Глава 13. Охота
Следующие три дня Марина жила как в тумане. Выходила из дома только в магазин — и то с оглядкой. Светка приезжала каждый вечер, ночевала на диване. Вера звонила — коротко, по делу.
Гришин исчез вместе с Алисой. Телефон выключен, машина пропала. В «МедФарме» сказали — взял отпуск за свой счёт. Куда уехал — не знают.
Кравцов звонил раз в день. «Ищем. Пока ничего». Голос усталый, равнодушный. Одно из тысячи дел.
На четвёртый день — новость.
— Нашли Гришина, — сказал майор по телефону.
— Где?!
— В Твери. Снимал квартиру. Один.
— А Алиса?
— Её там нет. Он говорит — расстались. Она куда-то уехала, он не знает куда.
— Врёт?
— Может быть. Сейчас везут в Москву. Допрашиваем.
— Можно присутствовать?
— Нет. Но я сообщу, если будет что-то важное.
Отбой.
Марина позвонила Вере.
— Слышала?
— Да. Мне тоже звонили.
— Что думаешь?
— Думаю, он её прикрывает. Или она его бросила, когда стало горячо.
— Второе на неё похоже.
— Да. Использовала и выбросила. Как и всех.
Пауза.
— Вера, а у вас как?
— Нормально. Развод оформляю. Дети у мамы пока.
— Держитесь.
— Стараюсь.
Вечером приехала Светка. С пиццей и новостями.
— Слышала про Гришина?
— Да. Кравцов звонил.
— И что он?
— Допрашивают. Пока не знаю.
Светка плюхнулась на диван, открыла коробку.
— Жуй. Ты опять не ела.
— Не хочется.
— Да пофиг. Жуй.
Марина взяла кусок. Жевала безвкусную пиццу.
— Свет, а если её не найдут?
— Найдут.
— А если нет? Она же умная. Может подделать документы, изменить внешность…
— Марин, не накрути себя.
— Я не накручиваю. Я реально думаю.
Светка отложила пиццу.
— Слушай. Даже если её не найдут — у тебя есть свидетели. Наталья, Вера, питерская история. Тебя не посадят.
— Кравцов сказал, что подозрения не сняты.
— Это пока. Когда Гришин заговорит…
— Если заговорит.
— Заговорит. Он трус, ты сама сказала. Прижмут — расколется.
Марина смотрела в окно. Темно, горят фонари. Где-то там — Алиса. Прячется, выжидает.
«Это только начало».
Что она задумала?
На следующий день — звонок от Кравцова. Голос другой. Живой.
— Гришин дал показания.
— Что сказал?!
— Много чего. Подтвердил роман с Комаровой. Подтвердил, что она просила доступ к складу. Сказал, что не знал, зачем ей лекарства.
— Врёт?
— Может. Но это уже неважно. Главное — он показал, где она может быть.
— Где?
— Дача. В Подмосковье, Серпуховский район. Принадлежит его тёще, но они там не были годами. Алиса знала про неё.
— Вы проверите?
— Уже едем. Хотел предупредить — на всякий случай.
— Почему?
— Если её там нет — она может быть где угодно. В том числе рядом с вами.
Марина похолодела.
— Думаете, она…
— Думаю, надо быть осторожной. Дверь никому не открывайте. Из дома — только по необходимости.
— Хорошо.
— Позвоню, когда будут новости.
Отбой.
Марина посмотрела на телефон. Потом на дверь. Потом на окно.
Алиса рядом?
Бред. Паранойя.
Но всё равно проверила замки. Оба закрыты. Задернула шторы.
Позвонила Светке.
— Привет. Ты где?
— На работе. Чего?
— Можешь сегодня пораньше уйти?
— Что случилось?
— Гришин дал показания. Они едут на дачу, где может быть Алиса.
— Ни фига себе. И чего ты нервничаешь? Это же хорошо.
— Кравцов сказал — быть осторожной. Вдруг она рядом.
Пауза.
— Приеду через час. Сиди дома, никуда не выходи.
— Угу.
Отбой.
Час. Можно пережить.
Марина села на кухне. Налила чай — остыл, не заметила. Смотрела на телефон.
Тишина.
Минуты тянулись.
Звонок.
Вздрогнула. Схватила телефон.
Номер незнакомый.
— Алло?
Тишина. Потом — голос. Женский. Знакомый.
— Привет, сестрёнка.
Алиса.
— Где ты?
— Рядом.
Марина вскочила. Метнулась к окну, отдёрнула штору.
Двор пуст. Никого.
— Что тебе нужно?
— Поговорить.
— О чём?
— О нас. О семье. — Смешок. — Мы же сёстры, помнишь? Одна кровь.
— Ты убила моего мужа.
— Нет. Он сам умер. Сердце не выдержало.
— Ты его отравила!
— Докажи.
Марина сжала телефон в руке.
— Тебя ищет полиция. Сдавайся.
— Зачем? Они ничего не докажут. Свидетели? Косвенные улики. Гришин? Трус и лжец, ему не поверят. А я исчезну. Как всегда.
— Не исчезнешь. Найдут.
— Может, и найдут. А может, и нет. — Пауза. — Но сначала мы поговорим.
— Я не хочу с тобой разговаривать.
— Хочешь. Ты хочешь знать зачем. Почему. Правда?
Марина молчала.
— Приходи, — сказала Алиса. — Одна. Через час. Адрес скину.
— Я не приду.
— Придёшь. Иначе никогда не узнаешь правду. И будешь всю жизнь думать: а вдруг я ошиблась? А вдруг сестра не виновата?
— Ты виновата.
— Докажи. Себе — докажи. Увидимся.
Отбой.
СМС. Адрес. Заброшенный завод на окраине.
Марина смотрела на экран.
Ловушка. Очевидно.
Но Алиса права — она хочет знать. Хочет услышать. Хочет посмотреть ей в глаза.
Позвонила Кравцову.
— Слушаю.
— Алиса звонила. Назначила встречу.
— Где?
Продиктовала адрес.
— Не вздумай идти.
— Но…
— Это приказ. Мы сами её возьмём.
— А если она увидит полицию — сбежит?
— Не сбежит. Мы умеем работать.
— Она умная.
— Мы тоже. Сидите дома. Ждите.
Отбой.
Марина смотрела на телефон.
Сидеть? Ждать?
Пока Алиса снова исчезнет?
Нет.
Она должна быть там. Должна увидеть, как её берут. Должна посмотреть ей в глаза.
Схватила куртку, ключи. Вышла.
До завода добралась за сорок минут. Такси высадило её у ворот — ржавых, покосившихся. За ними — корпуса, разбитые окна, граффити на стенах.
Тихо. Пусто.
Марина огляделась. Полиции не видно. Может, ещё не приехали? Или прячутся?
Зашла внутрь. Осторожно, стараясь не шуметь.
Главный корпус — огромный, гулкий. Свет проникает сквозь дыры в крыше. Пыль, мусор, битое стекло.
— Пришла.
Голос сзади. Марина обернулась.
Алиса стояла в десяти метрах. Пальто, сапоги, волосы собраны. Выглядела спокойно, даже расслабленно.
— Не думала, что придёшь, — сказала она.
— Почему?
— Ты же умная. Должна была понять — это ловушка.
— Поняла.
— И всё равно пришла.
— Хочу знать правду.
Алиса улыбнулась. Той самой улыбкой — тёплой, искренней.
— Правду? Какую?
— Зачем ты это сделала. Игорь, завещание, всё это.
— Деньги. Очевидно же.
— Только деньги?
— А что ещё?
— Не знаю. Поэтому и спрашиваю.
Алиса помолчала. Потом подошла ближе.
— Ладно. Расскажу. — Она огляделась, словно проверяя, что они одни. — История простая. Я выросла в дерьме. Приёмные родители — алкаши. Били, не кормили, запирали в чулане. Школа, улица, выживание. Никто не помогал.
— Мне жаль.
— Не надо. Я не жалуюсь. Просто объясняю. — Она сделала ещё один шаг. — Когда я выросла, то поняла: мир несправедлив. Одним достаётся всё, другим — ничего. И я решила: буду брать. Сама.
— Убивая людей?
— Они бы всё равно умерли. Я просто… ускорила процесс.
— Это убийство.
— Это справедливо, — усмехнулась Алиса. — Соколов был мерзавцем. Бил жену, обманывал партнёров. Игорь… — Она помолчала. — Игорь был слабаком. Влюбился в меня, как мальчишка. Был готов на всё.
— Он любил тебя?
— Думал, что любит. На самом деле он хотел владеть тобой. Как вещью.
— А ты?
— А я хотела твою жизнь.
Марина замерла.
— Что?
— Твою жизнь, сестрёнка. Твою квартиру, твоего мужа, твоих друзей. Всё, что у тебя есть. — Алиса смотрела ей в глаза. — Мы же близнецы. Одно лицо. Я могла стать тобой. И никто бы не заметил.
— Это безумие.
— Это план. Хороший план. Только Игорь всё испортил — сдох раньше времени.
— Ты его отравила!
— Нет, — Алиса покачала головой. — Он сам. Узнал, что я с Гришиным. Устроил сцену, орал, угрожал. Я дала ему успокоительное. Я не знала, что у него слабое сердце.
— Враньё.
— Может. А может — правда. Ты никогда не узнаешь.
Она сделала ещё шаг. Теперь — в трёх метрах.
— Зачем ты меня позвала? — спросила Марина.
— Попрощаться.
— Сдаёшься?
— Нет. Исчезаю. Новые документы, новое имя, новая страна. Меня не найдут.
— Найдут.
— Нет, — Алиса улыбнулась. — Но перед этим… я хотела тебе кое-что сказать.
— Что?
— Ты мне нравилась. Правда. Если бы всё сложилось иначе… может, мы были бы настоящими сёстрами.
Марина смотрела на неё. На это лицо — своё лицо. На эти глаза — свои глаза.
— Ты больная, — сказала она.
— Может быть, — Алиса пожала плечами. — Прощай, сестрёнка.
Она повернулась, чтобы уйти.
— Стой!
Голос позади. Мужской.
Кравцов. С ним — трое в форме.
Алиса замерла. Потом медленно повернулась.
— А, полиция. — Она посмотрела на Марину. — Привела хвост?
— Ты арестована, — сказал Кравцов. — Руки за голову.
Алиса не двигалась.
— За что? Я ничего не сделала.
— Убийство Воронова Игоря Павловича. Подозрение в убийстве Соколова Павла Михайловича. Мошенничество.
— Докажите.
— Докажем.
Полицейские двинулись к ней. Алиса стояла неподвижно.
Затем — резкое движение. Рука в кармане, что-то блеснуло.
Нож.
— Не подходите!
Все замерли.
— Алиса, — сказал Кравцов. — Брось нож. Не усугубляй ситуацию.
— Усугубляй? — Она рассмеялась. — Мне и так светит пожизненное. Какая разница?
— Разница есть. Сдашься добровольно — учтут.
— Плевать.
Она попятилась. Нож в руке, глаза бегают.
— Алиса, — сказала Марина. — Пожалуйста. Хватит.
— Хватит? — Алиса посмотрела на неё. — Ты мне это говоришь? Ты, у которой было всё? Семья, дом, любовь? Ты мне говоришь — хватит?!
— У тебя тоже могло бы быть. Если бы не…
— Если бы не что?! Если бы меня не вышвырнули, как мусор?! Если бы меня не били каждый день?! Если бы хоть кто-то, хоть раз…
Голос сорвался. В глазах — слёзы.
— Алиса…
— Заткнись!
Она бросилась вперёд — к Марине. Блеснул нож.
Выстрел.
Алиса дёрнулась. Остановилась. Посмотрела вниз — на груди расплывалось красное пятно.
— Вот как… — прошептала она.
И упала.
Поддержать автора можно здесь...
Присоединяйтесь к нашему телеграм-каналу: там главы появляются раньше и чаще. Подписывайтесь..