Ехали на поезде пять дней. Если первый день я отсыпался, а потом созерцал озеро Байкал, то дальше сидеть или лежать молодой организм, привыкший к постоянным тренировкам, отказывался.
Каждый день я устраивал по несколько тренировок, приседая, отжимаясь, и прдтягиваясь в плоцкартном вагоне. С Русланом почти не говорили, каждый был в своих мыслях.
Последний год меня мучал вопрос о том, чем заниматься в своей жизни, которая только начиналась. До этого хотелось быть учёным, изучать мозг и сверхспособности людей. Хотелось встречи с инопланетянами. Зачем? Чтобы раскрыли во мне сверхспособности. Тогда чего я хочу на самом деле? Знать или уметь? Теперь я однозначно понял для себя что обладать сверхспособностями гораздо лучше, чем всё о них знать, и при этом самому ничего не уметь.
У меня с Русланом была смутная надежда, что декан факультета биофизики в Медицинском институте вспомнит наш разговор до армии, и как-то поможет. А если нет? И нужен ли мне медицинский? Тогда куда? Ведь мы уволились не будучи студентами, и если сейчас не попасть учиться в ВУЗ , то возможно обратно в армию отправят.
И тут меня озарила идея, что будет самым лучшим вариантом попасть в спортивный институт. Только как, непонятно.
Наконец мы оказались в Москве. Сентябрь близился к концу. Город изменился до неузнаваемости. На каждом углу киоски, в которых на витринах журналы с полу обнаженными красотками. Словно в другой стране оказались.
С вокзала с Русланом поехали сразу в Бауманскую общагу, где встретили бывших однокурсников. Затем пошли в наш спорткомплекс, и купили по дороге большой арбуз. Думали потом пойти в баню, а затем съесть арбуз.
Арбуз оставили на диване перед дверью в манеж, зашли внутрь, и зависли. На нашем татами, где мы тренировались дзюдо, шла тренировка по каратэ. Алмаз, наш бывший товарищ, тренировал большую группу каратистов. На соседнем ковре самбистов тоже тренировалась толпа каратистов. И кто же их тренировал? Тренер по самбо, который всё время ругал меня, когда видел что я показываю удары каратэ.
На фоне маленьких групп каратэ, которые тренировались подпольно ещё год назад, всё это было как-то не правильно. Мы даже не стали там ни с кем говорить, и вышли из манежа. Упс. Арбуз наш кто-то стырил, что ещё больше добавило негативных эмоций.
Деваться нам в Москве было некуда, и мы поехали к моему другу Диме. У Димыча дома никого не оказалось, и мы усталые сели на пол под дверью. Тут вышла соседка, узнала меня, и пригласила подождать у неё дома. Приготовила нам большую сковороду яичницы с колбасой. Мы реально голодные были как волки. Пока всё съели, тут и Дима вернулся домой, а затем его родители.
Проговорили всю ночь, а утром с Русланом поехали в Медицинский институт. Нашли декана, и он даже вспомнил нас, и наш разговор о переводе из Бауманки. Но развёл руками, и сказал что и рад бы помочь, но многое в институте изменилось, и сейчас переводы к ним невозможны. После этого наши дороги с другом разошлись.
Руслан уехал к родителям в Ялту, а я поехал в спортивный институт, понимая что это мой единственный шанс не загреметь обратно в армию. Из документов у меня был только военный билет. Идти в военкомат за паспортом я не рискнул. До этого нужно было стать реальным студентом.
Нашёл ГЦОЛИФК, до этого даже не знал о его существовании. Долго стоял, и разглядывал парней и девушек у крыльца института. От каждого из них разило силой, все были словно породистые лошади. Я среди них почувствовал себя дохлой клячей, и понял что на их фоне во мне не видно спортсмена хоть с каким-то разрядом. А учились тут в основном мастера спорта, среди которых много было чемпионов международных соревнований.
Я чувствовал что буду учиться здесь. Нашёл декана кафедры борьбы, и рассказал ему о себе, произвёл хорошее впечатление. Но и он развёл руками, и сказал что переводы возможны до начала учебного года, а сейчас конец сентября.
- Понятно что конец сентября, но я только сейчас вернулся из армии. Есть человек в институте, который самостоятельно может принять решение о моём зачислении? - спросил я.
- Этот вопрос может решить только ректор института. - ответил декан.
- Где можно найти ректора? - я уже решил не останавливаться, и идти до конца.
- На седьмом этаже. Можно подняться на лифте.
- Спасибо большое. - Я пожал руку мужику, и пошёл к лифту.
Выхожу из лифта, и вижу девушку за столом, видимо секретарь.
- Где я могу увидеть ректора? - Спросил я.
- Ректор занят. - Ответила она, и показала на дверь.
- Спасибо. Я по личному вопросу. - Сказал я, и уверенно пошёл к двери в кабинет ректора.
Девушка вскочила, и что-то говорила мне вслед. Я не слушал её, у меня была конкретная цель, и мне её нужно было реализовать.
Захожу в кабинет, и вижу мужика в очках, который смотрит на кучу бумаг, лежащих перед ним на длинном столе. Ректор снял очки, посмотрел на меня, и по выражению его лица было видно, что он шокирован моим появлением.
Перед ним стоял пацан с короткой стрижкой в синем армейском спортивном костюме, с вытянутыми штанами на коленках, и вытянутыми рукавами на локтях. Он только открыл рот, чтобы что-то сказать, но я его опередил.
- Здравствуйте. У меня к вам большая просьба,. Декан кафедры борьбы мне сказал, что только вы можете решить этот вопрос. - Говорил я глядя ему в глаза, гипнотищируя его как удав свою жертву.
- Какой вопрос, молодой человек? - Мужик явно был выбит из привычной колеи.
- Я студент третьего курса МВТУ им Баумана, и очень хочу перевестись в ваш институт, и учиться на кафедре борьбы. Я понимаю что уже конец сентября, и переводы не возможны, но я буквально только вчера вернулся из армии, и не хочу потерять ещё один год. У меня очень высокая успеваемость, и я легко наверстаю пройденную программу. Очень вас прошу взять меня учиться в ваш институт. - Я говорил не давая мужику вставить слова, продолжая смотреть ему в глаза.
- Хорошо молодой человек. Вот только общежитие у нас только для иностранных студентов. - Сказал ректор, и я почувствовал победу.
- Не вопрос, мне есть где жить. - Сказал я, хотя понятия не имел куда мне деваться .
- Подойдите к секретарю, и напишите заявление, что вы не претендуете на место в общежитии. - Сказал мне ректор.
- Спасибо большое. До свидания. - Попрощался я, и пошёл к секретарше.
Девушка с любопытством смотрела на мою довольную физиономию. И ещё больше была удивлена, когда я ей показал свой военный билет, чтобы она правильно записала моё имя. Она мне сказала, что подготовит приказ о моём зачислении в ВУЗ на второй курс кафедры борьбы, и отнесёт на подпись к ректору. С завтрашнего дня я могу приступать к занятиям.
Вышел на улицу, и вдохнул полной грудью холодного осеннего воздуха. Поехал к Димке с хорошими новостями. Мама его предложила мне жить у своей мамы, бабушки друга. Договорились на 15 рублей в месяц, а она будет якобы от меня доплачивать ещё 15 рублей. Хотя денег у меня тогда почти не было.
Двухкомнатная хрущевка со смежными комнатами, и моя дальняя от входа, кухни и туалета. Куда бы я не пошёл, нужно пройти через комнату старушки, у которой рядом всегда маленькая злая собака. Собака всегда пыталась укусить меня, и засыпала только вместе с бабушкой. Когда я слышал храп, и тихое сопение, я мог спокойно сходить в туалет или на кухню.
Утром поехал в институт. Автобус, метро, и ещё автобус. Дорога заняла два часа. В здании института нашёл расписание, а затем и свою группу дзюдоистов. Все парни были вполне добродушными, и меня приняли как своего. На тренировке по борьбе, где им уже давно бороться не хотелось, я и рассказал им, что я каратист.
Кирилл был самый болтливый и весёлый парень. Чуть выше меня, но с мускулатурой такой, о какой я мог только мечтать. Сколько бы я не качался, такие породистые тела были только у спортсменов от рождения. Кирюха и предложил мне посспаринговать. Мы вышли с ним на татами, все парни смотрели на нас. Кирилл стал в боксерскую стойку, и стал атаковать прямыми ударми. Я держал безопасную дистанцию, и после очередного удара пробил свою любимую обманку ногой ему в ухо.
Кирилл застыл, переваривая неожиданный удар по голове. Потом засмеялся, и показал большой палец. Мы обнялись, и пошли дальше болтать. Вопросов о том, чем тут народ занимается, у меня было выше крыши.
Домой я возвращался очень поздно. На улице было уже очень холодно. Маме я давно сообщил, что я на свободе. Она собрала мои вещи в рюкзак, и спросила в аэропорту Норильска, кто из пассажиров без вещей, и может мой рюкзак взять. Встречать свои вещи я ехал в аэропорт в свой день рождения.
30 сентября 1989 года. Шёл прошлогодний снег. Замерзший встречаю в аэропорту свои тёплые вещи. Ещё год назад я с другом тайком от дедов пекли картошку в тайге, а ещё через год моя жизнь изменится совершенно. Но впереди был год жизни с мастерами спорта, и борьба за своё место под Солнцем.
Глава 29