась спиной к двери и выдохнула. Руки дрожали. Сердце стучало где-то в горле. Но на душе было легко — впервые за очень долгое время.
Она достала телефон и открыла чат с мастером по замкам.
«Добрый день. Нужно срочно поменять личинки на входной двери. Сегодня. Двойной тариф за праздник — без проблем».
Ответ пришёл через две минуты: «Еду. Буду через час».
Алина заблокировала Дениса в мессенджерах и телефоне. Потом прошла на кухню, открыла окно — морозный воздух ворвался в квартиру, вытесняя запах перегара и вчерашних обид.
Она налила себе остатки шампанского из бутылки на столе. Подняла бокал.
— За чистоту, — сказала Алина своему отражению в окне. — И за то, чтобы больше никогда не жалеть чужих мужиков.
Следующие триста шестьдесят четыре дня принадлежали только ей.