Часть 20. Сериала " Он назвал меня удобная"
Он включил “милого”. Я включила границы.
У нотариуса он был шелковый. В приемной пахло бумагой, кофе из автомата и чужими духами - там постоянно кто-то нервничал до нас.
- Лера, - сказал он при всех, - я хочу все исправить. Я виноват.
Нотариус посмотрела на нас тем взглядом, который видит драму, но работает с подписью. Ни больше, ни меньше.
Я молчала. Не из гордости. Просто я больше не хотела отдавать ему энергию в виде диалога.
Он наклонился ко мне:
- Ты правда хочешь вот так? Холодно?
- Я хочу правильно, - ответила я.
Нотариус положила перед ним соглашение: возврат средств и отказ от претензий после исполнения. Страницы шуршали, как сухие листья.
- Читайте, - сказала она.
Он читал долго. Слишком долго. Водил пальцем по строкам, задерживался на пунктах, как будто искал щель, куда можно просунуть свое "а давай иначе".
- Здесь пункт... - начал он.
- Да, - сказала я. - Там пункт. И он останется.
Он поднял глаза:
- Ты мне не оставляешь воздуха.
Я посмотрела на него и вдруг поняла, что он правда считает "воздухом" возможность выкручивать ситуацию словами.
- Воздух - это когда тебя не контролируют, - сказала я. - Я оставляю его себе.
Он подписал. Рука дрожала чуть-чуть, едва заметно. Но я заметила - потому что раньше его рука не дрожала никогда.
Мы вышли на улицу. Был обычный день, снег грязный у бордюра, машины сигналили, люди шли мимо с пакетами.
Он остановился:
- И все? Ты просто уйдешь?
- Да, - сказала я. - Просто уйду.
И пошла, не оборачиваясь.
Часть 21.
Финал сезона: я вернула свое и стала себе другом
Финал сезона оказался не про него. Он оказался про меня.
Деньги пришли на мой счет через четыре дня. Телефон пикнул, как будто сообщил что-то бытовое - "вам доставка", "вам начисление". Я открыла уведомление и долго смотрела на цифру.
Триумфа не было. Триумф - это когда победил врага.
А у меня было другое чувство - будто после долгой дороги сняла неудобную обувь и наконец почувствовала пол.
Я купила себе маленькую вещь. Не дорогую. Просто свою.
Плед. Теплый, серый, без "как ему нравится". Мой жест: "я дома там, где я".
Марина написала:
"Мне тоже перевел. Спасибо."
Я ответила:
"Не мне. Себе."
Мы договорились встретиться - без обсуждений про него. Просто кофе. Просто жизнь.
Вечером я сидела у окна и думала о самой неприятной части этой истории: как легко я согласилась быть удобной. Не потому что глупая. Потому что уставшая. Потому что хотелось, чтобы меня выбрали.
В детстве говорят: "будь хорошей".
Взрослая жизнь добавляет: "будь удобной".
Я взяла телефон и удалила его номер. Не из злости. Из гигиены.
И впервые за много лет сказала вслух - себе:
- Я не обязана быть удобной, чтобы меня любили.
На следующий день я проснулась и поняла, что в квартире тихо.
Никаких "как обычно".
Никаких чужих сценариев.
Только я.
И это оказалось не страшно. Это оказалось... спокойно.
Конец части 21.
В следующей части: После финала придёт тишина. И вместе с ней — сомнения.